Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (79), 2021
ЕВРАЗИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ
Попов А. И.
профессор кафедры общей экономической теории и истории экономической мысли
Санкт-Петербургского государственного экономического университета,
доктор экономических наук

Якшибаева Г. В.
доцент кафедры управления проектами и маркетинга
Башкирского государственного университета (г. Уфа),
кандидат экономических наук


К вопросу о разработке модели регулирования трудовой миграции в ЕАЭС
В статье рассматривается модель регулирования трудовой миграции в Евразийском экономическом союзе как основа эффективной реализации одного из важнейших принципов экономических свобод на интеграционном пространстве — свободы движения рабочей силы
Ключевые слова: ЕАЭС, Евразийский экономический союз, регулирование трудовой миграции, трудовая миграция, модель трудовой миграции
УДК 331.5   Стр: 35 - 39

Введение. В настоящее время в условиях изменений геополитической обстановки, активного развития интеграционных процессов, сложной эпидемиологической обстановки в мире, исследование трудовой миграции в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), ее новых форм, черт, особенностей и закономерностей развития, оказывающих амбивалентное влияние на политическую, социально-экономическую и культурную сферы жизнедеятельности общества, приобретают исключительно актуальное значение. В связи с этим, возникает необходимость регулирования трудовых миграционных потоков с целью достижения положительных экономических и социальных результатов, реализации стратегий развития, обеспечения национальной безопасности, удовлетворения растущей потребности экономики в рабочей силе, рационального распределения и использования интеллектуального и трудового потенциала мигрантов в ЕАЭС.
Целью нашего исследования является разработка модели регулирования трудовой миграции в Евразийском экономическом союзе и ее методологическое обоснование. Задачами исследования являются: изучение опыта действующих моделей регулирования трудовой миграции других стран и регионов; осуществление компаративного анализа; определение содержания модели; характеристика основных составляющих ее элементов; анализ современного состояния трудовой миграции.
Методический подход к исследованию. В работе используется понятие «регулирование», так как регулирование в отличие от управления подразумевает:
– упорядочение того или иного явления, обеспечение порядка протекающего процесса;
– совокупность предписаний, механизмов, рекомендаций, исходящих из органов управления с целью внесения порядка в определенную сферу жизнедеятельности;
– форму целенаправленного управляющего воздействия, ориентированного на поддержание равновесия в управляемом объекте и на его развитие посредством введения в него регуляторов (норм, правил, связей) [1].
Регулирование в отличие от управления основано на более гибком взаимодействии объекта и субъекта с применением формальных и неформальных институтов, тогда, как управление проявляется через активную деятельность субъекта по планированию, организации, мотивации, координации и контролю объекта [2].
Изучив методологические подходы (системный, программно-целевой, процессный, функциональный, институциональный, нормативно-прескриптивный, дескриптивно-экспликативный и др.) [3, 12. 13], наиболее подходящим для разработки нашей модели считаем применение системного подхода. Системный подход обусловлен изучением ее элементов, внутренних и внешних связей, который рассматривается как целостная часть более широкой совокупности, позволяющий в конечном итоге получить системное качество и определенный эффект. Как правило, под моделью понимается упрощенная «копия» системы управления с реальными характеристиками, общетеоретическая интерпретация которой сводится к некоему эталону, образцу, моделирующему какое-либо строение, приведение в необходимую форму и содержание существующего объекта. Следовательно, в работе исследуются составляющие элементы, содержание модели, для сравнения осуществляется анализ моделей, оценивается их практическая значимость, определяется в целом роль модели регулирования трудовой миграции в функционировании интеграционного пространства ЕАЭС.
Эмпирической базой исследовательской работы стали статистические материалы официального сайта Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), данные исследования по измерению настроений населения стран постсоветского пространства в рамках проекта «Интеграционный барометр ЕАБР» Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития в партнерстве с Международным исследовательским агентством «Евразийский монитор», контент-анализы публикаций в сети Интернет и СМИ по вопросам регулирования трудовой миграции и др.
В научной литературе имеются разные подходы регулирования трудовой миграции [4]. Из изученных моделей все модели можно разделить на две большие группы: 1) модели, регулирующие большие миграционные потоки, в том числе и трудовые, прибывающие из разных государств; 2) модели миграции, основанные на исследовании мотивации миграционного движения и анализа поведения рационального индивида.
Рассмотрим модели, регулирующие большие миграционные потоки, в том числе и трудовые, прибывающие из разных государств. Во Франции достаточно эффективно работает Ассимиляционная модель регулирования миграционных потоков, см. рис.1, действия которой направлены на отказ мигрантов от своей идентичности и полное принятие традиций, ценностей и моделей поведения, свойственных для данной страны. Успешно ассимилировавшиеся прибывшие работники в дальнейшем рассматриваются как потенциальные полноправные граждане Франции. Данная модель позволяет государству сохранить культурную однородность и самобытность, и решать достаточно серьезные проблемы, связанные с депопуляцией населения в стране (сокращение численности местного трудоспособного населения, старение население, уменьшение рождаемости), с одной стороны, с другой, для мигрантов, адаптироваться и включиться в новое сообщество.
Рис.1. Ассимиляционная модель регулирования миграционных потоков
В Германии действует Сегрегационная модель регулирования миграционных потоков, см. рис.2, принципом которой является «право крови», строящаяся в основном на этнической основе. Сегрегация означает разделение мигрантского сектора от коренных немецких граждан. Прибывших мигрантов рассматривают в качестве временных работников и поэтому, если отсутствуют немецкие корни, то стать гражданином Германии практически невозможно. В стране насчитываются многочисленные обособленные мигрантские общины, представляющие собой этническое и культурное разнообразие и многообразие.
Безусловно, в этом отношении Германия кардинально отличается от Франции. Современный курс Германии сегодня направлен на ограничение иммиграции и ужесточение требований к квалификации трудовых мигрантов, ускорение процесса интеграции работников и определение рентабельности их вклада в экономику страны. Немецкий рынок труда является относительно открытым для трудовых мигрантов с высокой квалификацией, ученых, исследователей, программистов, уникальных работников и студентов. Для остальных действует строжайший запрет на наем рабочей силы.
Рис. 2. Сегрегационная модель регулирования миграционных потоков
В отличие от Франции и Германии, в Великобритании действует Плюралистическая модель регулирования миграционных потоков, см. рис.3. Прием массовых потоков мигрантов начался после принятия Британского Национального Акта еще в 1948 году, когда право на переселение и работу получили мигранты из Индии, Пакистана и Бангладеш, которые в мигрантской структуре до сих пор занимают доминирующие позиции. Вначале правительство страны стремилось, как и Франция, их ассимилировать, однако это не привело к успеху, многочисленные мусульманские организации и общины начали приобретать власть и оказывать давление и влияние на сохранение мусульманской идентичности, которые в конечном итоге добиваются своего. Вскоре в 1985 г. вводится положение «многокультурный уклад», сохраняющий свою силу и по настоящее время, суть которого заключается в признании государством национального сообщества многочисленных общин, которым предоставляются право отстаивать свои права на государственном уровне, жить в своем кругу, сохраняя свою культуру, ценности, традиции и обычаи.
Общим для всех выше названных стран является образование параллельных устойчивых сообществ, куда входят многочисленные общины мигрантов на национальной и этнической основе, несмотря на то, что используются различные механизмы регулирования миграционных потоков.
Рис. 3. Плюралистическая модель регулирования миграционных потоков
К моделям миграции, основанным на исследовании мотивации миграционного движения и анализа поведения рационального индивида, относят модель миграции населения, разработанную в рамках теории человеческого капитала [5]. Данная модель показывает формирование поведения рационального индивида, принимающего решение о миграции, с учетом всех предстоящих расходов и платежей. Трудовой мигрант, в первую очередь, рассчитывает на приобретение выгоды в форме получения чистого дохода, получаемую как разницу между уровнями заработной платы принимающей и отправляющей стороны. Вместе с тем, на решение о передвижении мигранта существенное влияние оказывает и информация о трудоустройстве, о пособиях по безработице, условиях адаптации и приспособления на новом месте, наличия необходимой инфраструктуры и др. Идентичная модель, основанная на положениях неоклассической теории, касается двух стран (страны-реципиента и страны-донора), при которой рациональный индивид осуществляет выбор на основе сопоставления ожидаемого заработанного дохода с миграционными издержками [6]. Гравитационная модель миграции направлена на упрощение транспортных расходов при передвижении мигранта, где формирование объемов миграционных потоков прямо пропорциональны численности населения территорий происхождения и обратно пропорциональны расстоянию между ними [7].
В научных и политических кругах достаточно широко обсуждается влияние трудовой миграции на страны-реципиенты и проводятся оценки их экономических эффектов с помощью математических моделей. Среди них можно выделить наиболее яркие модели Xiangbo Liu [8] и Theodore Palovos [9], где исследования посвящены анализу заработной платы и безработицы, обусловленные поиском и подбором соответствий [10]. Данные модели исследуют поведение, отдельно рассматриваемого трудового мигранта, желающего трудоустроиться в другой стране или регионе, однако они не предназначены для регулирования массовых миграционных потоков. Также в рассмотренных моделях анализируются, как правило, два государства, что тоже не позволяют должным образом осуществлять конкуренцию за человеческий капитал.
Проведенный анализ моделей регулирования миграционных потоков показал, что при разработке авторской модели регулирования трудовой миграции в ЕАЭС можно будет учесть следующие методические особенности рассмотренных моделей: изучив модели, по первой группе, следует отметить то, что в процессе разработки модели регулирования трудовой миграции в ЕАЭС, можно будет позаимствовать в тандеме некоторые механизмы «Сегрегационной модели» Германии и «Плюралистической модели» Великобритании. Рычаги управления первой «Сегрегационной модели» Германии будут ориентированы на качественное развитие и использование трудового потенциала в условиях динамичного развития глобализационных процессов, цифровизации экономических отношений, нейтрализации эпидемиологической ситуации из-за Covid-19, и будут способствовать сохранению научного, интеллектуального и человеческого потенциала. В то же время сокращать нелегальную миграцию со всеми вытекающими ее негативными последствиями, препятствовать росту криминалистических и террористических явлений, угрожающих национальной безопасности.
Механизм второй «Плюралистической модели» Великобритании, в частности, этнический подход, основанный на этническом и культурном многообразии общества, будет направлен на признание в рамках ЕАЭС многочисленных общин, представители которых будут иметь право жить в своем кругу, придерживаясь своих ценностей, семейных традиций и культурного наследия и вместе с тем смогут отстаивать свои права.
На наш взгляд, подобный симбиоз применения отдельных инструментов управления миграционными потоками на уровне наднационального и национальных органов ЕАЭС обеспечит эффективное регулирование трудовой миграции позволит достигать поставленной цели.
К особенностям моделей второй группы можно отнести: выявление причин мотивации; сравнение уровней заработных плат в регионах происхождения и в регионах назначения, являющихся важнейшим основанием движения трудовой миграции; возможности трудоустройства, адаптации и наличие соответствующей инфраструктуры для прибывших работников в странах притяжения; формирование предстоящих расходов в связи с переездом и поиском работы в зависимости от расстояния между государствами.
Эти методические особенности второй группы моделей будут также полезны при исследовании мотивации миграционного передвижения, миграционных ожиданий, при изучении и анализе поведения, формирования сознания трудового мигранта, прибывшего в ту или иную страну-участницу ЕАЭС работать.
Анализ движения рабочей силы въехавших в страну-участницу союза с целью осуществления трудовой деятельности с 2012 по 2020 гг. во всех государствах показывает заметное усиление передвижения трудоспособного населения для осуществления трудовой деятельности между участниками-членами ЕАЭС. Динамика численности трудящихся во всех странах без исключения имеет тенденцию к росту, где лидером въезда является Россия, за ней следует — Казахстан, далее Беларусь, Кыргызстан и на пятом месте — Армения. Если в Российскую Федерацию в 2012 г. въехало из стран союза 415 678 чел., то к 2020 г. приток увеличился в 2,5 раза составив 963 780 чел., см. рис.4. Генерирование и усиление трудовых миграционных потоков в ЕАЭС обусловлены принятыми нормами и положениями, приравнявшими права трудовых мигрантов, прибывших в страну назначения, к правам граждан государства трудоустройства.
Рис. 4. Мигранты государств-членов ЕАЭС, въехавших в Россию для осуществления трудовой деятельности
Таблица 1
Численность трудящихся, въехавших в страну ЕАЭС для осуществления трудовой деятельности с 2012 по 2020 гг., чел.
  201220172020
Республика
Армения
(государство
въезда)
Беларусь1638
Казахстан4061
Киргизия27
Россия23573289
Республика
Беларусь
(государство
въезда)
Армения202400397
Казахстан99313597
Киргизия2257126
Россия120824536741
Республика
Казахстан
(государство
въезда)
Армения2830222676
Беларусь20810071336
Киргизия18115065808
Россия7041465030158
Кыргызская
Республика
(государство
въезда)
Армения1
Беларусь4
Казахстан140
Россия250
Российская
Федерация
(государство
въезда)
Армения87938232247210460
Беларусь68406124633163410
Казахстан3413588202136208
Киргизия225199376863453702
Источник: составлено автором, по данным ЕЭК, официальный сайт http://www.eurasiancommission.org/ru/act/finpol/migration/Pages/statistical_data.aspx

Из табл.1 отчетливо видно, что к странам реципиентам относятся Россия и Казахстан, странами-донорами считаются Армения, Беларусь и Кыргызстан.
Положения, заложенные в Договоре о Евразийском экономическом союзе, в Разделе XXVI «Трудовая миграция», обеспечивают механизм формирования единого рынка труда и единого миграционного пространства, однако для ее цивилизованного и эффективного функционирования предстоит еще много работы. Предлагаемая авторами модель является попыткой обеспечения эффективного системного регулирования трудовой миграции в интеграционном пространстве ЕАЭС, см. рис.5. Модель рассматривается как системное целое, функционирующее во взаимосвязи с внешней и внутренней средой, где основными составляющими являются: а) миграционная политика — как элемент, определяющий цель, принципы и методы регулирования трудовой миграции; б) субъекты регулирования трудовой миграции — органы управления ЕАЭС, государственные органы стран-участниц союза, общественные объединения и различные сообщества; в) механизмы регулирования трудовой миграции в ЕАЭС (экономические, политические, социальные, культурные, психологические и др.); г) объект регулирования — трудовые мигранты.
Заключение. ЕАЭС за достаточно короткий срок успел добиться многого и показал себя как жизнеспособное экономическое интеграционное пространство. Следовательно, данный союз следует рассматривать не как исключение из правил, а как одно из действующих интеграционных объединений со своими достижениями и проблемами [11]. Значительная роль при этом принадлежит цивилизованному регулированию трудовой миграции, что, безусловно, положительно отразится на становлении и функционировании единого рынка труда и на обеспечении свободного движения рабочей силы в ЕАЭС.
Вместе с тем, в условиях сложившейся непростой эпидемиологической обстановки в стране и в мире, ситуация по отношению к трудовым мигрантам должна быть предельно контролируемой и управляемой. Современный российский рынок труда невозможно представить без иностранных работников, которые имеют свои достаточно значительные ниши. Их доля в ВВП страны, по экспертным оценкам, составляет 8–12%. Уже сегодня отрасли, в которых трудятся мигранты, испытывают катастрофический дефицит отечественной рабочей силы.
Эпидемия коронавируса привела к кризисной ситуации всю экономику мира, в результате чего многие предприятия массово высвободили работников, остановили производственную деятельность, закрылись, перевели на удаленную работу, что крайне негативно отразилась на экономике страны, положении российских граждан, и в частности, иностранных работников, зарабатываемые доходы которых направлялись на содержание своих семей. Несмотря на то, что многие иностранные работники, из-за пандемии, вынуждены были вернуться в свои места постоянного жительства, тем не менее, потенциал иностранных трудовых мигрантов остается в России высоким. По данным проведенного онлайн-опроса НИУ ВШЭ совместно с Институтом социологии ФНИСЦ РАН, было выявлено отсутствие желания у большинства иностранных трудовых мигрантов покинуть Россию. Многие стремятся приехать В Россию на заработки и остаться жить в стране навсегда. В сложившихся непростых условиях чрезвычайно важно проводить взвешенную миграционную политику на наднациональном и национальном уровнях, с включением механизмов регулирования трудовой миграции, вектор которого должен быть направлен на селективный отбор необходимых работников в соответствии с потребностями экономики и на соблюдение жестких санитарно-эпидемиологических требований по отношению к прибывшим.
Рис. 5. Модель регулирования трудовой миграции в ЕАЭС
Составлено авторами


Список использованных источников:
1. Половинко В.С. Модель регулирования миграционных процессов региона (на примере Омской области) // Вестник Омского университета. Серия «Экономика». — 2018. — №2(62). — С.177–189.
2. Половинко В.С. Общая характеристика модели регулирования миграционных процессов в регионе (на примере Омской области) // Вестник СибАДИ. Т.15. — 2018. — №1. — С.140–149.
3. Клейнер Г.Б. Стратегическое планирование: основы системного подхода // Модернизация экономики и общественное развитие. В 3-х книгах. Книга 2. — М.: Издательский дом ГУ-ВШЭ, 2008.,
4. Попов К.Г., Товышева А.А. Особенности моделей регулирования миграционных потоков // Инновации и инвестиции. — 2014. — №11. — С.127–129.
5. Батищева Г.А. Миграционные процессы в России как фактор устойчивого развития экономики регионов: автореф. дис. ... док. экон. наук. — Ростов-на-Дону, 2011. — 55 с.
6. Стриелковски В., Турновец Ф. Неоклассическая модель мобильности рабочей силы между двумя странами: концепции склонности к миграции и индикатор миграционных расходов // Экономика и управление. — 2011. — №8(70). — С. 3–9.
7. Kumo K. Inter-regional Population Migration in Russia: Using an Originto-Destination Matrix // Post-Communist Economies. 19:2, pp. 131–152.
8. Liu X. On the Macroeconomic and Welfare Effects of Illegal Immigration // Journal of Economic Dynamics and Control. 2010. Pp. 2547–2567.
9. Palivos T. Welfare Effects of Illegal Immigration // Journal of Population Economics. 2009. №22, Pp. 131–144.
10. Diamond P.A. Wage Determination and Efficiency in Search Equilibrium // Review of Economic Studies. 1982. №49, Pp. 217–27., Mortensen D.T., Pissarides C.A. Job Creation and Job Destruction in the Theory of Unemployment // Review of Economic Studies. 1994. Vol. 61, №3, Pp. 397–415.
11. Винокуров Е.Ю. Евразийский экономический союз. — Санкт-Петербург: ЦИИ ЕАБР, 2017. — 296 с.
12. Дегтярев А.А. Методологические подходы и концептуальные модели в интерпретации политических решений (I) // Полис. Политические исследования. — 2003. — № 1. — С. 159–170.
13. Могилевский В.Д. Методология систем. — М.: Экономика,1999. — 251 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия