Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (74), 2020
ЕВРАЗИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ
Христолюбова Н. Е.
научный сотрудник Центрального экономико-математического института
Российской академии наук (г. Москва)


О роли ЕАЭС в изменении качества жизни и обеспечении безопасности стран-участниц в условиях интенсивного распространения научно-технологического прогресса
В данной статье автором исследуются проблемы изменения уровня качества жизни и безопасности стран мира в современных условиях перехода к новому шестому технологическому укладу, основанному на широком распространении достижений научно-технологического прогресса во все сферы жизнедеятельности человека. Показано, что современный период развития, с одной стороны, позволяет развитым странам еще больше увеличить разрыв в социально-экономическом прогрессе, с другой стороны — открывает перед догоняющими странами «окно» возможностей для изменения своего положения в процессе интернационализации. Международная интеграция является инструментом для роста качества жизни и безопасности человека и государства на основе более эффективного распределения ресурсов и синергетического эффекта
Ключевые слова: интеграционные процессы, Евразийский экономический союз, качество жизни, безопасность, цифровизация
УДК 332.12; ББК 65.9(4/8)   Стр: 41 - 45

Введение
Для современной России, которая с 2014 года находится в ограничительных условиях санкционного давления развитых стран мира и их международных интеграционных объединений, глубокого нарушения устоявшихся международных политических норм и социально-экономических связей, становится особенно актуальным поиск, установление и развитие долгосрочных, дружественных и надежных отношений со странами-партнерами как для текущего, так и стратегического, устойчивого, безопасного и независимого развития.
Создание и развитие Евразийского экономического союза является инструментом не только оживления территориально протяженного социально-экономического пространства стран-участниц, но и под воздействием синергетических факторов повышает вероятность их включения равноправными участниками международного разделения труда в новом технологическом укладе.
Все страны мира (в авангарде этого процесса — развитые страны) в настоящее время осуществляют переход к новому шестому технологическому укладу, основанному на цифровизации всех сфер жизнедеятельности, как государств, так отдельного человека и всего мирового пространства. В период перехода от отживающего к нарождающемуся технологическому укладу, перед субъектами мировой экономики открываются «окна» возможностей. При этом факторы уже накопленного социально-экономического потенциала и времени имеют определяющее значение для выдвижения в число актуальных и конкурентоспособных.
В этих условиях особенно перспективными являются социальные, хозяйственные и политические отношения с постсоветскими странами, так как для их международной регионализации и интеграции уже существуют необходимые и достаточные предпосылки. Наши страны объединяет общий семидесятилетний период совместного советского государства, где все республики, ныне независимые государства, были взаимосвязанными и взаимозависимыми элементами разделения труда, базирующегося на специализации и последующем кооперировании внутри одного государства при эффективном производстве благ. Также уже существует организованная инфраструктурная логистическая связанность и в то же время нас объединяет еще сохранившийся общий русский язык общения, сохранившиеся общие культурные традиции и жизненные ценности, сформированные на базе ранее созданной единой системы образования.
Страны-члены Евразийской интеграции объединяясь, ставят задач ускорения ускорения темпов своего экономического, социального, политического развития и обеспечения более высокого и надежного уровня внешней и внутренней безопасности, а также возможности осуществления независимой экономической политики, как отдельных стран, так и всего интеграционного Евразийского союза.
В настоящее время в ЕАЭС к числу совместно принятых и реализуемых проектов и программ, охватывающих кооперирование в жизненно важных сферах и отраслях жизнедеятельности государств, относятся такие, как: эффективное развитие агропромышленного комплекса и высокотехнологичной промышленности; создание общего рынка лекарств и медицинских изделий; решение проблем таможенного сотрудничества и регулирования; создание общего рынка труда и другие важнейшие актуальные проблемы, в числе которых особенно выделим проекты цифровой повестки Евразийского экономического союза [1].
В числе целей такой совместной цифровой политики обратим особое внимание на: создание цифровой экосистемы для обеспечения взаимодействия хозяйствующих субъектов в целях разносторонней кооперации, стимулирование инновационных процессов путем трансформации технологий и возможность продвигать продукцию хозяйствующих субъектов с использованием международных экосистем государств-членов союза и третьих стран [2].
В настоящее время создание и развитие сетей цифровых экосистем выступает новым источником интенсивного роста производительности труда и на этой базе устойчивого роста ВВП, а также является основой повышения национальных и интеграционных конкурентных преимуществ и создает условия к выравниванию уровней и последующему лидированию на мировых рынках инновационных товаров, работ и услуг.
Экосистемы сегодня стали новой эффективной формой интеграции в мировой экономике. Определение экосистемы в научном познании находится в состоянии формирования, будем в нашем исследовании основываться на содержании, что «экосистемы — это сеть сотрудничающих и конкурирующих фирм, которые предлагают связанные продукты, товары и услуги»[3].
Человек является обязательным элементом каждой экосистемы, как производитель и потребитель её благ. Человек и накопленный им человеческий капитал на основе массива компетенций создает условия для прогрессивного инновационного развития социально-экономического пространства отдельных стран и всего мира. Уровень человеческого капитала и на его основе образованный уровень социального капитала в современных условиях научно-технологического прогресса определяют возможность безопасно и устойчиво развиваться, как странам по отдельности, так и их союзу.
Научными исследованиями установлено, что характеристики качества жизни человека, отдельных социальных групп и общества в целом находятся в прямой взаимозависимости от настоящего и будущего уровня человеческого и социального капитала, а, следовательно, уровня развития страны, и, наоборот, уровень развития государства формирует возможности человека реализоваться профессионально, и как личности. Поэтому сейчас прямые и косвенные показатели качества жизни выдвинуты на основное место в системе оценок, мониторинге текущего социально-экономического уровня, планирования и прогнозирования будущей стратегии развития государства и всей мировой экономики.
Общество представлено совокупностью отдельных людей, это значит, что для каждого человека национальными субъектами управления должны быть созданы достаточные условия, чтобы человек мог на протяжении всех циклов своей жизни накапливать и максимально полно реализовывать свой потенциал и компетенции (даже в пожилом возрасте, так как научно-технологический прогресс уже создал предпосылки для продления трудовой активности человека, и как реакция на это — создание в развитых экономиках, нового социально-экономического направления «экономики третьего возраста» с уже развитым инструментарием).
В мировой экономике в настоящее время наблюдаются два взаимно противоположных способа функционирования стран в пространстве и времени. Во-первых, это процесс сближения, проявляющийся в международной регионализации и интеграции и, во-вторых, процесс разделения, проявляющийся в дезинтеграции. Свидетельством последней является процесс дезинтеграции самого развитого международного интеграционного объединения — Европейского союза. В результате причин экономического и неэкономического характера развился евроскептицизм. Из состава ЕС в ходе брекзита выходит Великобритания и эти идеи распространяются на другие лидирующие страны-участницы: Германию, Австрию, Швейцарию, Францию [4]. Но, в тоже время, Европейский союз по-прежнему остается экономически привлекательным, под воздействием демонстрационного эффекта прогнозируется к 2030 году расширение ЕС от фактических 28 стран-участниц до 30 за счет части балканских стран [5], притом, что стран, желающих войти в состав Евросоюза, существенно больше.
Стремление отдельных стран к международной интеграции, является одной из основных современных тенденций развития мировой экономики. Международная интеграция традиционно является эффективным инструментом активизирования и стабилизации экономик стран-участниц на основе роста ВВП и производительности труда. Также объединение стран выступает источником роста благополучия граждан стран-участниц, которое проявляется в повышении не только уровня жизни населения, но и его качества, то есть создает возможности для максимально доступного накопления и реализации потенциала и компетенций отдельного человека и всего общества за счет синергетических эффектов от объединения.
Группу показателей качества жизни выделяет из системы других макроэкономических показателей деятельности государства их интегрированный характер, позволяющий оценить объективные и субъективные стороны жизнедеятельности населения страны. Объективные составляющие качества жизни содержат в своем составе такие жизненно важные элементы такие, как: уровень дохода на душу населения, уровень здоровья, образования, продолжительность жизни, состояние окружающей среды и другие, а субъективные компоненты позволяют оценить уровень удовлетворенности, благополучия и ощущение чувства счастья самим человеком своей жизни и своей семьи в текущем периоде.
В настоящее время происходит одновременно нарастание скорости и масштабов распространения новых технологий (больших данных, интернета вещей, облачных технология, искусственного интеллекта, сращивание робототехники с промышленностью и бизнесом, и другие) в производстве и потреблении благ. Поэтому качество жизни человека и его безопасность становятся предметом постоянного мониторинга, измерения и регулирования, так как именно человек предъявляет спрос и предложение инновациям, что будет разгоняющим или тормозящим фактором развития национальных и глобальных экосистем. Из этого следует, что правительству и его региональным субъектам управления необходимо через специальные проекты и программы создавать условия, стимулировать и мотивировать наращивание уровня человеческого капитала, как ресурса наиболее медленно нарастающего, но дающего максимальное приращение прибавочного продукта на основе роста производительности труда.
Лидирующей в мире страной в настоящее время по уровню развития инновационной экономики и уровню развития общества стала Япония (при поддержке США, как лидирующей страны по уровню развития информационных технологий, и Германии, лидирующей страны по уровню развития промышленности и стране, где было сформировано общество «Индустрия 4.0»), которая создает в своей стране, так называемое, общество нового устройства — суперинтеллектульный социум — «Общество 5.0». Цифровизация и искусственный интеллект уже затрагивают не только сферы и отрасли производства, но и финансы, логистику, образование, здравоохранение и бытовые отношения, как в составе трудовых коллективов организаций, так и в семье.
В Японии разработан и внедрен пятилетний план развития страны, рассчитанные на период 2017–2022 годы, в результате выполнения которого, фактически через два года, будет сформировано «Общество 5.0» [6]. И это, несомненно, даст Японии приоритетные конкурентные преимущества и еще сильнее увеличит отрыв в социально-экономическом развитии от других стран мира.

Показатели качества жизни — сигналы соответствия государства новой цифровой повестке развития мировой экономики
Традиционным инструментарием оценки качества жизни населения служит Индекс человеческого развития (ИЧР), который рассчитывается ежегодно экспертами Программы развития Организации объединенных наций (ПРООН). Так по данным доклада ПРООН, за 2018 год страны-участницы Евразийского экономического союза в международном рейтинге из 189 стран занимали следующие позиции: Россия 49 место (0,816), Белоруссия 53 место (0,808), Казахстан 58 место (0,800), Армения 83 место (0,755), Кыргызстан 122 место (0,655). Для сравнения лидирующие страны мира по уровню социально-экономического и инновационного развития в этом рейтинге располагаются на позициях: Германия 5 место (0,936), США 13 место (0,924), Япония 19 место (0,909), Южная Корея 22 место (0,903), возглавляет рейтинг Норвегия (0.953) [7]. Россия, Белоруссия и Казахстан отнесены в группу стран с очень высоким уровнем человеческого развития, Армения является страной с высоким уровнем развития человека, а Кыргызстан является страной со средним уровнем человеческого развития.
По данным ООН, доля расходов на здравоохранение в 2015 году в Норвегии составляла 10% от ВВП и ожидаемая продолжительность жизни при рождении 73 года, в США на здравоохранение выделялось 16,8%, и ожидаемая продолжительность жизни 68,5 лет, в Японии соответственно 10,9% и 74,8 лет, Германии 11,2% и 71,6 лет. Для стран-членов ЕАЭС эти данные составили для России 5,6% и 63,5 лет, Белоруссии 6,1% и 65,5 лет, Казахстана 3,9% и 63,4 года, Армении 10,1% и 66,3 года, Кыргызстана 8,2% и 63,5 лет [8].
В настоящее время, в связи с постоянными принципиальными изменениями в социально-экономическом пространстве отдельных стран и всей мировой экономики, продолжается поиск нового адекватного этим изменениям инструментария и модернизация существующего для более объективного измерения и регулирования уровня качества жизни населения и его безопасности. Для того, чтобы учитывать дифференциацию населения стран мира по уровню дохода на душу населения, применяют вместе с ИЧР связанную систему показателей, включающую Индекс человеческого развития с учетом социально-экономического неравенства (ИЧРН), индекс гендерного равенства (ИГР) и Индекс многомерной бедности.
По данным доклада экспертов ООН, в международном рейтинге по ИЧРН за 2017 год, рассчитанным для 151 страны мира, страны-участницы ЕАЭС занимали позиции: Белоруссия 36 место (0,755), Россия 40 место (0,738), Казахстан 41 место, Армения 54 место (0,680), Кыргызстан 72 место (0,606). В тоже время, Япония занимала 3 место в этом рейтинге (0,876), Германия 7 место (0.861), США 24 место (0,797), Республика Южная Корея 29 место (0,773) [8].
Индекс гендерного равенства позволяет оценить уровень равноправия полов в стране в международном сопоставлении относительно достижений других стран мира. Индекс рассчитывается также по всем странам-участницам ООН, и его результаты учитываются в расчете Индекса человеческого развития. Данный индекс является комплексным и основывается на важнейших измерителях и регуляторах жизнедеятельности государства: показателях — охраны репродуктивного здоровья, возможностей на рынке труда, гражданских прав и возможностей.
Первые строчки в международном рейтинге по уровню гендерного неравенства в 2018 году из 160 стран-участниц рейтинга занимали: Швейцария (0,039), Дания (0,040), Нидерланды (0,044), а также Южная Корея на 10 позиции (0,063), Германия на 14 (0,072), Япония на 22 (0,103), США на 41 (0,189). Замыкает рейтинг Папуа-Новая Гвинея 159 место (0,741) и Йемен 160 место (0,835).
Страны-члены ЕАЭС в этом рейтинге по уровню гендерного неравенства занимают позиции: лидирует Белоруссия 31 место (0,130), далее Казахстан 43 место (0,197), Россия 53 место (0,257), Армения 55 место (0,262), Кыргызстан 92 место (0,392) [9].
Притом, что коэффициент Джини за период с 2010 по 2017 годы для России составлял 37,7, Белоруссии 27,0, Казахстана 26,9, Армении 32,5, Кыргызстана 26,8. Надо отметить, что в США коэффициент Джини в этот период составлял 41,5, Германии 31,7, Японии 32,1.[8]
На современном этапе прогресса и конкурентных преимуществ стран в мире, имеет особое значение уровень образования у населения страны, а также сопоставление достижений государства в общемировом пространстве. Доля населения, имеющая как минимум среднее образование за период с 2010–2017 годы в Норвегии (мирового лидера по уровню ИЧР) у женщин 96,3% и мужчин 95,1%, Германия — женщин 96,2%, мужчин 96,8%, США — 95,5% (женщин) и 95,2% (мужчин), Япония — 94,8% (женщин) и 91,9% (мужчин). Для сравнения страны-члены ЕАЭС: Россия 95,8% (женщин) и 95,3% (мужчин), Белоруссия — 87,0% (женщин) и 92,2% (мужчин), Казахстан — 98,5% (женщин) и 99,1% (мужчин), Армения — 96,9% (женщин) и 97,6% (мужчин), Кыргызстан — 98,6%(женщин) и 98,3%(мужчин). Таким образом, видим, что население стран-членов ЕАЭС не отличается в меньшую сторону от лидирующих стран мира по количеству населения (мужчин и женщин), имеющего как минимум среднее образование. Однако объективно существует разрыв в уровне инновационного и социально-экономического развития между странами лидерами и странами догоняющего развития, т.к. имеет значение не только количество образованного населения, но и решающее значение имеет качество образования и уровень накопленных актуальных общепрофессиональных и общекультурных компетенций.
По данным ООН, доля государственных расходов на образование за период с 2012 по 2017 годы составила от ВВП в Норвегии 7,7%, в США на образование выделялось 5% от ВВП, в Японии 3,6%, Германия 4,9%. В странах ЕАЭС этот показатель составил: Россия 3,8% , Белоруссия 5%, Казахстан 3%, Армения 2,8%, Кыргызстан 6% [8]. Из этих данных следует, что страны-члены ЕАЭС, уделяя такое экономическое внимание сфере образования в настоящий период времени перехода к новому технологическому укладу, признают важность получения и обновления системы компетенций через процесс непрерывного образования. Очевидно, что разница между показателями финансирования образования страны мирового лидера по уровню ИЧР Норвегии и России имеет большой разрыв в значениях, примерно в два раза, а с Арменией и Казахстаном разрыв в три раза. Представляется, что Евразийский экономический союз за счет интегрального эффекта и синхронизации системы образования имеет возможность создать необходимый задел для решения проблем догоняющего социально-экономического развития и опережающего.
Также, по данным ООН, количество учеников на одного учителя в Норвегии составляет 9, В Германии — 12, В США 14, в Японии 16. В странах ЕАЭС: в России 20, в Белоруссии 19, в Казахстане 21, в Кыргызстане 25.
Расходы на НИОКР от ВВП составляют в Норвегии 1,9%, в Германии 2,9%, США 2,8%, Япония 3,3%. В странах ЕАЭС: России 1,1%, Белоруссии 0,5%, Казахстане 0,2%, Армении 0,3%, в Кыргызстане 0,1%.
Глобальный индекс многомерной бедности (ИМБ) с 2010 года используется ПРООН и включается в расчет Индекса развития человека для отражения множественных деприваций, испытываемых людьми в разных сферах жизнедеятельности, и глубины бедности. Индекс учитывает бедность на основе 14 индикаторов — «доменов»: уровень здоровья, образования, занятость, питание, одежда, обувь, базовые потребности, общение, отдых, крупные покупки, доходы, жилье, окружающая среда. Бедными признается население по четырем и более направлениям из данного списка. ИМБ рассчитывается на национальном, региональном и глобальном уровне. Данный индекс заменил применявшийся ранее Индекс нищеты населения, рассчитываемого с 1997 года. В России ИМБ всего населения составляет 22,3% по данным на 2017 год.
Индекс социального прогресса рассчитывается с 2013 года, направлен на изучение общественного благополучия и социального прогресса в странах и его международного сопоставления. Применяется как дополнительный и альтернативный показатель экономического развития стран на основе ВВП и ВНД, отражает достижения страны в социальной сфере. Индекс является комплексным, разработан в рамках международного исследовательского проекта The Social Progress Imperative под руководством М. Портера. Расчет индекса ведется на базе данных социологических опросов (12%), экспертных оценок в области развития стран (25%), статистических данных международных организаций (61%). Оценка роста социального прогресса базируется на более чем 50-ти показателях, которые группируются в три класса: 1)основные потребности человека (питание, доступ к основной медицинской помощи, обеспечение жильем, доступ к воде, электричеству и санитарным услугам, уровень личной безопасности; 2) основы благополучия человека (доступ к базовым знаниям и уровень грамотности населения, доступ к информации и средствам коммуникации, уровень здравоохранения, экологическая устойчивость; 3) возможности развития человека (уровень личных и гражданских свобод, обеспечение прав и возможностей человека принимать решения и реализовывать свой потенциал).
В международном рейтинге стран по уровню социального развития за 2018 год из числа 146 стран, в тройку лидирующих вошли Норвегия (90,26), Исландия (90,24), Швейцария (89,97), Япония на 6 месте, Германия на 9, Южная Корея — 18, США на 25 строчке рейтинга.
У стран ЕАЭС лучшие позиции у Белоруссии 46 место (73,73), далее Армения 55 место (70,87), Россия на 60 месте (70,16), Казахстан- 71 (67,26), Кыргызстан на 78 позиции рейтинга (65,79). Таким образом, Россия по социальному развитию отстает от лидирующих стран на 20 единиц индекса и поэтому выступает, как менее устойчивая в социальном прогрессе, а Кыргызстан уступает уже 25 единиц [10].
По данным ООН, уровень общей безработицы в 2017 году в Нидерландах составил 4,2% (среди молодежи 10%), США — 4,4% (молодежи 9,5%), Германии 3,7% (6,4%), В Японии 2,8% (4,6%). В странах ЕАЭС: России 5,2% (16,3%), Белоруссия 0,5% (1,1%), Казахстан 4,9% (4,7%), Армения 18,2% (39%), Кыргызстан 7,3% (15,7%) [8]. Таким образом, очевидно, что международная интеграция в рамках ЕАЭС на базе специализации и кооперирования должна позволить странам-участницам более эффективно перераспределить трудовые ресурсы и на этой основе обеспечить им достаточный уровень безопасности и сбалансированный по составу и структуре уровень показателей качества жизни.
Одним из уже применяющихся в настоящее время показателей, характеризующих уровень распространения в стране цифровых технологий, может служить количество мобильных телефонов на 100 человек. По этому показателю у стран — мировых лидеров: Норвегия -109 единиц, Германия — 126,3, США — 122,9, Япония — 130,6. Для стран ЕАЭС: Россия — 159,2, Белоруссия — 120,7 (прирост за период с 2010 — 2016 составил 10,6%), Казахстан — 142 (прирост за аналогичный период 20%), Армения 117,4, Кыргызстан — 127,8 (прирост 31,4%) [10]. Эти данные показывают, что на территории ЕАЭС в настоящее время активно распространяются современные цифровые технологии. Следовательно, у населения наших стран есть интерес и потребность в активном использовании современных благ.
Приведенные международные индексы являются сигналами оценки прошлой и настоящей деятельности правительства стран и позволяют адекватно современным и будущим национальным потребностям и интересам планировать проекты и программы, и тем самым закладывать резервы для обеспечения социально-экономической и политической устойчивости. Считаем, что необходимо модернизировать существующие и разрабатывать новые индексы для стран Евразийского экономического союза и тех стран, которые стремятся присоединиться к этому союзу в целях выравнивания уровня социально-экономического развития и для того, чтобы это объединение стран было взаимовыгодно.
Таким образом, анализируя представленные индексы социально-экономического развития стран, видим, что усиление взаимодействия стран-участниц евразийской интеграция открывает дополнительные «окна» возможностей странам, как по отдельности, так и для совместного прохождения переходного этапа к новой цифровой экономике и эффективному противостоянию традиционным и новым угрозам, вызовам и рискам. Например, таким как снижение общей численности населения, снижение доли экономически активного населения в общей структуре населения, высокий уровень дифференциации населения по уровню доходов, безработица, деградация окружающей среды и другие глобальные вызовы.

Рост протестного движения в мире — новый вызов современного этапа развития мировой экономики
Переходные периоды от изживающего к нарождающемуся технологическому укладу в истории мировой экономики традиционно сопровождаются кризисными процессами, событиями и явлениями в политической, экономической и социальной сфере. Подтверждением этого служит нынешний рост протестного движения в странах с разным уровнем социально-экономического развития. Модернизационные процессы, сопровождающие переходный период, традиционно приводят к изменениям в социально-экономической сфере, которые ухудшают условия жизнедеятельности и снижают фактическое качество жизни и безопасность человека и общества, усиливая интенсивность, напряженность и изменяя содержание труда. Эти изменения становятся причинами роста протестного движения, которое становится все более массовым и трудно удерживаемым в управляемых границах. В то же время снижение качества жизни и безопасности выступают сдерживающим фактором актуальных процессов модернизации, необходимых для соответствия новым требованиям научно-технологического прогресса.
Обратим внимание на появление в конце 2018 и последующие годы нарастания протестного движения во Франции «желтых жилетов». Если в первом массовом выступлении приняли участие более 287 тысяч человека, то 5 декабря 2019 года участвовало уже 1,5 миллиона человек по всей стране. За эти годы прошло более 50 протестных акций [11, 18, 19], в основе которых, находятся социально-экономические причины: рост стоимости топлива; пенсионная реформа, которую (по данным социологических опросов) более 70% населения страны не поддерживают; снижение продолжительности отпусков части общества; повышение налогов, снижающие качество и безопасность жизни человека и изменяющие образ жизни. В настоящее время протестное движение приобрело опасную форму открытого массового столкновения с национальными силовыми структурами и общенациональной массовой забастовки. Все эти процессы вызывают смещение акцентов с социально-экономической сферы — в политическую, что угрожает стабильным перспективам развития и национальной безопасности, а также небезопасно для всего Европейского союза.
События во Франции стали началом новой волны общественного протеста в общемировом масштабе. Протестное движение в 2019 году, вызванное разными причинами, охватило десятки стран мира: Ливан (сбор за использование интернет-мессенджеров — 6 долл.); Венесуэла (снижение уровня жизни населения, экономические и политический кризисы); Испания (приговоры каталонским лидерам); Гонконг (принятие закона об экстрадиции); Чили (очередное подорожание проезда в общественном транспорте, пенсионная реформа, экономическое неравенство, нарушение социальной справедливости); Великобритания (экологические протесты); Боливия (подтасовки на выборах президента в пользу действующего Эво Маралеса); Эквадор (отмена топливных субсидий малоимущим); Ирак (рост коррупции, безработица, энергетический кризис); Судан (рост цен на хлеб, рост инфляции, высокий уровень коррупции); Иран (повышение цен на топливо) и другие страны. А также экопротесты, которые охватили более 60 городов в разных странах и континентах, включая Нью-Йорк, Сидней, Берлин, Лондон и др., протестующие требуют обнародовать истину об изменениях климата, создать общественный совет для надзора за реформированием в сфере экологии [12, 13].
На территории стран евразийской интеграции в настоящее время также, как и во всем мире, отмечается тенденция роста протестного движения. В Казахстане прошли массовые антикитайские выступления экономического и политического характера, что связано с логистикой Экономического пояса Шелкового пути [14]. Армения находится в сложной геополитической ситуации, когда граничащие с ней страны — Грузия и Иран — охвачены массовым протестным движением, что угрожает ей нарушением транспортно-экономических связей с другими странами и Россией в том числе. В Армении протестовали против снижения качества образования. В Киргизии выступают против ухудшения экологической обстановки, роста коррупции. В России в 2019 году состоялись протесты, связанные с выборами в Мосгордуму, реформированием пенсионной системы, экологическими проблемами, снижением уровня жизни. Но в тоже время, в России наблюдается снижение количества активной протестной деятельности на 13% (протестных акций в 2018 году — 8877, в 2019 году — 7700) [15].
По данным научного доклада исследователей Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ), следует, что 2019 год отмечен, как год социальных волнений (год глобального пробуждения). Экспертами был составлен интегрированный «Индекс ключевых протестных выступление 2019 года». При составлении индекса учитывали такие показатели, как: продолжительность, уровень требований, охват, численность участников, уровень агрессии и насилия, в том числе наличие человеческих жертв, число пострадавших, раненных, размер разрушений, уровень ответной реакции властей, последствия для экономики государства.
В мировом рейтинге по данному индексу Россия (с показателем индекса 23) и Казахстан (индекс равен 24) находятся в конце рейтинга. Первые места занимают: Ливан (со значением индекса 113); Венесуэла (106); Ирак (104); Чили (96); Судан (85); Боливия (85); Франция — движение «желтых жилетов» (83) и др. [16, 17].
Названные примеры подтверждают, что нынешний переходный период к новой технологической волне развития мировой экономики угрожает социально-экономической и политической стабильности. Современный человек в условиях научно-технологического прогресса не хочет больше мириться со снижением своего качества жизни, ущемлением прав, свобод и достоинства личности.


Литература
1. Евразийский экономический союз. Официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: http://www.eaeunion.org — (дата обращения:12.12.2019).
2. Цифровая повестка ЕАЭС. Портал общих информационных ресурсов и открытых данных. [Электронный ресурс]. URL: http://www.opendata.eaeunion.org — (дата обращения:13.11.2019).
3. Клейнер Г.Б. Социально-экономические экосистемы в контексте дуального пространственно-временного анализа // Экономика и управление: проблемы и решения. — 2018. — № 5. — С.5–14.
4. Василина М.В. Французский евроскептицизм: современные процессы, динамика // Filo Ariadne. — 2017. — № 2(6). — С.224–238.
5. Теории европейской дезинтеграции. Радио Свободы. 31 марта 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://www.svoboda.org — (дата обращения:12.12.2019).
6. Норицугу У. Общество 5.0: взгляд Mitsubishi Electronic // Экономические стратегии. — 2017. — № 4. — С.2–12.
7. Индекс развития человеческого потенциала / Гуманитарная энциклопедия — Центр гуманитарных технологий. [Электронный ресурс]. URL: http://gtmarket.ru.ratings — (дата обращения:20.11.2019).
8. Индексы и индикаторы человеческого развития. Обновленные статистические данные 2018. ООН. [Электронный ресурс]. URL: https//www.hdr.undp.org — (дата обращения:18.12.2019).
9. Индекс гендерного равенства по версии ПРООН. Гуманитарная энциклопедия: Исследования [Электронный ресурс] // Центр гуманитарных технологий, 2006–2019 URL: https://www.gtmarket.ru/ratings/gender-equty-index-un/info — (дата обращения:12.12.2019).
10. Рейтинг стран мира по уровню социального прогресса 2018 года. [Электронный ресурс]. URL: http://www.socialprogressindex.com — (дата обращения:11.12.2019).
11. Протестное движение «желтых жилетов» во Франции. РИА Новости. 17.11.2019. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ria.ru — (дата обращения: 06.12.2019),
12. Где справедливость. В Латинской Америке идут «кастрюльные бунты». ТАСС. 09.12.2019. [Электронный ресурс]. URL: www.tass.ru — (дата обращения:10.12.2019).
13. Глобальное пробуждение — 2019: эксперты сравнили протесты в разных странах. Новые известия. 10.12.2019. [Электронный ресурс]. URL: www.newizv.ru — (дата обращения: 10.12.2019).
14. Актуальны ли антикитайские протесты в Казахстане для российских интересов. РСМ. [Электронный ресурс]. URL: www.russiancouncil.ru — (дата обращения:10.12.2019).
15. Эксперты предсказали рост социальных протестов и их политизацию. Ведомости. 28. 11.2019. [Электронный ресурс]. URL: www.vedomosti.ru — (дата обращения: 10.12.2019).
16. Индекс: ключевые протестные выступления 2019 года. Экспертный институт социальных исследований. Официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: www.eisr.ru — (дата обращения:10.12.2019).
17. Россия оказалось в хвосте списка стран из мирового «индекса протестов». Взгляд. Деловая газета. 11.12.2019. [Электронный ресурс]. URL: www.yandex.ru — (дата обращения:10.12.2019).
18. Грибовский В.С. Евроскептицизм в Германии, Австрии и Швейцарии // Современная Европа. — 2017. — № 1(73). — С.48–55.
19. Громыко А.А. Германия — сомневающийся лидер // Научные труды Вольного экономического общества России. — 2017. Т.205. — № 205. — С.142–167.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия