Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (79), 2021
ПРОБЛЕМЫ НАУКИ И ОБРАЗОВАНИЯ
Канаев А. В.
профессор кафедры теории кредита и финансового менеджмента
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук

Канаева О. А.
доцент кафедры экономической теории и социальной политики
Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук

Соловей Т. Н.
доцент кафедры экономической теории и социальной политики
Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук


Интеграция проблематики устойчивого развития в образовательные программы высшего профессионального образования: цели, проблемы, направления
(Часть 1)
В статье обоснована необходимость интеграции проблематики устойчивого развития (УР) в образовательные программы высшего профессионального образования (ОП ВПО) экономического и управленческого направлений. На основе анализа Международных инициатив и Программ, опыта зарубежных и российских университетов в рассматриваемой области показаны направления интеграции проблематики УР в ОП ВПО, обозначены ключевые проблемы (ограничения), а также меры, направленные на переход от традиционной к экологически и социально ориентированной модели высшего образования
Ключевые слова: устойчивое развитие, образование для устойчивого развития, экологически и социально ориентированная модель образования, высшее профессиональное образование
УДК 330.145; ББК 65.291   Стр: 172 - 176

Постановка проблемы
В настоящее время во многих странах мира, в том числе и в России, все более явно прослеживается тренд на переход к модели устойчивого развития, как на макроуровне, так и на уровне компаний. Изменение климата, утрата биоразнообразия, загрязнение окружающей среды, проблемы экономического развития и рост социального неравенства приобретают все более угрожающий характер, при этом многие из этих процессов могут стать необратимыми уже при жизни нынешнего поколения. В связи с этим существенную трансформацию приобретает сама концепция устойчивого развития — от ориентации на сохранение ресурсов в интересах будущих поколений — к сохранению основных систем жизнеобеспечения для ныне живущих, как на глобальном, так и на национальных уровнях.
Особенно заметным этот тренд стал после 2015 г., когда ООН были сформулированы 17 Целей устойчивого развития-2030 (ЦУР ООН-2030), ставших ориентиром в развитии на глобальном, региональном, национальном и корпоративном уровнях [1]. «Революция, о которой говорили лидеры бизнеса еще в 2015 г., похоже, действительно началась и процесс набирает обороты очень быстро. Концепция устойчивого развития ... впервые используется как практический инструмент экономического и социального прогресса» [2]. Подтверждением этого могут служить шаги, предпринятые Европейским Союзом (ЕС) в период с 2015 по 2020 гг. В первую очередь речь идет о новой экономической и политической стратегии ЕС, полностью базирующейся на ЦУР ООН-2030 [3]. На ее основе разрабатываются конкретные планы действий, обновляется нормативная база1. Так, в соответствии с Директивой 2014/95/EU в рамках ЕС с 2017 г. представление нефинансовой отчётности стало обязательным для публичных компаний, банков, страховых и общественных организаций [4]. В связи с этим, предметом целого ряда публикаций стал анализ преимуществ и рисков, связанных с раскрытием информации о деятельности компаний в области УР, а также рекомендации, направленные на повышение эффективности этой деятельности и качества отчетности [5, 6]. В России также наметилась тенденция усиления институциональной поддержки ответственного ведения бизнеса и перехода к модели УР, что нашло отражение как в законодательных инициативах, таких как Проект федерального закона «О публичной нефинансовой отчетности», принятии поправок к законам «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)», «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», концепции расширенной ответственности производителей (РОП), так и в Национальных проектах социально-экономического развития и др.
Особо следует подчеркнуть, что идеи и принципы УР находят все более широкую поддержку бизнес-сообщества. Растет число компаний, демонстрирующих свою приверженность принципам УР, трансформирующих свою деятельность и стратегии на основе принципов и целей УР, раскрывающих результаты своей деятельности в области УР в корпоративных нефинансовых отчетах [7; 8]. Все чаще компании реализуют стратегический подход к корпоративной социальной ответственности (КСО) и УР, интегрируя принципы КСО и УР в корпоративные стратегии. Россия не является исключением. Подтверждением этого является динамика нефинансовой отчетности международных и российских компаний в области УР (Рис.1).
Рис.1 Динамика корпоративной нефинансовой отчетности по УР в мире и в России
Составлено авторами по: [9], [10].
Необходимость перехода к модели развития, в основе которой лежат принципы УР, в настоящее время практически не вызывает сомнений и обусловлена целым рядом факторов [11]: формированием глобальных экономических, технологических, информационных, экологических, социальных вызовов и рисков; неспособностью экономической модели, базирующейся на неолиберальных постулатах и ценностях, предлагать адекватные ответы на них; формирующимися социально-экономическими тенденциями, трансформацией моделей поведения потребителей [12]; изменением внешней и внутренней среды ведения бизнеса; усилением нормативно-правового регулирования и ростом ограничений в области УР. Так, в декабре 2019 г. Еврокомиссия обнародовала меры по преобразованию экономики с целью обеспечения углеродной нейтральности к 2050 г., содержащиеся в программном документе «Европейский зеленый курс» [13]. В ноябре 2020 г. издан Указ Президента РФ «О сокращении выбросов парниковых газов» [14].
Классификация глобальных рисков и угроз приводится в ежегодных отчетах (Global Risk Report), подготавливаемых к Всемирному экономическому форуму в Давосе. Данные, представленные в Докладе о глобальных рисках –2020, были получены путём опроса порядка 800 мировых экспертов и лиц, принимающих решения. Респондентам было предложено оценить глобальные угрозы с точки зрения вероятности их возникновения и степени их воздействия. Все существующие глобальные риски были разделены на пять категорий: экономические, экологические, геополитические, социальные и технологические. Общая картина глобальных угроз, по мнению авторов доклада, включает: геополитическую нестабильность; проблемы экономического развития; недостаточные меры по противодействию изменению климата; негативные последствия от утраты биоразнообразия; малоэффективное управление развитием технологий; дающие сбои национальные системы здравоохранения [15]. О кризисе сложившихся моделей и инструментов экономического развития, а также рисках, вызванных ростом социального расслоения, говорил в своем выступлении на ВЭФ в Давосе в 2021 г. Президент России В.В. Путин [16].
Все более ощутимую роль в переходе к УР играют такие драйверы, как ответственное (устойчивое) инвестирование, предполагающее принятие инвестиционных решений на основе анализа ESG факторов [17] и ответственное (устойчивое) потребление [12].
Для перехода к модели устойчивого развития необходимы три базовых условия: во-первых, новые технологии и бизнес-модели; во-вторых, новые формализованные и неформализованные нормы и правила, т.е. новая институциональная среда; в-третьих, готовность общества воспринимать эти нормы и правила и следовать им в своей повседневной жизни и экономической деятельности. Последнее отражено в одном из базовых принципов УР — принципе вовлеченности. Роль образования во всех трех названных направлениях исключительно высока.
Названные выше факторы и условия перехода к УР справедливо рассматриваются как своеобразный вызов сложившейся традиционной модели образования, в том числе и высшего профессионального образования, требующий адекватного ответа; определяют необходимость формирования экологически и социально ориентированной модели образования — образования для устойчивого развития.
Среди 17 ЦУР в качестве четвёртой сформулирована цель «Обеспечить всеохватное и справедливое качественное образование и поощрять возможности обучения на протяжении всей жизни для всех». Достижение этой цели предполагает решение целого ряда задач, среди которых задача 4.7 — «К 2030 году обеспечить, чтобы все учащиеся приобретали знания и навыки, необходимые для содействия устойчивому развитию, в том числе посредством обучения по вопросам устойчивого развития, пропаганды устойчивого образа жизни, прав человека, гендерного равенства, культуры мира и ненасилия и концепции глобального гражданства и понимания ценности культурного разнообразия и вклада культуры в устойчивое развитие» [1].
Формирование модели образования, отвечающей глобальной задаче перехода к УР, предполагает интеграцию проблематики УР в образовательные программы всех уровней и направлений подготовки, в том числе в ОП ВПО экономического и управленческого направлений. Последнее вызвано тем, что все возрастающая роль в достижении ЦУР ООН отводится бизнесу, ответственному, устойчивому управлению (Responsible Sustainable Management).

Образование для устойчивого развития: концепции и ключевые подходы
На протяжении последних 20 лет на площадках разного уровня Форумов, Саммитов и конференций, в аналитических докладах и научных публикациях идет активное обсуждение роли образования в переходе к УР, принципов, которые должны быть положены в основу модели образования для УР (ОУР). Основополагающие идеи и принципы ОУР изложены в целом ряде международных документов. В Повестке дня на XXI век (36 гл.) говорится, что образование является неотъемлемой частью УР, имеет решающее значение для содействия УР и повышения способности людей решать проблемы окружающей среды и развития. Нельзя не согласиться с данной в этих документах оценкой роли образования в области УР, как важнейшей опоры устойчивого развития, глобального цивилизационного проекта.
К важнейшим международным инициативам в рассматриваемой области следует отнести: «Всемирную декларацию о высшем образовании для 21 века: подходы и практические меры» (1998); Декаду ООН по образованию в интересах УР (2005–2014 гг.); Всемирную конференцию ЮНЕСКО по образованию в интересах устойчивого развития (2014); Айти-Нагойскую Декларацию по ОУР (Япония, 2014), Глобальную программу действий по образованию в интересах устойчивого развития (утверждена 37-й Генеральной конференцией ЮНЕСКО и 69-ой сессией Генеральной Ассамблеи ООН); Дорожную карту по реализации новой глобальной рамочной программы «Образование в интересах устойчивого развития: на пути к достижению ЦУР» (до 2030 года) (Юнеско) и др. [18, 19, 20].
В Глобальной программе действий (ГПД) по образованию в интересах УР подчеркивается, что «образование позволяет людям понять характер и масштаб проблем в области устойчивого развития; дает возможность сформировать критический, нестандартный и творческий подход, необходимый для поиска новых, более эффективных решений общемировых проблем; позволяет людям понять суть тех мощных факторов, которые определяют неустойчивый образ жизни и может помочь выработать организационные навыки и оптимизм, который позволит им действовать по отдельности и коллективно во благо интересов устойчивого будущего» [19].
Ключевая цель ГПД заключается в «осуществлении деятельности на всех ступенях и во всех сферах образования и обучения и расширении её масштабов в целях ускорения прогресса на пути к устойчивому развитию». Программа предусматривает интеграцию принципов УР в программы обучения, а также интеграцию образования в процесс УР. Для достижения поставленной цели определены две задачи: 1) переориентировать образование и обучение таким образом, чтобы каждый человек имел возможность приобрести знания, навыки, ценностные ориентиры и поведенческие установки, дающие возможность участвовать в процессе УР; 2) повысить роль образования и обучения во всех повестках дня, программах и мероприятиях, направленных на поощрение УР [19].
Глобальная программа также предлагает активизировать деятельность государств в сфере ОУР по следующим пяти приоритетным направлениям: интеграция ОУР в международную и национальную политику в области образования и УР; преобразование обучающей среды с учетом принципов ОУР; укрепление потенциала преподавателей всех уровней обучения; усиление роли молодежи в деле достижения УР посредством ОУР; поиск решений в области УР на местном уровне через ОУР. Реализация этих направлений подробно описана в соответствующей Дорожной карте.
Подводя некоторые промежуточные итоги дискуссии о роли ОУР на международном уровне, можно сделать вывод о достижении консенсуса в вопросе оценки роли образования, как исключительно важной для обеспечения УР. В то же время, говорить о выработке общепринятой позиции в отношении ключевых принципов модели образования для УР, подходов к ее формированию пока преждевременно. В настоящее время речь может идти лишь о формировании контуров этой модели, определении ее основополагающих принципов. При этом мы наблюдаем существенные различия в подходах и степени их реализации в различных странах мира.
Позиции ведущих экспертов в рассматриваемой области отражены в работах, опубликованных в специализированном международном журнале “Journal of Education for Sustainable Development (JESD)» в период с 2007 по 2021 гг. [21].
Еще в 1990-е годы была предложена концепция ОУР (Education for Sustainable Development, ESD) образования для устойчивого развития, как уникальная образовательная концепция [22]. В соответствии с ней ОУР должно быть направлено на содействие пониманию сложных взаимосвязей, которые не охватываются другими формами образования, продвижение идей и принципов УР [23], а также на развитие ключевых компетенций, позволяющих людям активно участвовать в процессе УР [24].
Обсуждается несколько подходов к достижению указанных целей. Так, в 2007 г. П. Варе и В. Скотт предложили две концепции ОУР: ESD-1 и ESD-2 [25]. ESD-1 (основана на нормативном подходе) предполагает формирование экспертным сообществом определенных ценностей и моделей поведения, соответствующих принципам УР. В соответствии с этим подходом цель ОУР — повысить осведомленность об УР, привить ценности, связанные с устойчивостью, и способствовать устойчивому поведению посредством продвижения этих ценностей, принципов и моделей поведения. Напротив, концепция ESD-2 (основана на эмансипационном подходе) предполагает не столько ориентацию на предлагаемые модели и ценности, сколько самостоятельную выработку системы ценностей и соответствующих им моделей поведения посредством критического осмысления существующих вызовов, рисков и проблем. В этом контексте УР рассматривается не как закрытая дискуссия между экспертами, а как открытый социальный (обучающий) процесс. Основная цель такого эмансипационного подхода к ОУР — это развитие ключевых компетенций, которые позволяют людям активно влиять на процесс УР. В связи с этим активно обсуждается вопрос о том какие ключевые компетенции особенно важны для УР. В 2012 г. на основе международного исследования экспертами по ОУР из Германии, Англии, Эквадора, Чили и Мексики была разработана концепция «Ключевые компетенции для устойчивого развития глобального общества» [25]. А в 2019 г. была опубликована обзорная статья «Socio-economically Substantiated Education for Sustainable Development: Development of Competencies and Value Orientations Between Individual Responsibility and Structural Transformation», дающая представление о многообразии подходов к трактовке концепции ОУР [22].
В России контуры и некоторые базовые принципы модели ОУР были обозначены в ряде работ исследователей МГУ им. М.В. Ломоносова. Системно они были изложены в Докладе «Образование для устойчивого развития в России: проблемы и перспективы» (2017) [26]. В других работах российских авторов рассматриваются проблемы в области ОУР на разных уровнях образования, в том числе и высшего. Среди ключевых проблем эксперты отмечают отсутствие институциональной поддержки, системного и междисциплинарного подходов, которые отвечают интегрированному подходу к трактовке УР [27].
Опираясь на положения и выводы, сформулированные в международных документах, в работах зарубежных и российских экспертов, а также обобщая опыт интеграции проблематики УР в образовательные программы, реализуемые российскими университетами, в том числе и опыт СПбГУ, можно обозначить, в качестве ключевых, следующие подходы:
• комплексный подход — проблематика УР должна быть интегрирована в той или иной степени и форме в образовательные программы всех уровней образования, что позволит сформировать ценностные ориентиры и поведенческие установки, модели поведения и ведения деятельности, адекватные принципам УР, у подавляющей части подрастающего поколения. Это обеспечит синергетический эффект выработки коллективного иммунитета к «неустойчивым» моделям поведения и ведения профессиональной и предпринимательской деятельности;
• системный подход — проблематику УР следует интегрировать в той или иной степени и форме в учебные дисциплины и курсы, реализуемые в рамках того или иного уровня и направления подготовки, что позволит сформировать систему знаний и компетенций в области УР, соответствующих той или иной профессиональной области деятельности;
• интегрированный (триединый) подход в качестве важнейшей методологической основы построения модели ОУР, структуры и содержания учебных программ и дисциплин. Одним из важнейших и доминирующих направлений развития образования в области УР является его экологическое направление (модель). Однако, в настоящее время, становится очевидным, что ОУР не может быть сведено исключительно к экологическому образованию, поскольку оно не охватывает всю проблематику устойчивого развития, весь спектр целей УР. В связи с этим, следует подчеркнуть, что в процессе эволюции концепции УР сформировался триединый (системный, интегрированный) подход к УР, в основе которого лежит представление о трех его основаниях (трех измерениях, компонентах): экономическом, экологическом и социальном2. В связи с этим, речь должна идти о построении интегрированной модели ОУР, предполагающей изучение экономической и социальной составляющих УР, наряду с его экологической составляющей;
• междисциплинарный подход, предполагающий объединение усилий преподавателей общетеоретических, функциональных и отраслевых дисциплин;
• совмещение нормативного и эмансипационного подходов. На наш взгляд оба подхода к образованию для УР являются востребованными, дополняющими друг друга и могут способствовать достижению ключевых целей ОУР.
Следование этим подходам позволит достичь стратегически значимую цель — сформировать ответственное, социально и экологически ориентированное (интегрированное) мышление у самой широкой аудитории обучающихся, что, в свою очередь, делает возможным переход к устойчивым моделям поведения, потребления и ведения профессиональной и предпринимательской деятельности.


Список использованных источников:
1. Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года. Резолюция ГА ООН A/RES/70/1. 25 сентября 2015 года. — 44 с. URL: https://unctad.org/system/files/official-document/ares70d1_ru.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
2. Нефинансовая отчетность в России и мире: цели устойчивого развития в фокусе внимания. Аналитический обзор за период 2017–2018 гг. — М.: РСПП, 2019. — 108 с. URL: https://www.rspp.ru/download/a48b14d9858856285b5f7aba0c57b076/ (дата обращения: 20.07.2021).
3. A sustainable Europe by 2030. URL: https://ec.europa.eu/info/publications/reflection-paper-towards-sustainable-europe-2030_en (дата обращения: 20.07.2021).
4. Corporate sustainability reporting. EU rules require large companies to publish regular reports on the social and environmental impacts of their activities. URL: https://ec.europa.eu/info/business-economy-euro/company-reporting-and-auditing/company-reporting/corporate-sustainability-reporting_en (дата обращения: 20.07.2021).
5. Monciardini, D., Mähönen, J. T., Tsagas, G. Rethinking Non-Financial Reporting: A Blueprint for Structural Regulatory Changes // Accounting, Economics, and Law: A Convivium. — 2020, — Vol. 10. — No 2. — pp. 20200092. URL: https://www.degruyter.com/document/doi/10.1515/ael-2020–0092/html (дата обращения: 20.07.2021).
6. Aureli, S., Salvatori, F., Magnaghi, E. A Country-Comparative Analysis of the Transposition of the EU Non-Financial Directive: An Institutional Approach, Accounting, Economics, and Law: A Convivium. — 2020. — Vol. 10. — No 2. — pp. 20180047. https://www.degruyter.com/document/doi/10.1515/ael-2018–0047/html (дата обращения: 20.07.2021).
7. Устойчивое развитие в фокусе внимания советов директоров. Опрос членов советов директоров российских компаний. PwC. Октябрь 2019 г. — 36 с. URL: https://www.pwc.ru/ru/materials/pwc-board-survey-2019-russian.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
8. Создание стратегии устойчивого развития. Аналитический доклад. Как цели в области устойчивого развития могут помочь бизнесу в решении глобальных проблем. PwC. 2019. — 46 c. URL: https://www.pwc.ru/ru/publications/collection/pwc-sdg-challenge-2019-rus.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
9. Национальный регистр корпоративных нефинансовых отчетов Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). URL: https://рспп.рф/activity/social/registr/ (дата обращения: 20.07.2021).
10. Corporate Register. The global online directory of corporate responsibility (CR) reports. URL: https://www.corporateregister.com/ (дата обращения: 20.07.2021).
11. Канаева О.А. Социальные императивы устойчивого развития // Вестник Санкт-Петербургского университета. Экономика. — 2018. — т. 34. — № 1. — С. 26–58. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=32778405 (дата обращения: 20.07.2021).
12. Трансформация потребителя. Изменения в поведении потребителей в «новых рыночных реалиях» приводят к ускорению тенденций в формировании нового подхода к работе с покупателями. Глобальное исследование потребительского поведения за 2020 год: Россия. OOO «Прайсвотерхаус Куперс Консультирование». 2020. — 28 с. URL: https://www.pwc.ru/ru/retail-consumer/publications/assets/pwc-global-customer-insights-survey-2020-russia-ru.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
13. The European Green Deal. Communication from the Commission to the European Parliament, The European Council, the Council, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions. Brussels, 11.12.2019 COM (2019) 640 final. 20 p. URL: https://eur-lex.europa.eu/legalcontent/EN/TXT/?qid=1596443911913&uri=CELEX:52019DC0640#document2 (дата обращения: 20.07.2021).
14. Указ Президента Российской Федерации от 04.11.2020 № 666 «О сокращении выбросов парниковых газов». URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202011040008 (дата обращения: 20.07.2021)
15. Global Risk Report 2020. World Economic. — Geneva. 2020. — 102 p. URL: http://www3.weforum.org/docs/WEF_Global_Risk_Report_2020.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
16. Сессия онлайн-форума «Давосская повестка дня 2021». Владимир Путин выступил на сессии онлайн-форума «Давосская повестка дня 2021», организованного Всемирным экономическим форумом. 27 января 2021 года. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/64938 (дата обращения: 20.07.2021).
17. ESG факторы в инвестировании. ООО «Прайсвотерхаус Куперс Консультирование». 2019. — 28 с. URL: https://www.pwc.ru/ru/sustainability/assets/pwc-responsible-investment.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
18. Айти-Нагойская декларация по образованию в интересах устойчивого развития. Всемирная конференция ЮНЕСКО по образованию в интересах устойчивого развития, Aichi-Nagoya, Japan, 2014. — 4 с. URL: https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000231074_rus (дата обращения: 20.07.2021).
19. Глобальная программа действий по образованию в интересах устойчивого развития URL: https://ru.unesco.org/node/263842 (дата обращения: 20.07.2021).
20. Education for sustainable development: A roadmap. 2020. — 73 p. URL: https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000374802 (дата обращения: 20.07.2021).
21. Выпуски журнала Journal of Education for Sustainable Development 2007–2021. URL: https://journals.sagepub.com/loi/jsda (дата обращения: 20.07.2021).
22. Schrank Ch., Rieckmann M. Socio-economically Substantiated Education for Sustainable Development: Development of Competencies and Value Orientations Between Individual Responsibility and Structural Transformation // Journal of Education for Sustainable Development. — 2019. — No 2. — P. 67–91.
23. Tilbury, D., Stevenson, B., Fien, J. аnd Schreuder, D. Education for Sustainability: Responding to the global challenge. International Union for Conservation of Nature and Natural Resources (IUCN) Commission on Education and Communication (CEC). — Gland, Switzerland. IUCN Publications Services Unit. 2002. — 202 p. URL: https://portals.iucn.org/library/sites/library/files/documents/2002–002.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
24. Michelsen G, Siebert H., Lilje J. Nachhaltigkeit lernen. Ein Lesebuch. VAS-Verlag, — Bad Homburg. 2011. — 125 p.
25. Vare P., Scott W. Learning for a change: Exploring the relationship between education and sustainable development // Journal of Education for Sustainable Development. — 2007. — Vol. 1. — Is. 2. — P. 191–198.
26. Ильин И.В., Урсул А.Д., Урсул Т.А., Андреев А.И. Образование для устойчивого развития в России: проблемы и перспективы (Экспертно-аналитический доклад). — М.: Московская редакция издательства «Учитель»; Издательство Московского университета, 2017. — 207 с.
27. Гришаева Ю.М., Вагнер И.В., Ткачева З.Н., Луговской А.М., Моро П.Н. Образование для устойчивого развития сегодня: проблемное поле для преодоления трудностей педагогической адаптации (на примере высшей школы) // Московский государственный областной университет, ЮГ РОССИИ: ЭКОЛОГИЯ, РАЗВИТИЕ. — 2018. — т. 13. — № 3. — С. 159–166.
28. Renewed EU strategy for Sustainable Development. Council of the European Union. Brussels, 26 June, 2006. WP/pc 10917/06. — 29 p. URL: https://data.consilium.europa.eu/doc/document/ST-10917–2006-INIT/en/pdf (дата обращения: 20.07.2021).
29. Education for sustainable development in the framework of the 2030 Agenda for Sustainable Development. Resolution adopted by the General Assembly on 19 December 2019. A/RES/74/223. — 6 p. URL: https://undocs.org/en/A/RES/74/223 (дата обращения: 20.07.2021).
30. The Principles for Responsible Management Education, PRME. URL: https://www.unprme.org/what-we-do (дата обращения: 20.07.2021).
31. 2018–2019 Annual Report PRME & 2020 Outlook. — 37 p. URL: https://d30mzt1bxg5llt.cloudfront.net/public/uploads/PDFs/PRME-Annual-Report-2018–2019_FINAL.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
32. UI Green Metric World University Ranking. University of Indonesia. URL: https://greenmetric.ui.ac.id/about/welcome (дата обращения: 20.07.2021).
33. Общая информация на сайте STARS (Sustainability, Tracking, Assessment and Raiting System). Доступно онлайн: URL: https://reports.aashe.org/institutions/participants-and-reports/?sort=rating (дата обращения: 20.07.2021).
34. Times Higher Education University Impact Rankings. URL: https://www.timeshighereducation.com/rankings/impact/2021/overall#!/page/0/length/25/sort_by/rank/sort_order/asc/cols/undefined (дата обращения: 20.07.2021).
35. Online Courses in Sustainable Development. 2021. URL: https://le.ac.uk/courses/mooc-sustainability/2021; URL: https://le.ac.uk/courses?location=&level=&Page=2&q=sustainable%20development&subject=&mode= (дата обращения: 20.07.2021).
36. Портал магистерских программ: Keystone Masterstudies. URL: https://www.masterstudies.com/Masters-Degree/Sustainable-Development/ (дата обращения: 20.07.2021).
37. Cтефанович М. Учеба и карьера в сфере устойчивого развития. Изучение устойчивого развития за границей: лучшие программы, работодатели и карьерные возможности. 22 Октябрь 2018. URL: https://www.hotcourses.ru/study-abroad-info/subject-guides/study-sustainability-abroad/ (дата обращения: 20.07.2021).
38. Топ 1000 российских менеджеров // Коммерсант. 01.10. 2019. Приложение №178. 2 с. URL: https://www.kommersant.ru/doc/4109977?fbclid=IwAR2oBI5rY5_5E-smYG3vkUp9DO4AjZxLLOJ7PMLDD_e6OA0BGQFR8sEdOyg (дата обращения: 20.07.2021).
39. Услуги в области устойчивого развития PWC. URL: https://www.pwc.ru/ru/services/audit/sustainability.html (дата обращения: 20.07.2021).
40. Услуги в области устойчивого развития Deloitte. URL: https://www2.deloitte.com/ru/ru/pages/risk/topics/sustainability-services.html (дата обращения: 20.07.2021).
41. Указ Президента Российской Федерации от 01.04.1996 г. № 440 «О Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию». URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/9120 (дата обращения: 20.07.2021).
42. Национальная стратегия образования для устойчивого развития в Российской Федерации. 2005. URL: https://unece.org/fileadmin/DAM/env/esd/Implementation/NAP/RussianFederationNS.r.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
43. Информационный ресурс «Поступи онлайн» Специалист (менеджер) по устойчивому развитию: какие программы магистратуры позволят получить профессию Специалиста (менеджера) по устойчивому развитию URL: https://postupi.online/professiya/specialist-menedzher-po-ustojchivomu-razvitiyu/programmi-magistr/ (дата обращения: 20.07.2021).
44. Российский координационный комитет кафедр ЮНЕСКО. URL: http://unesco.ru/activity/unitwin/ (дата обращения: 20.07.2021).
45. Университет и Цели устойчивого развития. Раздел сайта СПбГУ. URL: https://spbu.ru/universitet-i-celi-ustoychivogo-razvitiya (дата обращения: 20.07.2021).
46. Устойчивое развитие для создания долгосрочных преимуществ. Вебинар Deloitte. 1 апреля 2020 г. URL: https://www2.deloitte.com/ru/ru/pages/tax/events/2020/01–04–2020.html (дата обращения: 20.07.2021).
47. Отчетность бизнеса по Целям в области устойчивого развития. Анализ целей и задач. Разработано GRI и Глобальным договором ООН при поддержке PWC, 2019. — 357 с. URL: https://media.rspp.ru/document/1/2/a/2ad8687c92ea6f9542e3aa01e5c84910.pdf (дата обращения: 20.07.2021).
48. Канаева О.А., Канаев А.В. Корпоративная социальная ответственность и устойчивое развитие компании: компаративный анализ концепций // OIKONOMOS: Journal of Social Market Economy (Lithuania). — 2019. — № 2(14). — С. 6–28.
49. Доклад о социальных инвестициях в России 2019: к трансформации бизнеса в интересах устойчивого развития. — М.: Ассоциация Менеджеров, 2020. — 75 с. URL: https://amr.ru/projects/1111/ (дата обращения: 20.07.2021).
50. The Business Student’s Guide to Sustainable Management: Principles and Practice / ed. by Petra Molthan-Hill. 2nd ed. — London. Routledge. — 2017. — 640 p.

Сноски 
1 План действий Европейской комиссии (ЕК) по финансированию устойчивого роста; Директива Европейского союза по нефинансовой отчетности (Directive 2014/95/EU); OECD принята рамочная политика по инвестициям (Policy Framework for Investment, OECD), ориентированная на учет ESG- критериев; обновлена версия Рекомендаций по отчетности в области устойчивого развития Всемирной федерации бирж (Exchange Guidance and Recommendations on Sustainability, The World Federation of Exchanges — WFE); получили официальный статус стандарты SASB по раскрытию финансово существенной информации с учетом показателей устойчивого развития по 79 отраслям и др.
2 Концепция трех измерений устойчивого развития была сформулирована в 2002 г. на Всемирном форуме по устойчивому развитию (Johannesburg Declaration on Sustainable Development) и, в дальнейшем, легла в основу многих документов ООН, Всемирного банка, ОЭСР, Европейского союза, стратегий устойчивого развития многих государств. Триединый подход к формированию и реализации стратегии УР получил отражение и в Обновленной стратегии ЕС [28].

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия