|
| | | | Проблемы современной экономики, N 2 (98), 2026 | | | | ЕВРАЗИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ | | | |
| | Кротов М. И.
зав. кафедрой внешней политики России и стран СНГ
Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова,
доктор экономических наук, профессор
Мунтиян В. И.
профессор кафедры внешней политики России и стран СНГ
Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова,
доктор экономических наук
Беззубенков Н. И.
магистр экономики, Санкт-Петербургский государственный университет
| | | | В статье предложен концепт интеграции финансового инструмента — углеродной биржи — в систему общего (единого) финансового рынка (ОФР) Евразийского экономического союза. В ней рассматриваются утверждённые Евразийской экономической комиссией концепции развития ОФР ЕАЭС и единого биржевого пространства ЕАЭС для формирования оптимальной точки входа в процесс интеграции и создания механизма повышения эффективности интеграционной политики ЕАЭС. Проведён критический анализ экономической целесообразности и эффективности климатических проектов с точки зрения экономической безопасности, а также опыта интеграции углеродных бирж в крупнейших экономиках мира. Обосновывается целесообразность обеспечения целостности системы евразийской интеграции путём встраивания финансового инструмента единой углеродной биржи в систему общего финансового рынка ЕАЭС. | | Ключевые слова: евразийская интеграция, ЕАЭС, ОФР, углеродная биржа, общий финансовый рынок ЕАЭС, системный анализ евразийской интеграции | | УДК 336.7; ББК У526; Х622.9(2) Стр: 6 - 12 |
Введение. В современных условиях трансформации глобальных процессов, сопровождающихся появлением новых вызовов и угроз, проявились системные противоречия, прежде всего, в экономической, политической и экологической сферах. Экономика, политика и экология тесно взаимосвязаны между собой прямыми и обратными связями, и нарушение в одной сфере перетекает в другую, что в итоге приводит к деградации и нестабильности систем. Основными причинами нестабильности мирового хозяйства являются: цикличность мирового экономического развития, стихийность мировой рыночной системы, нарушение экологического баланса и мировые политические решения, продиктованные противостоянием глобального Юга и Запада.
Быстрое нарастание сложности, неопределённости и неустойчивости процессов социально-экономического развития, появление новых условий и предпосылок, вызовов и угроз, связанных с демографическим кризисом, ресурсным дефицитом, климатическими изменениями и снижением энергетической и экологической безопасности, противоборством между моноцентричным и полицентричным миром, привлекает повышенное внимание общественности.
Особый интерес представляет глобальная оценка науки об изменении климата и ее взаимосвязь с погодой и экологией. Глобальная концентрация самого важного антропогенного парникового газа — углекислого газа в атмосфере увеличилась с 280 ppm в доиндустриальную эпоху до 400 ppm в 2020году. Очень важно предусматривать механизм ведения хозяйственной деятельности в пределах параметров обеспечения устойчивости емкости биосферы, что позволит сохранить биоразнообразие и жизнь на планете [15].
Вышеизложенное обусловливает необходимость комплексного исследования данной проблематики и выработки практических рекомендаций по разрешению назревших противоречий.
К решению этих задач авторы подошли с позиции системного подхода, рассматривая сложную проблему на примере международной организации региональной экономической интеграции — ЕАЭС. В данном исследовании ЕАЭС — международная организация региональной интеграции, с позиции системной методологии, условно принимается за систему, структура которой отражает определенные взаимосвязи между элементами, компонентами и подсистемами, обеспечивающими ее целостность. При этом имеем ввиду, что пока в нем отсутствует еще одна очень важная стадия экономической интеграции — валютный союз. Отсутствие данной стадии экономической интеграции не позволяет государствам-участникам проводить единую координацию всей экономической политики ЕАЭС по причине того, что из этого процесса выпадает подсистема денежной политики. На практике получается, что сфера международных валютно-кредитных и финансовых отношений находится вне контура ЕАЭС, поэтому не обеспечивается целостность системы экономического союза и снижается уровень его конкурентоспособности и эффективности всех четырех предыдущих стадий экономической интеграции. Особенно ярко это несоответствие проявилось в условиях санкционного давления, когда в нарушение международных норм и межгосударственных соглашений, такие главные международные финансовые системы как: валютная система, кредитная система, фондовая система, система международных расчетов через систему международных валютно-кредитных и финансовых организаций привели к разрыву существующих товарно-денежных потоков, нарушив внешнеэкономический обмен и платежный оборот между странами. Этими действиями причинен огромный финансово-экономический ущерб России и государствам-участникам ЕАЭС.
Таким образом, когда за полноценную систему мы принимаем — ЕАЭС (надсистемой является мировая экономическая система), то общий финансовый рынок (ОФР) ЕАЭС является одной из ее подсистем, а единая углеродная биржа становится компонентом этой подсистемы. Предложенная структура системы позволяет правильно выстроить необходимые взаимосвязи, создать пространственную модель организации системы и обеспечить устойчивость отношений между компонентами и подсистемами, которые в своей совокупности будут обеспечивать ее целостность и каждый компонент системы будет вносить свой вклад в реализацию целевой функции экономической политики. Эта политика должна быть направлена на формирование и эффективное функционирование общего (единого) финансового рынка ЕАЭС.
Основной замысел исследовательской задачи состоит в том, что устранение проблемных противоречий, связанных с обеспечением финансово-экономической безопасности ЕАЭС, сбережением и рациональным использованием национальных богатств, защитой окружающей среды и обеспечением устойчивого развития государств — участников ЕАЭС, при условии политического и экономического противостояния с глобальным Западом, предлагается осуществить (совместно с комплексом разноплановых системных мер) путём интеграции финансового инструмента углеродных бирж в систему общего финансового рынка ЕАЭС.
Успешная реализация предложенного концепта позволит повысить уровень финансовой устойчивости ЕАЭС, учесть региональную специфику экономической интеграции, снизить уровень внешнего давления, устранить системные сложности и внутренние барьеры для эффективного привлечения инвестиций в низкоуглеродные проекты, повысить конкурентоспособность за счёт конкурентных преимуществ и обеспечить достижение климатических целей в интересах государств-членов ЕАЭС.
Необходимо отметить, что климатическая повестка дня становится всё более актуальной, а рынок климатических проектов увеличивается. Так, на данный период в российском реестре уже зарегистрировано 50 климатических проектов, выпущено более 32 млн углеродных единиц, из которых более 20 тыс. уже использованы для компенсации углеродного следа. «Потенциал экономически эффективных климатических проектов в нашей стране составляет, по разным оценкам, до 500–700 млн тонн СО2-экв. в год. Если этот потенциал задействовать в полной мере, можно не только снизить нетто-эмиссию страны с минимальными издержками для социально-экономического развития, но и создать новую экспортно-ориентированную отрасль» [13].
Вместе с тем, к решению данных вопросов, прежде всего, необходимо подходить с позиций национальных интересов государств-членов ЕАЭС по обеспечению национальной и коллективной безопасности.
Гипотеза исследования предполагает, что имплементация концепта по созданию единой углеродной биржи в рамках общего финансового рынка ЕАЭС открывает дополнительные возможности для привлечения инвестиций, снижения торговых рисков при операциях с углеродными единицами и способствует укреплению внешнеэкономических связей между странами-участницами ЕАЭС, а также способствует повышению уровня экономической интеграции союза.
На данный период времени развитие общего финансового рынка Евразийского экономического союза (далее — ОФР ЕАЭС) находится на стадии активного институционального развития трёх основных секторов финансового рынка: банковского, страхового и биржевого.
Исходя из концепции, представленной решением от 01 октября 2019 года, утверждённой Высшим Евразийским экономическим советом о формировании ОФР ЕАЭС, можно выделить два основных этапа [1].
– Период «до 2025 года» — члены ЕАЭС определяют, подготавливают и формируют институциональную базу для создания механизмов работы общего рынка, являясь начальным этапом взаимного доступа государств на рынки. Основными задачами следует обозначить гармонизацию финансового законодательства и формирование финансовой лицензии ЕАЭС, легитимной на всей территории экономического союза.
– Период «после 2025 года» — подразумевает бесшовное и постоянное улучшение систем и структур, созданных в предыдущем периоде, гармонизацию рынков, а также согласование подходов и методик по переходу к предоставлению общерыночных финансовых услуг без учреждения (лицензирования) в рамках углубления интеграции ОФР.
Такой подход к решению комплексной задачи позволяет нам определить временной промежуток для внедрения инициатив, которые, по нашему мнению, могут стать драйвером развития проектов ЕАЭС в сфере климатических изменений за счёт увеличения объёма инвестиций в модернизацию индустриальных предприятий на сопредельных территориях регионов как внутри ЕАЭС, так и каждого государства-члена ЕАЭС.
В институциональном плане, предложенный нами концепт способствует решению данных задач, обеспечению структурно-функциональной связке этапов развития на системной методологии и ускорению достижения цели по формированию общего (единого) рынка ЕАЭС.
Особое внимание необходимо обратить на тот факт, что ЕАЭС является ключевым игроком на международном рынке экспорта энергоресурсов с развитым сектором тяжёлой промышленности — традиционных эмитентов углеродного следа, что свидетельствует о наличии противоречий в плоскости целесообразности имплементации инициативы. Также следует подчеркнуть, что институциональная основа развития механизма углеродного регулирования на территории Евразийского экономического союза нерациональна с точки зрения разного уровня развития, как законодательной базы, так и методов апробации на национальном уровне, что приводит к децентрализованному процессу развития институтов.
Единая углеродная биржа ЕАЭС
Углеродную биржу можно охарактеризовать [2] как специализированный рынок, на котором осуществляется торговля углеродными единицами. Эти единицы представляют собой верифицированные результаты климатических проектов и служат инструментом для регулирования выбросов парниковых газов. Углеродная единица — количественная мера, равная одной тонне углекислого газа (CO₂) или его эквиваленту в других парниковых газах. Она используется для оценки и контроля выбросов, а также для стимулирования компаний к снижению их углеродного следа. Углеродные единицы могут быть получены через два основных типа подхода:
– разрешения на выбросы: подтверждают право владельца на выброс определённого объёма парниковых газов в рамках установленных квот;
– углеродные кредиты: отражают сокращение выбросов, достигнутое благодаря реализации климатических проектов.
В рамках ЕАЭС ряд стран уже запустили собственные обособленные проекты углеродных бирж, которые оперируют в национальных границах (см. табл. 1).
Таблица 1
Статус развития схожих инициатив по развитию национальных углеродных бирж| № | Страна | Биржа | Статус развития проекта |
|---|
| 1 | Россия | АО «НТБ» | Работает в тестовом режиме | | 2 | Казахстан | АО «ETS-KZ» | Работает в полном объёме | | 3 | Армения,
Беларусь,
Кыргызстан | — | Идёт активная законодательная работа для создания условий работы углеродных бирж |
Источник: [3]
Опираясь на информацию (табл. 1), авторы делают вывод, что на данный период времени страны-члены ЕАЭС пока ещё недостаточно глубоко интегрировали этот инструмент с целью снижения углеродного следа.
Вместе с тем, мы считаем, что существуют определённые предпосылки, базирующиеся на оперативном просторе для формирования общего углеродного рынка ЕАЭС как единого наднационального института. Он может быть изначально создан как позитивный институт интеграции, обходя механизмы негативной интеграционной политики и связанных с ней транзакционных издержек путём гармонизации существующих правил и оптимизации действующих институтов. Такой подход позволит повысить результативность работы наднационального органа.
Важным фактором развития общего углеродного рынка ЕАЭС может послужить запуск ОФР ЕАЭС, в структуру которого следует интегрировать единую углеродную биржу ЕАЭС. Мы считаем, что очень важным этапом данной работы является объективная оценка существующих и гипотетических рисков, а также разработка комплекса мер по их нейтрализации.
На основании критического анализа концепции ОФР ЕАЭС от 01 октября 2019 года, а также постановления об общем биржевом пространстве предлагается следующая структурная схема интеграции единой углеродной биржи ЕАЭС в систему ОФР ЕАЭС (см. рис. 1). | | |  | | Рис. 1. Структурная схема интеграции Единой углеродной биржи в механизм работы ОФР ЕАЭС |
Как видно из рис. 1, общая биржевая лицензия решает вопрос канала связи национальных брокеров с биржами стран-участниц ЕАЭС, что даёт упрощённый доступ национального бизнеса ко всем биржам ЕАЭС. Единая лицензия ЕАЭС является институциональным и закономерным решением для формирования взаимосвязи агентов биржевых торгов в рамках трансграничной биржевой деятельности, давая основным контрагентам в лице брокеров и дилеров возможность работать сразу же на всех национальных биржах.
Таким образом, ОФР ЕАЭС и единое биржевое пространство взаимосвязаны через интеграцию финансовых рынков стран-участниц. ОФР предполагает гармонизацию регулирования и надзора, что способствует свободному движению капитала и услуг, в то время как единое биржевое пространство является законодательной надстройкой для упрощения проведения сделок на рынке ценных бумаг региона [4].
Создание общего биржевого пространства позволяет брокерам и дилерам беспрепятственно участвовать в торгах других государств-членов, что усиливает экономическое сотрудничество и увеличивает трансграничные инвестиции из-за упрощения механизмов биржевых сделок.
Исходя из новой концепции, предложение о создании единой углеродной биржи выглядит привлекательно, так как её общая инфраструктура может быть связана с брокерами и всеми биржами через общую биржевую лицензию. Такой подход снижает количество транзакционных издержек в рамках перегрузки системы, её усложнения в использовании бизнесом, а также даёт возможность сформировать прецедент позитивной интеграции ЕАЭС.
Таким образом, предлагается выделить следующие возможные выгоды для основных заинтересованных институтов в формировании общей углеродной биржи (см. табл. 2).
Региональный уровень, включая нефинансовые предприятия
Упрощение системы покупки трансграничных углеродных единиц. Промышленная география и протяжённые общие границы государств — членов ЕАЭС предопределяют единую трансграничную экологическую среду для Российской Федерации, Республики Беларусь, Республики Казахстан, Республики Армения и Кыргызской Республики. Единство среды, в свою очередь, при введении единой углеродной биржи упростит трансграничные операции по передаче и приобретению углеродных единиц, минимизируя административные барьеры и повышая эффективность рынка [5].
Таблица 2
Преимущества работы углеродной биржи для основных экономических агентов| Региональный уровень, включая нефинансовые предприятия | Государственный уровень | Межгосударственный
уровень |
|---|
– Упрощение системы покупки трансграничных углеродных единиц
– Увеличение возможности привлечения заёмных средств за счёт соблюдения законодательных норм по сокращению углеродного следа в производстве
– Снижение рисков от изменений в регулировании | – Потенциал к снижению операционных затрат на разработку, контроль и поддержание системы
– Передача части ответственности за климатические проекты на более эффективный единый орган управления
– Повышение уровня эффективности и качества политики управления в сфере экономики и экологии | – Увеличение конкурентоспособности наднациональных институтов
– Обеспечение целостности системы, единства интересов государств ЕАЭС и получение синергетического эффекта от координации экономических политик |
Увеличение возможности привлечения заёмных средств за счёт соблюдения законодательных норм по сокращению углеродного следа в производстве. Углеродная биржа выступает эффективным механизмом регулирования выбросов углекислого газа и иных парниковых газов, одновременно обеспечивая канал привлечения инвестиций в проекты по снижению углеродного следа производственных процессов. Инструмент формирует новые финансовые активы в виде углеродных единиц, которые предприятия могут оперативно реинвестировать в решение внутренних и трансграничных задач. Это повышает операционную эффективность, рентабельность и стоимость бизнеса за счёт оптимизации затрат на экологическую модернизацию [6], [7].
Снижение рисков от изменений в регулировании. Гармонизация климатических стандартов внутри ЕАЭС путём создания общей углеродной биржи позволит компаниям избежать барьеров в торговле, связанных с различиями в национальных законодательствах, что снизит риски и неопределённости.
Государственный уровень
Потенциал к снижению операционных затрат на разработку, контроль и поддержание системы. Создание и поддержание любой государственной и межгосударственной системы по контролю, регулированию и надзору требует источника финансирования. Сегодня бюджет ЕАЭС формируется благодаря соразмерным дотациям стран-участниц, однако предложение по созданию единой биржи ЕАЭС позволит в среднесрочной перспективе переложить все издержки в рамках инициативы на доходную часть, формирующуюся за счёт операционных комиссий за проведение сделок в условиях правильной интеграции и масштабирования.
Передача части ответственности за климатические проекты, которые не определяют стратегические интересы государства, на более эффективный единый орган управления. Страны ЕАЭС сохраняют суверенную политику при скоординированном снижении углеродного следа через подконтрольную ЕЭК директивную иерархию, обеспечивающую демократическое принятие наднациональных решений учредителями [8].
Повышение уровня эффективности и качества политики управления в сфере экономики и экологии. Формирование единой углеродной биржи под эгидой Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) представляет собой перспективный механизм повышения эффективности государственного управления в сфере экономики и экологии в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Реализация данного проекта обеспечит унификацию методологических подходов к учёту выбросов парниковых газов и верификации климатических проектов, что позволит повысить прозрачность системы регулирования и уровень доверия к результатам её функционирования. Внедрение биржевого механизма создаст для хозяйствующих субъектов экономические стимулы к оптимизации объёмов выбросов посредством гибкого управления углеродными квотами, а также позволит снизить риски, связанные с применением трансграничных углеродных механизмов (в т. ч. CBAM Европейского союза). Создание биржи послужит катализатором привлечения инвестиций в низкоуглеродные технологии и климатические проекты, способствуя реализации стратегии декарбонизации экономик государств — членов ЕАЭС. Вместе с тем, реализация инициативы сопряжена с необходимостью преодоления диспропорций в уровне развития национальных углеродных рынков и гармонизации нормативно-правовой базы стран-участниц Союза. Успешная имплементация проекта требует достижения межгосударственного консенсуса, а также существенных инвестиций в создание технологической инфраструктуры углеродной биржи, включая цифровые платформы учёта и верификации углеродных единиц.
Межгосударственный уровень
Увеличение конкурентоспособности наднациональных институтов. Создание Единой углеродной биржи позволит вовлечь ряд добывающих и обрабатывающих предприятий стран ЕАЭС, что в свою очередь является основополагающим фундаментом экономической базы, формируя ВВП и позволяя развивать сервисную экономику [9].
Обеспечение целостности системы, единства интересов государств ЕАЭС и получение синергетического эффекта от координации экономических политик. Создание единой углеродной биржи (ЕУБ) под эгидой ЕЭК выступит стратегическим инструментом обеспечения единства интересов государств-членов ЕАЭС в сфере климатической политики и углеродного регулирования.
Гармонизация нормативно-правовой базы и стандартов позволит унифицировать подходы к учёту выбросов парниковых газов, верификации климатических проектов и обращению углеродных единиц. Это устранит барьеры для трансграничной торговли и обеспечит сопоставимость данных между странами ЕАЭС, где уровень развития углеродного регулирования различается — например, в Казахстане действует регулируемая система, а в России — добровольные механизмы.
Единая биржа предоставит возможность сформировать скоординированную позицию ЕАЭС в отношении глобальных климатических инициатив, в том числе при реагировании на пограничный углеродный механизм ЕС (CBAM). Это снизит риски для экспортёров углеродоёмкой продукции и откроет возможности для трансграничной торговли углеродными единицами со странами Азии и Африки.
Единая углеродная биржа (ЕУБ) упростит доступ хозяйствующих субъектов к углеродным единицам, снизит транзакционные издержки и создаст предсказуемые условия для инвестиций в низкоуглеродные технологии. Это особенно актуально для крупных промышленных эмитентов, действующих на территории нескольких стран Союза.
ЕЭК может координировать создание единой цифровой платформы мониторинга выбросов и учёта углеродного следа, а также способствовать трансферу технологий и опыта между странами-участницами — например, использовать наработки Казахстана в области экологической информации.
Как управляющий орган ЕЭК обеспечит разработку и внедрение общих стандартов и регламентов, аккредитацию операторов рынка и верификацию климатических проектов, надзор за соблюдением правил торговли и предотвращение рыночных манипуляций, а также представление интересов ЕАЭС на международных климатических площадках, включая COP.
Таким образом, единая углеродная биржа, как компонент подсистемы ОФР ЕАЭС, обеспечивает вертикальные связи с системой: через механизмы управления ЕЭК. Вертикальная связь обеспечивается через биржевой механизм в правовое поле ЕАЭС, интегрируя требования глобальных климатических соглашений и международных рыночных практик торговли углеродными единицами; с другой — ЕУБ становится каналом участия Союза в формирующемся мировом рынке углеродных активов, обеспечивая обратное влияние интеграционного объединения на надсистему. Горизонтальные связи единой углеродной биржи проявляются в координации взаимодействия государств — членов ЕАЭС и хозяйствующих субъектов в рамках единого рынка углеродных единиц. Биржевой механизм обеспечивает унификацию правил оборота углеродных активов, трансферт лучших практик между странами, а также согласование интересов финансового сектора и реальной экономики внутри общего финансового рынка ЕАЭС.
Таким образом, с целью обеспечения иерархической упорядоченности и устойчивости взаимосвязей между всеми компонентами и подсистемами единой углеродной биржи ЕАЭС на всех трех уровнях (региональном, государственном и межгосударственным) возникла необходимость создания единого методологического центра рынка углеродных единиц стран-участниц ЕАЭС.
Учитывая опыт государственной корпорации ВЭБ РФ, как главного института развития России в разработке таксономий зелёных и переходных проектов, правил их верификации и валидации, он может претендовать на роль методологического центра углеродных единиц.
Это позволит:
– обеспечить свободное движение капитала и услуг;
– упростить доступ бизнеса к новым финансовым инструментам;
– снизить операционные и административные издержки и риски;
– повысить инвестиционную привлекательность региона.
Для нефинансовых компаний, производственных предприятий, прочих хозяйственных субъектов, взаимодействующих с добычей и обработкой — единая углеродная биржа открывает возможности для привлечения дополнительных средств, упрощает трансграничную торговлю углеродными единицами и снижает риски, связанные с различиями в национальных законодательствах. Для государств — это способ оптимизировать расходы на администрирование климатических инициатив и передать часть функций единому наднациональному органу, что повышает эффективность реализации климатической политики.
Критический анализ инициативы. Международная повестка климатических изменений стоит остро с конца XX века, однако сегодня всё больше экспертов начинают склоняться к тому, что проблема борьбы с изменениями климата несёт в себе повестку не только экологической направленности, но также политической и экономической. Мы считаем, что также необходимо учитывать гуманитарные аспекты и вопросы безопасности. Основополагающим международным документом в рамках климатической повестки является Парижское климатическое соглашение [10]. Этот документ был подписан такими государствами, как Россия, США, страны ЕС, Китай, Индия и Япония. Однако уже в 2017 году США при администрации Дональда Трампа официально объявили о намерении выйти из соглашения, мотивируя своё решение защитой экономических интересов государства. США официально вышли из Парижского соглашения 4 ноября 2020 года и вновь присоединились к нему 19 февраля 2021 года при администрации Джо Байдена. 20 января 2025 года был подписан новый указ о повторном выходе из Парижского соглашения.
С точки зрения президента США Дональда Трампа, это соглашение давит на экономику ресурсодобывающих стран, и на примере США реализация полного соглашения привела бы к потере более чем 6,5 млн рабочих мест в добывающем секторе экономики [11]. Добывающий сектор экономики США составляет традиционно 1,8–2,0 % от объёма ВВП, в ЕС в целом менее 1 %, Индии — 2.8 %, Китая — 8 %, в то время как доля сравниваемого сектора в России составляет порядка 10–15 % от ВВП.
Однако, по мнению авторов, стоит рассматривать весь цикл промышленного производства как фактор, влияющий на глобальное климатическое изменение, который состоит из добывающей и обрабатывающей промышленности (см. табл. 3).
Таблица 3
Сравнение основных экономических показателей крупнейших экономик мира в рамках Парижского климатического соглашения| № | Страна /
союз | ВВП, $ трлн (номинал, 2025) | Доля обраб. пром., % | Доля добыв. сект., % | Итого доля пром. компл., % | Статус
участия в
Парижском согл. |
|---|
| 1 | США | 26,95 | 11,3 | 1,9 | 13,2 | Нет | | 2 | Китай | 19,4 | 28 | 8 | 36 | Да | | 3 | ЕС | 18,6 | 15 | 3 | 18 | Да | | 4 | Германия | 4,43 | 19,7 | 0,4 | 20,1 | Да | | 5 | Япония | 4,23 | 20 | 0,2 | 20,2 | Да | | 6 | Индия | 3,73 | 20 | 2,8 | 22,8 | Да | | 7 | Велико-
британия | 3,5 | 14,7 | 1,75 | 16,45 | Да | | 8 | Франция | 3 | 10,6 | 0,2 | 10,8 | Да | | 9 | Канада | 2,3 | 18 | 6 | 24 | Да | | 10 | Россия | 2,15 | 13,6 | 10 | 23,6 | Да, но не
ратифици-
ровали в ГД | | 11 | Италия | 2,1 | 15 | 0,2 | 15,2 | Да | | 12 | Бразилия | 1,95 | 25 | 7 | 32 | Да |
Источник: [11]
Исходя из анализа таблицы 3, можно сделать вывод, что подавляющее количество стран привержены «Парижскому соглашению», в то время как статус США предположительно политически ангажирован спецификой действия администрации президента Дональда Трампа, так как по доле обрабатывающей промышленности США занимают 10-е место, а в рамках добывающей — 6-е, что в целом ставит США на 10-е место по зависимости от собственного промышленного комплекса. Тогда как основные лидеры по доле промышленности среди ТОП-12 экономик мира — Российская Федерация и Китай — имеют 36 % и 23,6 % доли от ВВП соответственно и участвуют в «Парижском соглашении». Однако важно отметить, что Государственная Дума Российской Федерации по состоянию на конец 2025 года не ратифицировала соглашение, а следовательно, решение не вступило в свою законную силу. и не имеет юридической силы на территории страны.
В целом можно отметить, что критику «политизированности» международной повестки по решению глобальных климатических задач невозможно обосновать прагматичным подходом влияния «картелей потребителей» добывающей и обрабатывающей промышленностей. Однако быстрая и непродуманная имплементация любых законов в этой сфере может негативно сказаться на темпах роста ВВП стран с высокой долей в производственном секторе.
В рамках анализа можно сделать вывод, что экономические показатели не имеют четкой корреляционной зависимости, так как доля промышленного комплекса в ВВП страны, не подписавшей соглашения (США) ставит ее на 10 место из 12 крупнейших экономик мира, включая ЕС, что выводит мотивы отказа от подписания соглашения за пределы экономического подхода, основанного на рациональном подходе, допуская политические и идеологические спекуляции США. Такая эгоистичная политика США демонстрирует миру, что они не могут претендовать на лидера моноцентричного мира по причине грубого игнорирования жизненно-важной потребности мирового сообщества и международного права (в части Программы ООН по окружающей среде). Межправительственная группа экспертов по изменению климата сделала вывод, что в результате деятельности человека, концентрации углекислого газа, метана и закиси азота в атмосфере повысились до глобальных масштабов [15].
Обзор международного опыта. Анализируя международный опыт регулирования углеродного следа, возникающего при производстве, следует отметить два механизма регулирования, которые отличаются способом применения и реализацией задач: ETS (Система торговли выбросами) и CBAM (Механизм трансграничного углеродного регулирования) (см. табл. 4).
Таблица 4
Институты работы углеродных бирж| Параметр | ETS | CBAM |
|---|
| Описание | Рыночный механизм внутри страны или региона, где компании получают квоты на выбросы CO₂ и могут торговать ими | Таможенный механизм, который облагает импортируемые товары налогом на углерод, исходя из выбросов при их производстве | | Область применения | Внутренний рынок (к примеру, между субъектами или странами) | Импорт товаров из третьих стран в зону действия ETS (например, в ЕС) | | Цель | Сокращение выбросов за счёт лимитирования и торговли квотами | Предотвращение «утечки углерода» — перемещения производства в страны с менее строгими стандартами | | Механизм действия | Устанавливаются лимиты выбросов, предприятия покупают/продают квоты | Импортёры платят «углеродный налог» или покупают сертификаты, эквивалентные выбросам, связанным с производством импортируемых товаров | | Взаимосвязь | Основной инструмент регулирования выбросов внутри ЕС | Дополнение и расширение ETS на импорт, постепенно заменит бесплатные квоты в ETS |
Источник: составлено авторами
Важно отметить, что CBAM, как механизм, рационально использовать при условии высокого уровня регулирования собственного рынка для недопущения демпинга среди импортных товаров конкурентов, издержки которых сравнительно ниже, чем товары, произведённые по стандартам, снижающим углеродный след.
Исходя из предложенной модели институтов работы углеродных бирж, существующих сегодня, авторы предлагают рассмотреть оценочные значения развитости институтов углеродного регулирования промышленности в странах с ведущей экономикой в мире, а также оценить значимость и влияние этих институтов на глобальный тренд реализации данной инициативы.
Для анализа развитости институтов было выбрано 4 интервала оценки (см. табл. 5):
– 0,75–1,00 — институты регулирования запущены и функционируют на рыночной основе, на уровне государства / объединения законы работают повсеместно, нет исключений;
– 0,50–0,75 — все механизмы введены в легальное поле экономики, есть исключения по соблюдению правил функционирования законодательства для отдельных видов производства;
– 0,25–0,50 — один из механизмов запущен полностью или частично, бизнес тестово или в добровольном порядке соблюдает правила работы;
– 0,01–0,25 — идёт разработка, начальная стадия тестирования механизмов регуляции на территории страны / союза.
Таблица 5
Основные значения развитости и мировой важности институтов углеродных бирж (значения на базе собственных расчётов)| Страна / союз | Наличие ETS | Наличие CBAM | Ср. знач. развитости | Ср. оценоч. знач. влияния |
|---|
| США | ETS отсутствует на фед. уровне; пилотные проекты и региональные ETS есть; фед. ETS планируется к 2029 г. | Законопроект о «иностранном сборе за загрязнение» (аналог CBAM) на стадии обсуждения | 0,38 | 0,317 | | Китай | Национальная ETS действует с 2021 года (энергетический сектор) | CBAM отсутствует, но ETS охватывает крупнейший объём выбросов | 0,38 | 0,134 | | ЕС | ЕС ETS | ЕС CBAM | 1,00 | 0,149 | | Германия | Входит в ETS ЕС | Входит в CBAM ЕС | 1,00 | 0,095 | | Япония | Добровольная схема торговли углеродом (GX-ETS) | CBAM отсутствует | 0,25 | 0,030 | | Индия | Региональные ETS в стадии запуска | CBAM отсутствует | 0,13 | 0,017 | | Великобритания | Собственный ETS с 2027 года | Собственный CBAM с 2027 года | 0,25 | 0,026 | | Франция | Входит в ETS ЕС | Входит в CBAM ЕС | 1,00 | 0,087 | | Канада | ETS отсутствует, пилотные проекты | CBAM в начальной стадии разработки | 0,25 | 0,024 | | Россия | Экспериментальная ETS с 2024 года | CBAM отсутствует, но ведутся споры с ЕС по CBAM | 0,25 | 0,023 | | Италия | Входит в ETS ЕС | Входит в CBAM ЕС | 1,00 | 0,085 | | Бразилия | Закон о регулируемом рынке углерода принят в 2025 году | CBAM отсутствует | 0,13 | 0,012 |
Источник: составлено авторами
В качестве результата авторы выделяют, что все 11 государств лидеров мировой экономики в той или иной степени реализуют программу контроля углеродного следа на своей территории. ЕС и его страны находятся в авангарде законотворчества и имплементации этого подхода, несмотря на факт развитой обрабатывающей промышленности. В то же время, имеются следующие показатели по влиянию на глобальный тренд и зрелость институтов вслед за США, которые лидируют за счёт значительного отрыва по номинальному ВВП. Однако, исходя из анализа поведения США в рамках «Парижского соглашения», можно сделать вывод, что США, как страна, не репрезентативна по причине политизированности своих решений. Тренд идёт не эволюционным методом — поступательно, а за счёт директив и видения правящей партии, которые диктуют внутренние нормы, исходя из предпочтений электората, а не международных соглашений.
Также подлежит конструктивно-критическому анализу опыт ЕС, который ранее считался самым валидным для внедрения. Сегодня мы видим довольно неоднозначные результаты опыта ЕС. Поэтому прямое копирования их опыта и проводимой политики по вопросам климатической повестки, который не учитывает условия и специфику ЕАЭС, является рискованным и может причинить социальный и экономический ущерб.
Заключение. Проведённый в исследовании анализ перспективы интеграции углеродных бирж в институциональную структуру ЕАЭС как инструмента устойчивого развития и повышения конкурентоспособности региона в условиях глобальной климатической повестки в рамках общего финансового рынка позволяет сделать следующие выводы.
1. Создание единой углеродной биржи в рамках ЕАЭС может стать не только эффективным инструментом снижения углеродного следа, но и драйвером дальнейшей интеграции Союза, способствуя гармонизации законодательства, развитию общего финансового рынка и формированию единого биржевого пространства.
2. На данный момент страны ЕАЭС обладают разрозненными национальными инициативами в области углеродного регулирования, что не позволяет в полной мере реализовать потенциал единого рынка углеродных единиц.
3. Для успешной реализации предложенной концепции важно содействовать многостороннему сотрудничеству и стандартизации процессов в части обмена углеродными единицами.
4. Важнейшим институциональным условием для успешной интеграции углеродной биржи является запуск и развитие ОФР ЕАЭС, в который органично может быть встроен механизм торговли углеродными единицами.
Таким образом, интеграция в сфере климатического регулирования может стать новым этапом позитивной интеграции ЕАЭС, способствуя не только выполнению международных обязательств (Парижского соглашения), но и укреплению экономических связей между странами-участницами.
Особое беспокойство вызывает то, что международная климатическая повестка становится всё более политизированной и экономически чувствительной, особенно для стран с высокой долей промышленности и добывающего сектора в ВВП. Неправильная имплементация климатических норм может привести к негативным последствиям для экономики таких стран. Поэтому создание единой углеродной биржи должно осуществляться на основе научных принципов, методов и приёмов обеспечения экономической безопасности, а также сопровождаться тщательной проработкой механизмов гармонизации стандартов, верификации проектов и учёта национальных интересов.
В результате проведённого исследования полученные выводы подтверждают, что исследовательская задача решена, а выдвинутая гипотеза подтверждена. Вместе с тем, как уже отмечалось в начале статьи, данная проблема не ограничивается только экономической сферой в обозначенных рамках исследования, так как изменения концентрации в атмосфере парниковых газов и аэрозолей, изменения солнечной радиации и свойств земной поверхности меняет энергетический баланс климатической системы Земли. Соответственно, она оказывает влияние и на другие глобальные системы. Поэтому для получения новых системных знаний, чтобы их направить во благо цивилизации, проблема требует дальнейшего исследования. |
| |
|
|
|
