Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (79), 2021
ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИИ И ПЕРЕХОДА К ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ
Благих И. А.
ординарный доцент факультета технологического менеджмента и инноваций
Национального исследовательского университета ИТМО (г. Санкт-Петербург),
доктор экономических наук

Аверьянова О. В.
преподаватель кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин
Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова (г. Санкт-Петербург),
кандидат экономических наук

Спесивцева А. А.
бакалавр Института промышленного менеджмента, экономики и торговли
Санкт-Петербургского государственного политехнического университета Петра Великого


Цифровая экономика России в свете международных индикаторов диджитализации
В статье рассматриваются вопросы оценки уровня цифровизации основных отраслей экономики и инновационного развития России и ЕАЭС. В частности, рассматриваются следующие проблемы: уровень развития цифровой экономики и перспективы развития диджитализации (процесса оцифровки) в базовых отраслях России, темпы развития отечественной цифровизации, индикаторы измерения цифровой экономики в целях выявления современного уровня развития информационно-коммуникационных технологий. Показаны мотивационная направленность внедрения цифровых технологий организациями и компаниями, обусловленная развитием конкуренции на информационных рынках, условия и возможности догоняющего развития данного сектора в России. Доказано отсутствие целенаправленной совместной деятельности органов государственного управления, производства, бизнеса и научной сферы в качестве главного препятствия развития цифровой экономики в России
Ключевые слова: цифровая экономика, диджитализация, индикаторы цифровой экономики, информационно-коммуникационные технологии, цифровые инновации
УДК 338.001.36   Стр: 45 - 50

На современном этапе процессы цифровой трансформации являются доминирующими в мировой экономике. К ключевым трендам цифровых преобразований экономики можно отнести: развитие интернета вещей, искусственного интеллекта, облачных вычислений и анализа больших данных, распространение криптовалют на базе блокчейн-технологий, дополненной реальности и совместной экономики. Основными ключевыми технологиями цифровой экономики на современном этапе являются следующие.
1. «Промышленный интернет вещей». Концепция представляет собой сеть физических объектов, оснащенных встроенными цифровыми датчиками и сенсорами, позволяющими объектам взаимодействовать друг с другом или с внешней средой. Считается, что формирование таких сетей позволит перестроить экономические и социальные процессы, устранив необходимость участия человека в ряде операций, связанных с финансовыми транзакциями. Интернет вещей (IoT) относится к растущему массиву подключенных к Интернету датчиков, счетчиков, чипов радиочастотной идентификации (RFID) и других гаджетов, встроенных в различную повседневную инфраструктуру.
В 2020 году к Интернету было подключено больше «вещей» (9,6 млрд), чем людей (6,7 млрд абонентов мобильной широкополосной связи), и, согласно прогнозам, количество подключений к Интернету будет расти на 17 % в год, превысив 22 млрд к 2024 г.
Семерка ведущих стран — США, Китай, Япония, Германия, Республика Корея, Франция и Соединенное Королевство составляют почти 75 процентов мировых расходов на IoT, причем на первые две страны приходится 50 процентов мировых расходов.
Ожидается, что мировой рынок IoT вырастет в десять раз: с 161 миллиарда долларов в 2020 году до 1567 миллиардов долларов к 2025 году. По оценкам IDC (2020), к 2025 году средний подключенный человек в мире будет взаимодействовать с устройствами IoT почти 4900 раз в день, или эквивалент одного взаимодействия — каждые 18 секунд. Это представляет экспоненциальный рост по сравнению с 298 раз в день в 2010 году и 584 в 2015 году. Такой быстрый рост использования IoT приведет к дальнейшему расширению цифровых данных.
Пятое поколение (5G) станет критически важным для IoT из-за его большей способности обрабатывать огромные объемы данных. Сети 5G могут обрабатывать примерно в 1000 раз больше данных, чем современные системы. В частности, он дает возможность подключать гораздо больше устройств (например, датчиков и интеллектуальных устройств). В то время как 72 оператора мобильной связи тестировали 5G в 2020 году, 25 из них запустили эту услугу в этом же 2020 году, а еще 28 — в 2021 году. Предполагается, что к 2025 году Соединенные Штаты, Китай, а затем Европа и весь Азиатско-Тихоокеанский регион будут лидерами в принятии 5G.
2. «Большие данные». Эти технологии позволяют анализировать огромные объемы данных и вытекающие из них трансформационные последствия. Определяющие характеристики «больших данных» представлены формулой 3*V, составляющими которой являются физический объем, скорость роста объема и обработки, а также разнообразие типов структурированных и полуструктурированных данных.
3. 3D-принтеры. Эти устройства позволяют воспроизводить физические объекты в слоях с помощью цифровых трехмерных моделей, использование которых сокращает время и сложность создания и тиражирования ряда объектов. Применение этих технологий предполагает использование широкого спектра новых материалов. Трехмерная (3D) печать, также известная как аддитивное производство, может потенциально нарушить производственные процессы, стимулируя международную торговлю дизайном, а не готовой продукцией. Это дает развивающимся странам возможность перепрыгнуть через традиционные производственные процессы.
4. Экономика совместного использования (Sharing economy). Концепция этой технологии предполагает взаимодействие людей и компаний посредством использования цифровых платформ. Становится очевидным, что цифровая экономика ломает привычные модели роста компаний, отраслей и национальных экономик в целом. Понимая это, известные компании уже сейчас стремятся внедрить цифровые решения в свою жизнь. Цифровые платформы являются ценным активом и ядром «новой» экономики.
5. Дополненная реальность (Augmented Reality, AR) и виртуальная реальность (Virtual Reality, VR). Дополненная реальность (AR) может быть не такой захватывающей, как поездка на американских горках виртуальной реальности, но технология зарекомендовала себя как очень полезный инструмент в повседневной жизни. От фильтров социальных сетей до хирургических процедур AR быстро набирает популярность. Виртуальная реальность (VR) буквально позволяет испытать что угодно, где угодно, в любое время. Это один из самых захватывающих типов технологии реальности, способный убедить человеческий мозг в реальности отображаемого действия.
6. Блокчейн (Block Chain). Технология Blockchain изначально была разработана для bitcoin, однако она является основой для других криптовалют и может быть использована для любого другого вида записи данных. Технология Blockchain является преобразующей и, как ожидается, окажет огромное влияние на развитие цифровой экономики. Согласно прогнозу Gartner о стоимости бизнеса с использованием блокчейн, после первой фазы нескольких значительных успехов в 2018–2021 гг. в 2022–2026 гг. появятся более крупные и целенаправленные инвестиции, а также многие другие успешные модели. Ожидается, что взрывной рост развития блокчейна придется на 2027–2030 гг., в этот период, по данной технологии, может быть достигнут глобальный оборот более чем в 3 трлн долл.. В настоящее время на один только Китай приходится почти 50 % всех заявок на патенты для семейств технологий, связанных с блокчейн, и вместе с Соединенными Штатами они составляют более 75 % всех таких заявок на патенты.
7. Искусственный интеллект (Artificial Intelligence, AI). На современном этапе развития искусственного интеллекта активно развиваются системы совместной обработки графической и текстовой информации, системы переноса знаний — то, что в человеческом сознании называется ассоциативными связями, отвечающими за образы и абстрактные концепции. Большие успехи наблюдаются в развитии обучения с подкреплением — обучении агентов автономному функционированию в среде. Человечество уверенно движется в сторону создания общего искусственного интеллекта, в то время как узкий (слабый) искусственный интеллект давно и успешно внедряется в различных индустриях.
Разработки в области ИИ, включая машинное обучение, обеспечиваются большими объемами цифровых данных, которые можно анализировать, чтобы получить представление и прогнозировать поведение с помощью алгоритмов, а также с помощью передовых вычислительных мощностей. AI уже используется в таких областях, как распознавание голоса и коммерческие продукты (такие как IBM Watson).
8. Облачные вычисления обеспечиваются за счет более высоких скоростей Интернета, которые резко сократили задержки между пользователями и удаленными центрами обработки данных. Большая часть облачного трафика генерируется в Северной Америке, а затем в Азиатско-Тихоокеанском регионе и Западной Европе, на которые вместе приходится около 90 процентов всего облачного трафика. Ожидается, что в период с 2016 по 2021 год наибольший годовой темп роста облачного трафика будет наблюдаться на Ближнем Востоке и в Африке (35%), а затем в Центральной и Восточной Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе, при этом темпы роста будут составлять 29%.
9. Технологии автоматизации и робототехники все чаще используются в производстве, что может оказать значительное влияние на занятость. По данным Международной федерации робототехники, глобальные продажи промышленных роботов удвоились в период с 2015 по 2020. Эта тенденция, похоже, сохранится, и ожидается, что продажи вырастут с 481 300 единиц в 2022 году до 830 000 единиц к 2025 году. Пять крупнейших рынков (Китай, затем Япония, Республика Корея, США и Германия) представляли 73% от общего объема продаж роботов. Китай демонстрирует самый высокий спрос, с долей рынка 36 процентов. Роботы в основном используются в автомобильной, электротехнической и электронной промышленности.
Таким образом, к ключевым трендам цифровых преобразований экономики в целом и сферы финансов в частности можно отнести: развитие интернета вещей, искусственного интеллекта, облачных вычислений и анализа больших данных, распространение криптовалют на базе блокчейн-технологий, дополненной реальности и совместной экономики. Совокупность перечисленных технологий и составляет технологическую основу и фундамент для развития цифровой экономики. Помимо этого, развитие цифровой экономики тесно связано с развитием средств связи 5G и обеспеченностью населения доступом к сети Интернет.
Применение новых технологий, таких как искусственный интеллект, блокчейн и облачные вычисления, позволит автоматизировать и разработать более интеллектуальные решения экономических процессов (табл. 1).

Таблица 1
Основные направления цифровой трансформации
 Разработка продуктаМаркетинг и продажиАдминистративная
политика
Управление
убытками
Поддержка
потребителя
Insur Tech-сегментИсследование рынкаТочечный маркетингАдминистративная политикаПретензии о возмещении убыткаВзаимодействие клиентов с AI
Дизайн продуктаКаналы продажАндеррайтингОбнаружение мошенничестваОнлайн-тразакции
Оценка рисков и ценообразованиеCRMВыставление счетов и сбор платежейПлатежиПоддержка 24/7
Искусственный интеллект (AI) Помощь в онлайн-привлечении клиентовЭлектронное управлениеУпрощенный процесс управления претензиями. Выявление мошенничества в страховых случаяхСнижение стоимости полисов
Big DataПерсонализированные продукты. Точная оценка рисков и ценообразованиеСегментация клиентов. Персонализированная маркетинговая стратегия. Предотвращение потери клиентовЭффективный процесс андеррайтингаЛучшее обнаружение мошенничества с помощью биометрии, идентификация сценариев риска 
Облачные вычисления Интегрированные клиентские порталыАвтоматизированные системы и документооборот для лучшего администрирования, андеррайтинга и урегулирования претензий 
БлокчейнИнновационные продуктыУлучшение прозрачности и безопасности Автоматизированное исполнение претензий, надежный процесс выставления счетов и оплаты 
Интернет вещейАвтоматизированный анализ спроса. Создание новых продуктов    
Источник: разработано авторами на основе сведений открытой печати

Развитие современных цифровых технологий открывает перед странами ЕАЭС новые возможности сотрудничества на базе единой сетевой инфраструктуры, общих цифровых платформ и новых цифровых решений, позволяющих сокращать расстояния, преодолевать границы, создавать новые рабочие места и развивать прежде не существовавшие направления деловой активности.
В этой связи на повестке дня Евразийской экономической комиссии, как наднационального органа ЕАЭС, стоят следующие задачи: 1) координация национальных стратегий цифрового развития стран ЕАЭС; 2) контроль за нормативно-правовой конвергенцией в сфере ИКТ; 3) разработка стандартов для поставщиков IT–услуг и потребителей, включая вопросы безопасности, международного роуминга; 4) разработка индикаторов конвергенции цифрового развития на уровне ЕАЭС. Однако на этом пути имеется ряд объективных и субъективных трудностей. Рассмотрим их в связи с развитием цифровизации в мире.
Для оценки уровня цифровизации национальных экономик применяется ряд международных индексов. Индексы WDCR, DEI, NRI и GCI объединяют институциональные, экономические и технологические показатели, отражающие развитость нормативно-правовой и научно-исследовательской базы, использование ИКТ в бизнесе, информационную безопасность. Индексы DESI, e-Intensity, IDI, EGDI и EPART имеют социальную направленность, отражают социально-экономическую интеграцию, что особенно важно для государств ЕАЭС и предназначены для оценки уровня развития информационного общества; эти индексы не являются экономико-технологическими. Они мало учитывают цифровизацию бизнеса и промышленности, развитость e-торговли и вклад цифровой экономики в ВВП; их принципиальное отличие состоит в том, что они объединяют экономические и социальные показатели развития электронного общества и государства.
К общеизвестным показателям, характеризующим уровень цифровизации национальной экономики, как правило, относят:
Индекс развития ИКТ (ICT Development Index — IDI);
Индекс цифровой экономики и общества (Digital Economy and Society Index — DESI);
Индекс мировой цифровой конкурентоспособности (IMD World Digital Competiveness Index — WDCI);
Индекс цифровой эволюции (Digital Evolution Index — DEI);
Индекс цифровизации экономики Boston Consulting Group (eIntensity);
Индекс сетевой готовности (Networked Readiness Index — NRI);
Индекс развития электронного правительства (The UN Global EGovernment Development Index — EGDI);
Индекс электронного участия (E-Participation Index — EPART);
Индекс глобального подключения (Global Connectivity Index — GCI, Huawei).
Рассмотрим их более подробно.
Индекс развития ИКТ (индекс развития ИКТ — IDI) публикуется в ежегодном докладе, формируемом Международным союзом электросвязи (МСЭ) «Измерение информационного общества»[1]. IDI характеризует уровень развития ИКТ-сектора той или иной страны, позволяет оценить изменения в сфере ИКТ и его эволюцию с течением времени, помимо этого он широко используется в измерении потенциала роста, учитывая существующие возможности и навыки.
Исключительную важность рейтингу IDI придает тот факт, что он формирует оценку качества ИКТ-инфраструктуры и фигурирует практически во всех остальных рейтингах цифровизации.
Качественный уровень IDI заключается в оценке трех процессов цифровой трансформации, каждый из которых выражается собственным субиндексом: доступ к ИКТ, использование ИКТ и наличие ИКТ-навыков. Агрегирование этих трех субиндексов в единый показатель (индекс) позволяет его использовать как действенный инструмент в сравнительном анализе на трех уровнях: национальном, региональном и глобальном.
Агрегирование индексов происходит по соответственным весам: так первая группа индикаторов агрегируется с весовым коэффициентом 0,2; вторая и третья группы — с коэффициентом 0,33. Затем определяются субиндексы по каждой из трех групп. После чего, первый и второй субиндексы агрегируются с весовым коэффициентом 0,4, третий — с 0,2.
Индикаторы группы «Доступ к ИКТ»:
– удельный вес домохозяйств, имеющих доступ к сети Интернет;
– удельный вес домохозяйств, имеющих в наличии ПК;
– число абонентов мобильных систем связи на 100 человек;
– число линий телефонной связи с фиксированным доступом на 100 человек;
– пропускная способность интернет-каналов на одного пользователя.
Индикаторы группы «Использование ИКТ»:
– удельный вес пользователей Интернета в общей численности населения;
– число пользователей широкополосного (мобильного) доступа на 100 чел.;
– число пользователей широкополосного (фиксированного) доступа на 100 чел.;
Индикаторы группы «Навыки в сфере ИКТ»:
– отношение студентов к общей численности населения;
– отношение школьников к общей численности населения;
– период средней продолжительности обучения;
Нормализация показателей, измеренных в разных шкалах, в этом, как и в большинстве других рейтингов, осуществляется по формуле, рекомендованной ОЭСР:

(1)

где xi — значение i-го индикатора;
xmin — минимальное значение индикатора;
xmax — максимальное значение индикатора.

Лучший показатель характеризуется нормализованным значением 1, а худшему присваивается 0.
Существенное влияние на индекс IDI оказывает ценовой фактор. Очевидно, что более высокие расценки на услуги связи и предоставление Интернет-доступа выступают ограничителями для развития информационного общества. Можно предположить, что спрос на услуги интернет-провайдеров — эластичный, поэтому снижение тарифов, помимо роста спроса, может позитивно сказаться на выручке от реализации интернет-операторов. Поэтому можно сделать вывод о том, что в деле построения информационного общества важнейшая роль принадлежит доступности услуг [2].
Европейская комиссия ежегодно оценивает состояние цифровизации европейских стран по индексу цифровой экономики и общества (DESI), который дает представление об уровне развития цифровой экономики в 28 странах ЕС. По данным DESI2018, Дания, Швеция, Финляндия, Нидерланды и Люксембург заняли первые пять мест, в то время как Польша, Италия, Болгария, Греция и Румыния заняли последние пять мест[3]. DESI рассчитывается как сводный индекс, который инкапсулирует показатели развития цифровой Европы и отслеживает эволюцию стран ЕС с точки зрения их цифровой конкурентоспособности. Базами данных DESI являются базы данных Евростата, Международного союза электросвязи и Организации Объединенных Наций. DESI имеет пять субиндексов, которые агрегируются с различными весами. Так, например, субиндекс «связь» (отражает уровень развития фиксированной и беспроводной широкополосной инфраструктуры); «человеческий капитал» (позволяет оценить долю населения, обладающего навыками, необходимыми для пользования услугами, предоставляемыми Интернетом); «использование Интернета населением» (учитывает активность населения, использующего различные услуги в Интернете); «интеграция бизнеса с цифровыми технологиями» (используется для определения уровня цифровизации бизнеса, в том числе с использованием онлайн-продаж); «цифровые государственные услуги» (используется для определения объема государственных услуг, предоставляемых в цифровой форме) и т.д.
Швейцарская бизнес-школа IMD, образованная в 2018 году, формирует шестой мировой индекс цифровой конкурентоспособности (World Digital Competitiveness index — WDCI), который отражает оценку возможностей и готовности стран адаптироваться к развитию цифровых технологий[4]. Индекс WDCI базируется на 50 показателях (30 статистических и 20 экспертных), которые сводятся к трем ключевым факторам-субиндексам: знания (талант, подготовка кадров и образование, научная концентрация); технологии (нормативная база, капитал, технологическая сфера); готовность (адаптация, гибкость бизнеса, концентрация ИТ) [5]
Каждый из субиндексов и микроиндексов имеет одинаковый вес, что означает, что каждый из девяти микроиндексов включен в итоговый индекс с весом, равным приблизительно 11,1 %. Показатели от 6 до 4 агрегируются в микроиндексы с равными весами, причем вес жестких критериев в два раза больше веса мягких критериев, измеряемых экспертами в баллах. Показатели нормируются по стандартной формуле, максимальные и минимальные показатели определяются экспертами.
Также популярен рейтинг цифрового развития и конкурентоспособности стран, составленный Институтом изучения бизнеса в глобальном контексте им. Флетчера (США, университет Тафта), в сотрудничестве с Mastercard [6]. Рейтинг основан на двух основных факторах: текущем уровне цифрового развития и росте цифровизации за последние девять лет, которые, в свою очередь, определяются на основе 170 показателей темпов цифровизации и сгруппированы в четыре субиндекса: уровень предложения, потребительский спрос на цифровые технологии, институциональная среда, инновационный климат. В результате рассчитывается индекс цифровой эволюции (Digital Evolution Index — DEI), отражающий прогресс в развитии цифровой экономики, в соответствии с которым все страны делятся на четыре группы.
В первую группу входят страны, которые уже продемонстрировали свое цифровое развитие в прошлом и поддерживают темпы роста-лидеров в области инноваций, эффективно использующие свои преимущества. Ко второй группе стран относятся те, которые ранее достигли высокого уровня цифрового развития, но сейчас замедлили свою активность, которая находится на грани «выпадения» из этой группы стран. В третью группу входят страны, достигшие самого высокого уровня цифрового развития, но обладающие большим потенциалом и продемонстрировавшие последовательный и уверенный рост, что в будущем дает им возможность перейти в более высокую группу цифрового развития. В четвертую группу входят страны с низким уровнем цифрового развития.
Одним из авторитетных экспертов в области цифровой экономики является Boston Consulting Group (BCG), специалисты которой с 2010 по 2020 год оценивали уровень развития цифровой экономики в 85 странах мира [7].
Индекс электронной интенсивности (e-Intensity) экономической цифровизации BCG обеспечивает комплексную оценку 28 показателей, результат которой рассчитывается как средневзвешенное значение трех субиндексов: инфраструктура ИКТ (вес — 50%), онлайн-расходы (вес — 25%), активность пользователей (вес — 25%). Все субиндексы формируются из средневзвешенных значений базовых показателей. В качестве источников данных используются международные отчеты, которые ежегодно обновляются, такие как Gartner, Ovum, Pyramid Research, Euromonitor, доклад ООН об уровне развития электронного правительства (e-Government survey), доклад Всемирного экономического форума о развитии информационных технологий (The Global Information Technology Report) и другие.
Индекс сетевой готовности (NRI) ежегодно рассчитывается совместно Всемирным экономическим форумом (ВЭФ), Всемирным банком (Всемирный банк — ВБ) и международной школой бизнеса (INSEAD) с 2002г. по настоящее время [8]. NRI — это оценка способности страны использовать возможности ИКТ для цифровой трансформации и продвижения ЧПР. Этот индекс, во-первых, информирует лидеров бизнеса и политиков об основных факторах, влияющих на развитие сетевой экономики, с тем, чтобы учесть эти факторы в государственной политике. Во-вторых, в долгосрочной перспективе эта информация помогает привлечь в онлайн-пространство больше людей, организаций и сообществ со всего мира. Индекс не только оценивает готовность страны к участию в информационном мире, но и показывает, что лежит в основе различий между странами.
NRI состоит из четырех субиндексов, которые измеряют среду для развития ИКТ, готовность общества к использованию ИКТ, фактическое использование ИКТ государством, бизнесом и населением, а также последствия, которые ИКТ порождают в экономике и обществе. Первые три субиндекса являются драйверами роста, которые являются предпосылками для четвертого субиндекса — влияния ИКТ на общество и экономику. Эти четыре субиндекса разделены на 10 микроиндексов и 53 показателя. Первый субиндекс, «внутренняя среда», включает в себя такие микроиндексы, как политическая и нормативно-правовая среда, бизнес и инновационная среда; второй субиндекс, «готовность», — инфраструктуру и цифровой контент, доступность ИКТ, навыки населения; третий, «использование», — включает использование индивидуумами, бизнесом и государством; и четвертый субиндекс, «воздействие», логически является производным трех вышеупомянутых субиндексов и включает в себя такие два микроиндекса, как воздействие ИКТ на экономику и воздействие на общество в отдельно взятой стране. Общее значение NRI является средним арифметическим показателем четырех перечисленных субиндексов[9].
Все показатели нормируются по шкале от 1 до 7 с использованием линейного преобразования по следующей формуле:

(2)

где xi — значение i-го индикатора;
xmin — минимальное значение индикатора;
xmax — максимальное значение индикатора.

По итогам исследования формируется ежегодный отчет, где содержатся и детальные профили стран. По каждому объекту дается характеристика экономического развития в части проникновения и использования ИКТ, а также рейтинги и обширная подборка статистических таблиц со всеми показателями, применяемыми для расчета исследуемого индекса.
Индекс развития электронного правительства (EGDI) рассчитывается Департаментом Организации Объединенных Наций по экономическим и социальным вопросам (ДЭСВ ООН) [10]. Индекс развития электронного правительства EGDI отражает характеристики доступа к электронному правительству, главным образом технологическую инфраструктуру и уровень образования, чтобы представить, как страна использует возможности ИКТ для национального, экономического, социального и культурного развития. Этот индекс позволяет сравнивать состояние и анализировать тенденции, существующие как внутри стран и регионов, так и между ними. Индекс особенно интересен главам правительств, политикам, специалистам, а также представителям гражданского общества и частного сектора, так как позволяет проанализировать состояние и положение страны в мировом сообществе в области готовности к развитию и использованию электронного правительства.
Индекс развития электронного правительства представляет собой средневзвешенное значение трех нормализованных субиндексов: «объем и качество онлайн-услуг», «развитие инфраструктуры ИКТ» и «человеческий капитал». Каждый из субиндексов является, в свою очередь, средневзвешенным значением его показателей.
Еще одной составляющей оценки развития цифровой экономики является публикуемый ООН в отчете United Nations E-Government Survey в качестве дополнительного к Индексу электронного правительства Индекс электронного участия (E-Participation Index — EPART) — показатель развития сервисов активной коммуникации между гражданами и государством. Электронное участие — это регулятивные и организационно-институциональные условия, инфраструктура каналов и площадок участия (т. е. инструментов электронного вовлечения).
Глобальный индекс сетевого взаимодействия (Global Connectivity Index — GCI,) с 2014 г. публикуется компанией Huawei для оценки прогресса крупнейших стран мира в области развития цифровых технологий. GCI создан для анализа широкого спектра показателей с целью всесторонней и объективной количественной оценки цифровой трансформации на основе четырех основ Индекса GCI: предложения, спроса, опыта и потенциала, и пяти передовых технологий: развертывания сетей широкополосной связи, функционирования центров обработки данных, применения облачных сервисов, работы с большими данными и развития интернета вещей.
Показатели цифровой глобализации (такие, как доля иностранных инвестиций среди всех затрат на ИКТ, доля международных контрактов в ИКТ-отрасли, доля иностранных организаций в секторе ИКТ, экспорт ИКТ-товаров и услуг и т. п. не рассматривает ни один рейтинг.
Оценку институциональной базы и уровня инновационного окружения (политической и деловой среды, которая стимулирует процессы цифровизации) производят только в индексах WDCR, DEI, NRI и GCI. Доступность ИКТ услуг по цене входит только в три индекса: DESI, e-Intensity и NRI. Качество человеческого капитала, т.е. уровень образования населения и развитие практических навыков использования ИКТ учитывают три индекса: WDCR, IDI, EDGI.
Направления использования интернета населением и использование цифровых технологий в бизнесе оценивают WDCR, DEI, DESI, e-Intensity и NRI. Развитость (качество) государственных электронных услуг анализируют практически все индексы, кроме IDI, а развитость сектора ИКТ представлена лишь в GCI. Влияние ИКТ на экономику и социум анализирует только NRI, последствия развития ведущих цифровых технологий — также GCI.
По данным рейтинга Digital Evolution Scarecard («Самые цифровые страны мира»), охватывающего 90 мировых экономик, в 2020 г. Россия находилась в группе «перспективных» стран, в которых, несмотря на ограничения цифровой инфраструктуры, активно идет процесс развития цифровизации. Лидерами данной группы являются Китай (39-е место в рейтинге по уровню цифрового развития и 1-е место по темпу цифровизации), Азербайджан (53-е место по уровню и 2-е место по темпу цифрового развития), Индонезия (58-е и 3-е места соответственно) и Индия (61-е и 4-е места) [11]. Россия занимает 49-е место по уровню текущего цифрового развития и 10-е место по темпу цифрового развития (измеряется как прирост баллов рейтинга DES за 2008–2019 гг.).
Несмотря на действия Правительства РФ по развитию цифровизации экономики, Россия отстает от стран — лидеров по уровню и объемам развития цифровой экономики по основным показателям (табл. 2).

Таблица 2
Индикаторы цифровой экономики Российской Федерации
Наименование
индикатора
цифровой экономики
ПоказателиРоссия
Индекс инклюзивного интернета (Inclusive Internet Index) за 2020 годМесто в рейтинге по странам26
Значение79,0
Всемирный рейтинг цифровой конкурентоспособности (World Digital Competitiveness) за 2019 годМесто в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)38 (+2)
Значение70,406
Индекс готовности к сетевому обществу (Network Readiness Index) за 2019 годМесто в рейтинге по странам48
Значение54,98
Глобальный индекс сетевого взаимодействия (Global Connectivity Index) за 2019 годМесто в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)41 (-2)
Значение49,0
Индекс электронной торговли B2C (B2C E-Commerce Index) за 2019 годМесто в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)40 (+2)
Значение77,9
Глобальный индекс кибербезопасности (Global Cybersecurity Index) за 2018 годМесто в рейтинге (изменение по сравнению с 2017 г.)26 (-16)
Значение0,836
Локальный индекс онлайновых услуг (Local Online Service Index) за 2018 годМесто г. Москвы в рейтинге по городам мира1
Значение (максимально возможное — 60)55
Источник: составлено авторами на основе сведений статистического ежегодника «Индикаторы цифровой экономики: 2020».

Главными причинами отставания России от мировых лидеров цифровой экономики являются следующие:
– ограниченные внутренние затраты на формирование цифровой экономики в размере 1,9–2,0% от ВВП страны, что в 2–3 раза ниже, чем в странах Европейского союза и США;
– доля организаций и компаний, имеющих интернет-сайты, в 2 раза ниже, чем в передовых странах по развитию цифровых технологий;
– недостаточная активность граждан в части получения государственных услуг посредством электронного обращения через интернет;
– неравномерность финансирования и инвестирования в информационные технологии по регионам страны. Так, на Москву выделяется примерно 40% государственных расходов на информационные инновации в целом[12].
По каждому рассмотренному показателю можно назвать как отрасль-лидера, так и аутсайдера. Так, по внедрению электронных продаж верхнюю строчку занимают телекоммуникации (28% от общего числа организаций, что в 1,9 раз выше среднероссийского уровня), а нижнюю — операции с недвижимостью (7%). RFID-технологии наиболее интенсивно используются также в телекоммуникации (14% от общего числа организаций, что в 1,7 раз выше среднероссийского уровня), а наименее интенсивно — в операциях с недвижимостью, водоснабжении и утилизации отходов (4%). ERP-системы наиболее популярны в телекоммуникации (46% от общего числа организаций, что в 2 раза выше среднероссийского уровня) и наименее — в водоснабжении и утилизации отходов (7% соответственно). Облачные сервисы наиболее распространены также в телекоммуникации и в отрасли информационных технологий (36% организаций) и наименее — в обеспечении энергией (21% от общего числа компаний) [13].
Более 90% охват организаций широкополосным интернетом достигнут по таким видам экономической деятельности, как обрабатывающая промышленность (90%), оптовая и розничная торговля (90%), отрасль информационных технологий (96%) и телекоммуникации (92%). Предприятия строительства (78%), водоснабжения и утилизации отходов (79%) и с недвижимым имуществом (79%) существенно отстают как от данных отраслей, так и от среднероссийского уровня, находясь на нижней строке по данному показателю [14].
Главным препятствием более активного развития цифровой экономики в России является отсутствие целенаправленной совместной деятельности органов государственного управления, производства и науки. При этом никто не подвергает сомнению, что процесс развития цифровизации будет иметь положительный экономический эффект и приведет к общему росту экономических показателей России.


Список использованных источников:
1. Евразийская экономическая комиссия [Электронный ресурс] // URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/nae/news/Pages/27–08–2014–5.aspx (дата обращения: 06.06.2021).
2. Благих И.А. Роль цифровых технологий в развитии евразийской интеграции // Проблемы современной экономики. — 2019. — № 3(71). — С. 50–55.
3. Основные направления реализации цифровой повестки ЕАЭС до 2025 года утверждены на заседании Совета. 12.10.2017. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://d-russia.ru/osnovnye-napravleniya-realizatsii-tsifrovoj-povestki-eaes-do-2025-goda-utverzhdeny-na-zasedanii-soveta.html (дата обращения: 25.05.2021).
4. Аверьянова О.В., Благих И.А. Влияние цифровой экономики на формирование социальных изменений в обществе // Проблемы современной экономики. — 2019. — № 2(70). — С. 44–48.
5. На пути к будущему 2035: занятость в цифровой экономике / The Boston Consulting Group; Чжэн Цин Тин [Электронный ресурс]. — Китай, 2017. — Режим доступа: http://epaper.21jingji.com/html/2017–01/12/content_54533.htm. (дата обращения: 18.11.2017).
6. Благих И.А., Титов В.О., Ващук, А.Э. Роль информационных ресурсов в управлении бизнесом и обеспечение их надежной безопасности // Вестник ТИСБИ. — 2019. — №1. С.133–143.
7. Аверьянова О.В. Благих И.А., Рябухина А.А. Геймификация социально-экономических коммуникаций: новые вызовы // Проблемы современной экономики. 2020. №3(75). С.67–70.
8. Пахомов Ю. Цифровая экономика Российской Федерации: экономика без экономики. [Электронный ресурс]. https://www.itweek.ru/gover/article/detail.php?ID=195331 (дата обращения: 29.05.2021).
9. Благих И.А. Геймификация цифровой экономики: главные вызовы и варианты их решения. Сб. научных трудов Межвузовского научного семинара. — СПб.: Изд-во: Санкт-Петербургский горный университет, 2020. — С.217–220.
10. Цифровая повестка и поддержка отраслей, обладающих максимальным интеграционным потенциалом: итоги Евразийского межправительственного совета [Электронный ресурс]. http://www.eurasiancommission.org/ru/nae/news/Pages/7–03–2017–3.aspx (дата обращения: 10.05.2021).
11. Аверьянова О.В., Благих И.А., Рябухина А.А. Перспективы развития национальной инновационной системы России в связи с социально-экономической динамикой // Проблемы современной экономики. — 2020. — №1(73). — С. 17–22.
12. Aliaskarova Zh., Pashkus V., Blagikh I.A. Proactive Industrial polisy as the main strategy for improving Russia’s competitiveness in the context of global Economic processes. // SHS WEB of CONFERENCES. Collection of Materials of the 19th International scientific conference. University of Zilina. 2020. — С. 06002.
13. Благих И.А., Газизуллин Н.Ф., Яковлева Н.Г., Титов В.О. Индустриальное общество в XXI веке: переосмысление мейнстрима российскими экономистами // Проблемы современной экономики. — 2017. — №2(62). — С. 286–287.
14. Мишакова Ю.Ю. Развитие цифровой экономики в современной России // Вестник современных исследований. 2020. №10. С. 161–162. [Электронный ресурс]. — URL: https://e-library.ru/item.asp?id=36310990 (дата обращения 23.05.2021).

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия