Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (81), 2022
ЕВРАЗИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ
Благих И. А.
профессор кафедры экономической теории
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук


К вопросу о Беловежском соглашении и ликвидации СССР: историко-экономический экскурс
Статьи профессора Санкт-Петербургского государственного университета и Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, доктора экономических наук Кротова Михаила Иосифовича традиционно вызывают в научном сообществе неподдельный интерес. Не стала исключением и последняя его работа в Евразийском научно-аналитическом журнале «Проблемы современной экономики» — «Распад СССР и Беловежское соглашение в исторической памяти» (2021, №4). По предложению редакции журнала, организовано ее обсуждение
Ключевые слова: СНГ, ЕАЭС, распад СССР, Беловежское соглашение, безопасность, конкурентоспособность, суверенное государство, государственная независимость, федеративное государство
УДК 339.924; ББК Т3(2)74–3   Стр: 29 - 31

30-летний период достаточно большой срок, чтобы, как говорят историки, «бумаги дали сок и наступило время непредвзятого осмысления произошедшего, ибо научная история не пишется одновременно с самими событиями» [2]. В статье М.И. Кротова не только проанализированы исторические наслоения о Беловежском соглашении, его результатах, последствиях, показаны намеренные его искажения отдельными участниками тех событий, но и раскрыты стратегические и тактические ошибки советского руководства, обусловившие ликвидацию государства, объединяющего под своей эгидой не только союзные республики СССР, но и страны социалистического лагеря.
Ценность проведенного в статье анализа заключается в том, что в условиях современной России, угрозы и вызовы, стоящие в свое время перед Советским Союзом, не канули в прошлое. Они продолжают существовать. Современная Россия, как геополитическое объединение, имеющее свои интересы, выходящие за пределы национальной территории, по-прежнему подвергается усилиями зарубежных «партнеров» и внутренних «доброхотов» различного рода опасностям дальнейшего разрушения по территориальным, национальным и конфессиональным признакам. Нельзя отрицать и того, что не только советское, но и российское руководство страны за прошедшие десятилетия совершало ошибки, не прошедшие бесследно. Об этом свидетельствуют как напряженные отношения современной России с приграничными государствами, так и взрывоопасная международная обстановка, да и невысокий в целом уровень жизни собственного населения.
Анализируя процессы формирования Содружества Независимых Государств, Евразийского экономического союза, М.И. Кротов особо подчеркивает роль Беловежского соглашения, которое, по его мнению, носило объединительный характер. Оно напрямую связывало получение Беларусью, Россией и Украиной полного суверенитета и международное признание их независимости с созданием СНГ как межгосударственного объединения с общим социальным, экономическим, военно-стратегическим пространством, скоординированной внешней политикой и защитой языковых, культурных и этнических прав меньшинств [1, с. 6–7].
Невыполнение Беловежского соглашения властями Украины, неподписание ею Устава СНГ означают несоблюдение этой страной важнейшего условия получения независимости и признания ее территориальной целостности. В отличие от неё, участники Союзного государства, ЕАЭС и ОДКБ являются примером выполнения беловежских обязательств и имеют возможности, как подчеркивает М.И. Кротов, объединиться в более крепкий союз на основе, заложенной Беловежским соглашением [1, с. 6].
Выводы, сделанные автором в статье, вполне обоснованы и нет смысла повторять его аргументацию. Поскольку речь должна идти о научной дискуссии, остановимся на эпизодах, с которыми трудно согласиться без дополнительных доказательств.
В частности, в авторской трактовке часто используется термин «саморазрушение» СССР [1, с. 7]. Затем он говорит об ошибках партийно-государственного руководства, приведших к ликвидации Советского государства. Представляется, что «саморазрушение» и «ошибки» плохо увязываются между собой. Конечно, термин «саморазрушение» звучит более дипломатично, чем «разрушение». Он автоматически амнистирует виновных лиц. Между тем, мы помним, что Б.Н. Ельцин, уходя с поста Президента России, просил прощения за совершенные ошибки. Он не стал ссылаться на «естественные» процессы «саморазрушения». Более упорным в непризнании своей вины оказался М.С. Горбачев. Но, как говорится, «еще не вечер», возможно, что наступит время покаяния и для него.
Трудно согласиться с утверждением М.И. Кротова, что «при создании СССР, пришедшие к власти большевики, разделили исторически единое российское государство по национальному признаку на ряд частей, которые получили суверенные права, в том числе право свободного выхода из СССР» [1, с. 6]. В данном случае автор ссылается на слова В.В. Путина о том, что большевики созданием союзного государства на основе национального признака заложили «бомбу замедленного действия» [3]. Наше несогласие с указанным пунктом обусловлено следующими историческими фактами.
Исторически единое Российское государство стало дробиться на части в годы Первой мировой войны. Под эгидой немцев и союзных им турок, оккупировавших значительную часть европейской России и Закавказье были образованы Польская, Финская, три прибалтийские республики, «самостийные» Украина и Белоруссия, Грузия, Азербайджан и др. Хорезм и Бухара и ранее существовали как вассальные царской России государства. Процессы образования новых самостоятельных государств активно шли на территории России в годы гражданской войны. Колчак, Деникин, Юденич, Чайковский, атаманы Дутов, Семенов и другие не только создали государственную администрацию на подконтрольных территориях, но и заключали международные договоры со странами Антанты, оплачивали собственными денежными знаками союзнические поставки. По мере присоединения этих, «признанных международным сообществом» государств, новой «большевистской» администрации приходилось брать на себя не только бразды правления, но и обязательства, от которых невозможно было отказаться.
Среди руководящей элиты самостоятельных советских республик главенствующую роль играли не большевики, если под ними понимать в нынешней терминологии «сталинистов», а троцкисты. Именно троцкисты, имеющие до 1924 года перевес в партийных органах большинства республик и выступающие под личиной «большевиков-ленинцев» отвергли концепцию Наркома по делам национальностей И.В. Сталина об объединении в 1922 году советских республик в СССР на правах национально-культурных автономий. Сам В.И. Ленин, как известно, был в это время уже серьезно болен.
Троцкистов удалось потеснить лишь два года спустя после образования СССР, за счет так называемого «ленинского призыва», когда в партию были приняты тысячи рабочих, как говорится «от станка». Именно тогда господствующая, комиссарствующая часть партии стала отказываться от идей дальнейшего превращения России в «дрова для костра мировой революции». Как известно, именно в связи с мировой революцией троцкисты предлагали назвать новое советское государство «Союз Республик Европы и Азии», то есть не ограничиваться границами исторической России.
Идеи троцкизма до сих пор популярны в международной молодежной среде, а если говорить о том периоде «революционного брожения в мозгах», то образование СССР было величайшим достижением, которым следует гордиться. Довольно странно слышать критику образования СССР, объединения разрозненных государств в единое целое. Вспомним, что в перестроечные годы тот же Б.Н. Ельцин заявлял руководителям национальных автономий в составе России «берите суверенитета сколько хотите», чем незамедлительно воспользовались их руководители. Это привело к тому, что в России начали формироваться самостоятельные государства со своими конституциями, президентами, «курултаями» и «улусами». Стоило больших трудов привести все эти искажения в соответствие с Конституцией Российской Федерации.
Нельзя назвать ушедшей в историю критику автором «несправедливого» порядка распределения доходов между республиками в советское время [с.7]. Как известно, деньги всегда делятся несправедливо. Разве можно назвать справедливым распределение доходов между регионами — донорами и регионами — реципиентами в современной России? В этой связи, следовало бы обратить внимание на такие явные экономические несуразицы современности, как «Москва и вся остальная Россия», «нефтяные» и «газовые королевства», «черные дыры ЖКХ», рост налогового гнета при снижении доходов населения и многое, многое другое [5]. Не станет ли всё это причиной углубления кризиса и в современной России? Не нанесет ли это вред экономической безопасности нашей страны?
Если на миг представить себе, что время для России за прошедшее тридцатилетие не двигалось, «не шло», что оно остановилось в «застое» брежневских времен, что, например, Китай, Европа, да и весь мир развивался в эти годы без нее, то, безусловно, большинство населения, помнящее жизнь в СССР, скажет, что тогда страна была более комфортной для проживания, чем современная Россия. Прошедшие 30 лет в экономическом смысле поглотила в России, как и вышеназванный нами сервис ЖКХ какая-то черная дыра. И лишь в свете последних событий можно надеяться, что архитекторы этой черной дыры, если не будут преданы суду, то, во всяком случае, получат окончательную отставку от руля и ветрил российского народного хозяйства, банковской, кредитно–финансовой системы и международных экономических связей нашей страны. Должны подвергнуться обновлению не только экономический базис, но и идейно-политическая надстройка, которая с начала «лихих 90-х» повернула вспять социально-экономическое развитие российского общества. Пора сферам культуры, образования и науки перестать ориентироваться на подготовку кадров для западных «партнеров», на выдачу студентам, аспирантам и научно-педагогическим кадрам социально-экономического и гуманитарного направлений дипломов с «двойными стандартами». Пора прекратить антинациональную «образованщину», когда неизвестный в собственной стране ученый-гуманитарий получает от администрации вузов большие денежные премии за публикации статей, позорящих Россию за рубежом, но зато индексируемых в западных поисковых системах Wos и Scopus.
В свете сказанного хочется не согласиться с автором дискутируемой нами статьи о роли научных и инженерных кадров государственных предприятий в СССР, которые по его мысли должны были со второй половины XX века играть (вместо рабочего класса) передовую роль в социально-классовой структуре общества [с. 8]. Интересно понять, они продолжают играть эту роль, или же в рыночных условиях их заменил «офисный планктон»?
Как свидетельствует российская история именно интеллигенция, неважно как она себя именует — научной, инженерной, творческой, технической, дореволюционной, разночинной, советской, диссидентской, инакомыслящей, рыночной и т.д., и т.п., является самой неустойчивой, постоянно впадающей в крайности, «шарахающейся» из стороны в сторону, болтающейся, по выражению В.И. Ленина, «как г... в бочке», частью нашего общества. Конечно, как самая читающая и, особенно, как самая пишущая его часть, она сама писала свою историю и, заодно, историю страны, где она единственная «радела за народ», «несла свой крест», была «солью земли», являлась «историческими скрепами» и т.д.
Критикуемые в статье большевики и были той самой интеллигенцией, радеющей за народ, властью говорящей и действующей от имени народа. Противостоящие им и проигравшие борьбу за власть другие интеллигентские партии были ничем не лучше. Недаром, оказавшись в эмиграции со всякого рода грызущимися между собой кадетами, меньшевиками, эсерами, трудовиками, прогрессистами и другими, Марина Цветаева написала Борису Пастернаку: «Борис, не люблю интеллигенцию и не отношу себя к ней». В известном романе М.А. Булгакова «Собачье сердце» прекрасно показано, что новый, революционный тип интеллигента в виде Шарикова был создан профессором Преображенским, зараженным вирусом разночинно-интеллигентской мечты — преобразовать, наконец, дикую, крестьянскую Россию в некое культурное общество. Международный марксизм ему прививал Швондер, полагающий, что русскому народу не нужно свое, особое отечество. Это, по мысли Швондера, даже для генетически модифицированного Шарикова, большая роскошь...
Разночинная интеллигенция — это бывшая «дворня», которая не получила при отмене крепостного права ни земли, ни имущества. С момента своего «освобождения» она мечтала жить так, как жили «баре». Она считала себя умнее барина, потому что учила его детей и подглядывала за ним в замочную скважину. В конечном итоге, именно она физически уничтожила в России аристократию, присвоила ее имущество и, даже, историческое происхождение.
Интеллигенция любит говорить о «большом терроре» 1937 года. А как быть с террором, развязанным интеллигентами — разночинцами против правительственных чиновников в 1860–1890-е годы, с «красным террором» в 1917–1922 годы? Ведь «большой террор» — логичное продолжение террора, изначально развязанного ими в царской и послереволюционной России.
Стремясь сохранить нажитое непосильным трудом и боясь собственной исторической тяги к личному террору, советская партийная элита неоднократно затевала перестройки и реформы, направленные на формирование в процессе обобществленного производства личной прибыли. В конечном итоге, премии, выдаваемые за «заработанную» прибыль, стали превышать зарплату, ограниченную «партмаксимумами» и тарифно-квалификационной сеткой. Не будем говорить о реформах Н.С. Хрущева и А.Н. Косыгина, как о неудачах. В конечном итоге, именно они научили (вместе с подсказками заокеанских «партнеров») партийно-советскую элиту как приватизировать (на благо народа) общенародную собственность.
Естественно, что при этом, пришлось ликвидировать Советский Союз (иначе как можно было по-другому объявить действующее в стране законодательство «не действующим»?) и поделиться «добытым» с ловкими людьми, которые на новой законодательной основе оформляли происходящее «законным» образом. Они, как приказчики, честно работающие на хозяина и немного на себя, помогали превращать малоликвидные материальные активы в финансовые и «ховать» их в надежных заграничных бумагах, фондах, банках и т.д. (вспомним роль «придворного фактора» Б.А. Березовского при ельциновской семье). Так, на руинах Советского Союза формировалась правящая олигархия. И хотя эти процессы еще далеки от завершения, новой элите верой — правдой служит «передовой класс» — научная, техническая, культурная, литературная и прочая, и прочая... интеллигенция — «соль земли», состоящая из «правдолюбов» и «правдоборцев», «несущая свой крест», ходящая на Пасху в православные храмы, а затем (после пьянки на корпоративах) кроющая на всю страну матом по телевидению и другим СМИ.
В связи со всем вышесказанным, совершенно справедливым представляется констатация М.И. Кротовым факта, что «бывшая советская элита извлекла из развала СССР экономическую и политическую выгоду» [1, с. 10]. Согласны мы и с его выводом о том, что именно горбачевская перестройка запустила процессы, приведшие к государственной катастрофе [с. 10]. Вообще следует сказать, что дискутируемая нами статья М.И. Кротова содержит, особенно в выводах, много мудрого и правильного. Например, очень актуально звучит положение о том, что ЕАЭС должно развиваться в «Большую Евразию» [с. 11], что это не будет происходить само собой и надо прикладывать и научные, и пропагандистские усилия к ее формированию и ряд других идей.
Приведенная выше критика отдельных положений статьи М.И. Кротова следует законам жанра. Дискуссия не может проходить без эмоций. Иначе получится параллельная научная статья. Мы старались избежать неуместного в данном случае академизма, и заранее просим у автора извинения за, возможно, излишнюю эмоциональность. Ясно одно — необходимо осознать пагубность исторической поверхностной «образованщины». При нарочито культивируемому в обществе нигилистическому отношению к советскому прошлому, при ликвидации даже в экономических вузах преподавания истории народного хозяйства России и СССР, без учета и использования лучшего опыта тысячелетней истории России, невозможно смело смотреть в будущее.


Список использованных источников:
1. Кротов М.И. Распад СССР и Беловежское соглашение в исторической памяти // Проблемы современной экономики. — 2021. — №  4. — С. 6–11.
2. Благих И.А. Петербургско-ленинградская историко-экономическая школа // Экономист. — 2009. — №  6. — С. 81–93.
3. Путин В.В. Об историческом единстве русских и украинцев. — [Электронный ресурс] http://www.kremlin. ru/events/president/news/66181/ (дата обращения: 08.12.2021).
4. Благих И.А. Россия и капитал: 200 лет вместе и 80 лет порознь // Экономист. — 2015. — №  5. — С. 70–75.
5. Газизуллин Н.Ф., Благих И.А., Хоменко В.В., Шагеева Р.А., Гаврилов О.Е., Забирова Л.М. Экспертно-аналитическая площадка регионального измерения евразийского интеграционного процесса // Проблемы современной экономики. — 2021. — №  3. — С.224–227.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2022
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия