Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (70), 2019
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ПРОБЛЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Евдокимов А. И.
профессор кафедры мировой экономики и международных экономических отношений
Санкт-Петербургского государственного экономического университета,
доктор экономических наук

Гулиев М. Е.
профессор кафедры международной экономики
Азербайджанского государственного экономического университета (г. Баку),
доктор экономических наук


Международная торговая неопределенность:
тенденции, проблемы и позиции
В статье рассматривается проблема эволюции международных торговых отношений с разных сторон и сделана попытка найти ее научное решение на примере развития интеграционных объединений на базе пересмотра соглашения NAFTA, событий в EC и реализации потенциала ЕАЭС и СНГ. В целом исследование проведено на базе трех подходов: мегатрендов, бизнес-возможностей и интеграционной политики
Ключевые слова: трансформация торговых отношений, ВТО, торговые конфликты, интеграция, неопротекционизм
УДК 339; ББК 65.5   Стр: 59 - 66

В ближайшие годы в международной торговле неизбежны масштабные изменения Трансформация торговли создает возможность для роста мировой экономики и развития интеграционных процессов в различных регионах. Как показывает современная практика, прежняя модель бурного роста исчерпала себя и замедление его темпов неизбежно. «Новой нормой» в международной торговле становится протекционизм. Но можно ли на него повлиять — открытый вопрос и в статье излагается растущий интерес к этой проблеме. Авторы в публикации обсуждают сложившуюся текущую ситуацию в глобальной торговле, включая растущую напряженность между стратегическими торговыми партнерами и дают оценку роли ВТО в ее решении и путей совершенствования этой организации в соответствии современным вызовам..
Мегатренды в сфере международных торговых отношений. Еще в 1986 году немецкий экономист Клаус Шваб (Klaus Schwab) предупреждал о том, что глобализация в ее современной форме может оказаться нестабильной. Экономическая глобализация должна учитывать интересы всех членов общества, в большей степени базируясь на принципах морали. Но как показывает жизнь, всем нужна «реморализация» глобализации [1].
Движение мира к полной глобализации замедлилось после Дохийского раунда торговых переговоров, которые Генеральный совет ВТО прекратил в 2006 году из-за разногласий по вопросам торговли сельскохозяйственной продукцией.
Не исключено, что из–за нестабильности процесса глобализации, уже за последние годы, Всемирный экономический форум (ВЭФ) также начинает терять свою притягательность. Современная международная жизнь выходит на новую траекторию, при которой торговые конфликты нарастают, климатические и экологические проблемы остаются неразрешенными, тем более дигитализация влечет за собой революционные преобразования в ближайшем будущем. Особое влияние на эти глобальные процессы оказывает новая политика США, которая призывает бизнесменов инвестировать в американскую экономику.
И хотя правящие круги многих западных стран, как правило, высоко оценивают роль ВТО в развитии международных экономических отношений, но в тоже время подписываемые одно за другим региональные и двусторонние соглашения о свободной торговле, как между развитыми, так и развивающимися странами, несомненно, способствуют ослаблению влияния этой важной международной организации.
Таким образом, идея всеобщего торгового либерализма столкнулась с жесткой реальностью и в условиях нестабильности мировой экономики протекционизм растет. Источником новой волны протекционизма сегодня не случайно стали США, так как американское работоспособное население оказалось под ударом изменений в мировой экономике. Кризис 2008 г. послужил детонатором скачкообразного роста новых социальных неравенств среднего класса. Если Б. Обама предлагал скорее социал-демократические варианты решения проблем, то Д. Трамп пошел по пути защиты наиболее проблемных отраслей, начав с сталелитейной [2]. Конечно то, что делают США, напоминает процессы столетней давности, когда также были введены повышенные пошлины на продукцию металлургии.
США видит угрозу национальной безопасности в «резком снижении доли отечественного производства металлов», хотя подобная ситуация, по сути, является лишь следствием обычной международной конкуренции. Как известно, еще в 2002 г., стали очевидны накопившиеся проблемы американских сталелитейщиков. По мнению США, торговая война с Китаем позволит затормозить рост его экономики и в то же время американцы смогли бы реконструктурировать свои проблемные отрасли. Однако, как известно, в условиях взаимозависимости экономических систем, защита одних отраслей косвенно ведет к росту издежек в других. По разным аналитическим данным, контрмеры со стороны ЕС, Китая, Канады и Мексики уже наносят заметный экономический ущерб американскому сельскому хозяйству. Решение проблем этой отрасли видится в многомиллиардных пакетах господдержки, которые могут помочь фермерам, но негативно сказаться на макропоказателях и инвестклимате.
Что касается Китая, то, как известно, экономический рост Китая в начале XXI века подпитывался масштабными капитальными вложениями, которые позволили модернизировать страну и сократить бедность. В настоящее время страна переходит к модели развития, основанной на удовлетворении потребительского спроса населения, поэтому некоторое снижение бурного инвестиционного роста неизбежно.
Во взаимозависимом мире беспрецедентно вырос уровень протекционизма. Только за прошедший год страны-участники ВТО ввели в отношении друг друга 137 тех или иных ограничительных торговых мер в виде тарифов и пошлин на сумму не менее 588 миллиардов долларов, а это в 7 раз больше, чем год назад. Генеральный директор ВТО Роберту Азеведу заявляет что, «учащающиеся торговые ограничения рискуют стать новой нормой мировой торговли в ближайшем будущем», «рост протекционизма и та неопределенность, которую он создает, может поставить под угрозу восстановление мировой экономики и спровоцировать проблемы с рабочими местами и ростом потребительских цен в мире» [4] .
Следует отметить, что вопросы, касающиеся мирового торгового протекционизма, излагались в докладах ВТО еще при П. Лами. И хотя официально заявлялось, что торговый протекционизм в существующем ныне виде не может стать причиной глобальной торговой войны, однако количество ограничительных мер, принимаемых различными странами в сфере торговли непрерывно увеличивается.
Следует отметить, что глобальная волна таких ограничительных мер имела место и в торговой дипломатии прошлых десятилетий, как развитых, так и развивающихся стран. Хорошо известно заявление по поводу роста протекционистских настроений главы Всемирного банка Роберта Зеллика к лидерам “Двадцатки” о том, что не надо «поддаваться желанию делать заявления о протекционистских мерах, будь то меры, касающиеся торговли, стимулирования внутреннего спроса или госфинансирования и выкупа компаний и банков. Экономический изоляционизм может запустить нисходящую спираль событий, подобных тем, которые мы наблюдали в тридцатые годы» [3]. В некоторых странах ужесточение торговых стандартов привело к сокращению импорта, в других введены прямые экспортные субсидии, что, естественно, нарушает положения, принятые в рамках Дохийского раунда переговоров ВТО. В качестве примеров нарушения положений ВТО можно привести следующие страны.
1. Больше всего на поприще повышения таможенных тарифов отличился Эквадор — в этой латиноамериканской стране были повышены импортные пошлины более чем на 600 видов товаров.
2. Аргентина ввела новые нетарифные барьеры на импорт автозапчастей, текстиля, телевизоров, игрушек, обуви и изделий из кожи.
3. Индонезия ограничила ввоз некоторых видов товаров, включая одежду, обувь, игрушки, электронику, продукты питания и напитки — лишь пятью морскими портами.
4. Китай запретил импорт ирландской свинины, некоторых видов бельгийского шоколада, итальянского бренди, британских соусов, голландских яиц и испанских молочных продуктов.
5. Индия ввела запрет на импорт китайских игрушек. И Индия, и Китай при этом активно субсидируют своих экспортеров, компенсируя им затраты на преодоление иностранных заградительных пошлин. Эти две страны повысили скидки на возмещение НДС для экспортеров (хотя спорно, является ли эта мера косвенной субсидией).
6. Евросоюз объявил о введении экспортных субсидий на масло, сыр и молочный порошок. А правительство Франции требовало от ЕС рассмотреть вопрос о возобновлении субсидирования экспорта свинины.
7. По оценкам Всемирного банка, практически многие страны субсидируют автомобилестроение. Прежде всего, США выделили их на поддержание «детройтской тройки» — General Motors, Ford и Chrysler. Среди других правительств, решивших выделить средства автомобилестроителям, оказались Канада, Франция, Германия, Британия, Китай, Аргентина, Бразилия, Швеция, Италия и Россия (когда не входила тогда во ВТО).
8. Министр экономики Германии Карл-Теодорцу Гуттенберг предложил изменить немецкую практику выделения субсидий на покупку частными лицами автомобилей, сделав ее более национально-ориентированной, т.е. предлагал выделять субсидии только при покупке отечественного автомобиля. Правительство Германии воздержалось тогда от такого шага, но было не исключено, что предложенные идеи еще найдут своих сторонников [3].
9. В США демократы попытались включить в «план Обамы» некоторые протекционистские меры. Например, палата представителей проголосовала за требование использовать только американскую сталь во всех проектах, которые будут получать госфинансирование. Использование иностранной стали разрешалось лишь в тех случаях, если это удешевляло проект на 25% или более. Канада и Евросоюз выступили против подобных решений. Однако Сенат включил в свою версию закона поправку о том, что данная мера должна соответствовать «обязательствам Соединенных Штатов по международным соглашениям». Таким образом, импорт стали из 27 стран Евросоюза и еще из 12 стран, с которыми у США имеются соглашения о свободной торговле, не подпадет под новую протекционистскую меру. Но на эти страны суммарно приходились лишь 25% импорта стали США и поэтому с этой новой американской протекционистской мерой столкнулись экспортеры стали из Китая, Индии и России.
10. Нынешний кризис открыл и новую страницу в истории протекционизма — массовым явлением стала защита национальных рынков труда. Так, в ряде стран возросли требования к ограничению использования иностранной рабочей силы. Особенно ярко эта тенденция проявилась в странах ЕС. В условиях бурного экономического роста британское общественное мнение готово было мириться с присутствием сотен тысяч поляков, которые заполняли вакансии во многих секторах, где не хотели работать британцы. Но экономическая ситуация изменилась, и безработица быстро росла, что привело к росту протекционистских настроений в британском обществе, которое недовольно, что рынок труда Британии более открыт для мигрантов из других стран ЕС, особенно Германии или Франции, которые были закрыты для восточноевропейцев до 2011 года.
Современные экономические трактовки форм, проявлений и последствий протекционизма, стали значительно шире и, на наш взгляд, вовсе не стабильные. Внешнеторговую нестабильность в мире можно представит в виде следующей схемы (см. рис.1).
Рис. 1. Условия неопределенности изменяют картину международной торговли: основные аспекты проявлений в торговых отношениях (авторский взгляд)
Как представляется, при рассмотрении последствий нарастания протекционизма в международной торговле следует рассмотреть следующие его основные аспекты:
— особая сложность нынешнего витка протекционизма заключается в его нетипичности. Все чаще протекционизм выражается в непрямых формах его проведения, например, в субсидиях, стимулировании покупателей отечественной продукции, конъюнктурных пакетах, госзакупках и так далее. Это затрудняет как оценку его масштабов, так и мер противодействия ему;
— в настоящее время протекционизм широко охватывает такие экономические инструменты функционирования мировой экономики, как обменные курсы валют, формы государственного регулирования иностранных инвестиций и мобильности рынка труда и другие.
Следует отметить, что новые типы протекционизма все сильнее охватывают развитые страны. В результате из-за протекционистских мер рост мировой торговли в первой половине 2018 года по сравнению с тем же периодом 2017 года упал сразу на 2%. Произошло это, прежде всего, из-за торговой войны США и Китая и тех перекрестных тарифов на миллиарды долларов, которые страны ввели в отношении друг друга. Сейчас тарифная война временно приостановлена, но еще далека от окончательного разрешения, правда, и ущерб от нее пока не очень существенный. В условиях торговой войны с США дорогие импортные товары еще подорожали и из-за падения курса юаня. Стороны договорились пока не вводить новые пошлины и не повышать уже действующие, а китайская сторона, в свою очередь, пообещала существенно увеличить закупки американских товаров. Кстати, Китай на мировой арене выступает не только как крупнейший экспортер товаров и импортер сырья в мире, но и является крупнейшим автомобильным рынком и поставщиком туристов во многие страны. Таким образом, Китай значительно выиграл от членства в ВТО в 2001 году и, будучи сейчас мировой фабрикой, расширяет свой внутренний рынок, повышая качество продукции и услуг, и усиливая природоохранные требования к промышленным предприятиям.
По данным министерства коммерции Китая, импорт из США вырос с 26 до почти 150 млрд долл. в прошлом году и она стала третьим по величине рынком сбыта для США, тогда как в 2001 году Китай занимал только 11-е место [4].
Сегодня торговые отношения между США и Китаем фактически поддерживают около 2,6 миллиона рабочих мест в Соединенных Штатах в целом ряде отраслей. И поскольку в Китае, очевидно, продолжит быстро нарастать прослойка среднего класса в течение следующего десятилетия (по имеющейся оценке, к 2026 году число китайских потребителей среднего класса превысит все население США), то американские компании имеют значительные возможности использования этой новой и прибыльной клиентской базы для повышения занятости и своего экономического роста (см. рис. 2). Экономические данные показывают, что страны, тесно сотрудничающие с Китаем, превосходят страны с менее интегрированными с ним торговыми связями, и, очевидно, эта тенденция сохранится [5].
В частности, расширение прослойки среднего класса в этой стране способствовало тому, что корпорации «Форд» и «Дженерал Моторс» уже заняли серьезные позиции на автомобильном рынке Китая, который сейчас является крупнейшим в мире.
Рис. 2. Растущий средний класс Китая (домашние хозяйства с доходом более 35000$) как рынок для американского бизнеса
Источник: US-China Business Council (USCBC)
Как представляется, перспективы развития внешнеэкономических связей Китая в значительной степени связаны с дальнейшими реформами его национальной экономики. В частности, в материалах Oxford Economics, подготовленного в 2017 г. для Бизнес-Совета США-Китая подчеркивается, что реформы в Китае необходимы для реализации потенциальных выгод [6]. Отмечается, что изменяющаяся структура расходов в Китае — это переход от инвестиционных вложений в производственную сферу и инфраструктуру в сферу обращения в связи с ростом потребительских расходов и услуг китайских покупателей, который предоставляет американским фирмам огромную возможность сбыта своей продукции. Прежде всего, растущему среднему классу китайских потребителей.
Однако, поскольку экономические реформы в Китае замедлились в последние годы, встает вопрос о том, в какой степени китайское правительство будет предоставлять иностранным компаниям национальный режим внешнеэкономической деятельности и отсюда более широкий доступ к китайскому рынку. Например, иностранные страховые компании ориентируются на процесс дальнейшей либерализации, которая позволила бы им предлагать их участие в страховом бизнесе, а также в пенсионных фондах для новых зажиточных китайских семей, которые сейчас живут за пределами своей страны, где государственные рабочие места и пенсии были гарантированы. Таким образом, либерализация и открытость экономики Китая являются решающим фактором в способности американских компаний реализовать потенциальные выгоды во внешнеэкономических отношениях с ним [6].
Конечно, отдельной немаловажной проблемой Китая является низкий уровень защиты интеллектуальной собственности и он является одним из самых «пиратских» государств. Правда, в последнее время КНР укрепляет свою правовую и правоохранительную системы защиты интеллектуальной собственности и в последние годы в стране пересмотрено и усилено законодательство в отношении торговых марок, введена карательная компенсационная система, переработан закон о защите от недобросовестной конкуренции и упрощен процесс пересмотра законов о патентах и авторском праве.
Двадцать лет назад большинство транснациональных компаний просто хотели наладить производство в Китае, «но сейчас география спроса совсем другая, — как подчеркивает Билл Уинтерс, генеральный директор банка Standard Chartered, — и теперь они рассматривают Китай уже в качестве конечного рынка сбыта, и он является главным драйверем потребления в мире». По информациям института международных отношений Chatham House, богатеющие китайцы расширили мировой спрос на 3 трлн долларов: если в 2010 году их потребительские расходы составили чуть больше 2 триллионов, то в 2017-м — уже пять. Китайцы покупают треть всех товаров класса «люкс» в мире и тратят на это более 120 млрд долларов в год [18] и заполнить всю эту потребительскую нищу могут только США.
Как уже указывалось выше, в настоящее время наступает фаза неопределенностей и внешнеторговых напряжений, где одну из основных угроз для мировой экономики представляет политика протекционизма некоторых стран. Глава Международного валютного фонда (МВФ) Кристин Лагард во время выступления в 2018 г. в Гонконгском Университете заявила о росте неопределенности в макроэкономике из-за проводимой рядом стран геополитики и отметила необходимость ускорить проведение экономических реформ по всему миру. «Есть безотлагательная необходимость их проведения, потому что неуверенность значительно возросла: от напряжения в торговых отношениях до увеличения финансовых, бюджетных рисков и более неопределенной геополитической ситуации»[7]. Глава МВФ, концентрируя свое внимание сугубо на макроэкономическом подходе, подчеркивает, что ограничения внешнеторговых отношений вредят всем, особенно покупателям с низким уровнем дохода, а также подрывают динамику глобального экономического роста.
Дальнейшее взаимное повышение импортных пошлин негативно скажется на развитии мировой экономики, и торговые споры приведут к изменениям в глобальных цепях поставок. Эта риторика в духе «мы повысим пошлины, чтобы заставить кого-то сделать что-то» в дальнейшем может обостриться, и мир окажется в ситуации нарастания таможенного обложения товарооборота. В результате, многим компаниям придется пересматривать прежние планы своего развития, поскольку изменения в глобальных цепях поставок будут отрицательно сказываться на экономическом росте и создании рабочих мест [8]. Последствия для всей системы международной торговли будут крайне негативными.
Из-за повышенных импортных пошлин американские компании сокращают закупки в Китае, и наоборот. Им приходится искать замену поставщиков товаров и комплектующих изделий, что позволяет другим странам нарастить экспорт. В таблице 1 приведены объемы этих экспортных потоков стран, технологическое и экономическое развитие которых позволяет заместить продукцию американских и китайских фирм.

Таблица 1
Объемы переадресованных экспортных потоков отдельными странами в результате повышения таможенных пошлин США и Китаем (в млрд долл.)
страны, которым перераспределение мировых торговых потоков принесет наибольшую выгоду в экспорте своей продукциииз-за повышения пошлин Китаемиз-за повышения пошлин СШАдоля переадресованного экспорта в общем объеме экспорта страны, %
EC20700,9
Мексика9195,9
Япония8212,3
Канада5173,4
Южная Корея672,1
Индия283,5
Австралия284,6
Бразилия1,583,8
Тайвань2,572,5
Вьетнам245
Составлено и сгруппировано авторами на основе материалов UNCTAD, по «Key statistics and Trends in trade policy 2018/ Trade tensions, implications for developing countries»

Как видно из таблицы, тарифная война вынуждает компании искать новых поставщиков и подрядчиков в других странах. Повышение таможенных пошлин США будет сопровождаться сокращением китайских закупок вниз по производственной цепочке — ведь они сами покупают комплектующие компоненты, в основном, у соседей по региону. Согласно докладу UNCTAD, “эффект домино” обойдется Юго-Восточной Азии в 160 млрд долл. недополученных доходов [19].
Таким образом, многие развитые страны в целом стали уделять больше внимания внутренним проблемам. И, соответственно, встает вопрос, а как повлияет это на их позиции в мировой торговле? Так, ЕС спорит с США о торговых пошлинах и хотя в сообществе пошлины в среднем выше, но США изолируют свои рынки закупок. При этом следует отметить, что США еще пользуются привилегией доллара (за счет гибких учетных ставок и валютных механизмов они долговременно могут покупать товаров больше, чем производят). Этими же странами критикуются также правила ВТО, которые обговаривались между 1986 и 1994 годами, поскольку по проблемам цифровых услуг, защите данных или потепления климата на современном этапе она может предложить немногое. ВТО практически не предоставляет возможности применения мер в отношении стран, устанавливающих государственные субсидии в поддержку своего экспорта (например, Китай). Поэтому переговоры по данным направлениям также являются актуальными и единственно правильным путём. В современных условиях ЕС, США и другие страны Большой двадцатки стремятся разработать конкретные предложения по защите своих общих ценностей.
Китай, активно инвестируя капитал в европейские компании высоких технологий и активно занимаясь продвижением своего проекта «Шёлковый путь», в отличие от США, имеет долгосрочную стратегию на десятилетия вперёд. Это является большим преимуществом КНР и в обзоре Института исследования экономики в Германии отмечается по этому поводу, что «если ЕС и США не будут защищать свои собственные ценности — например, свободную конкуренцию или защиту данных, то повысится опасность того, что Китай будет навязывать свои стандарты и правила другим странам» [9].
На фоне напряжений и перевеса национальных интересов продолжались переговорные процессы пересмотра ранее достигнутых договоренностей, например, соглашение о свободной торговле между США, Мексикой и Канадой (NAFTA теперь оно- USMCA). Определенные отрасли промышленности (металлургия и машиностроение) в США стали стагнировать из-за этих договоренностей, поэтому власти США ищут решение по равновесному состоянию.
Подходы, позиции и аргументы по реформированию ВТО и перестройке международных торговых отношений. Хотя ВТО остаётся важным институтом для разрешения споров, но на современном тренде противостояний торговых интересов она уже не может обеспечить справедливые условия торговли для всех государств-участников. Проблема институционального реформирования организации на экспертном уровне обсуждается, по меньшей мере, последние полтора десятка лет, однако за рамки научного поиска и дискуссий она до сих пор не выходила. Система ГАТТ функционирует, хотя и не без недостатков, уже 70 лет, и никто не может гарантировать, что в результате реформы не станет хуже. Ситуация заметно радикализировалась вследствие протекционистской политики новой американской администрации и инициированных ею торговых войн «со всем миром». Дискуссии вокруг усилении роли и эффективности ВТО активно продолжаются, поэтому есть смысл выделить главное. Необходимо подчеркнуть, что начинающийся процесс реформирования ВТО не может быть простым и быстрым, ибо слишком многообразен список проблем. В табл.2 обозначены некоторые основные направлении и проблемы трансформации ВТО, в контексте сопоставлений подходов к ним.

Таблица 2
Торговая неопределенность: вопросы трансформации ВТО в контексте позиций США, ЕС и Китая в сфере торговой политики
Конфликт интересов и подходы США«Концепция» ЕС предложения в профессиональных терминахПозиция Китая
— Повестка затрагивает такие вопросы, как реформирование ВТО, торговые соглашения с другими странами, применение американских торговых законов. Фактически оправданы случаи применения торговых законов США 1960-х — 1970-х гг. в целях защиты интересов национальной безопасности, что не может не вызывать озабоченность, поскольку эти законы применяются в отрыве от правил ВТО и обязательств самих США в рамках этой организации.
— США не скрывают своего крайнего недовольства положением в ВТО большой группы стран, которые, присоединившись в свое время к Организации со статусом развивающихся, продолжают и сегодня считать себя таковыми, хотя многие из них достигли существенного прогресса в ряде отраслей экономики и даже обогнали некоторые развитые страны. В этом, собственно, заключается суть подхода Вашингтона к реформированию ВТО — ликвидировать неоправданные, устаревшие привилегии группы развивающихся стран, которые сегодня фактически парализуют многостороннюю торговую систему.
— На сегодняшний день ЕС занял наиболее активную позицию по реформированию ВТО, первым опубликовав свою концепцию на этот счет.
Значительное место в концепции ЕС отведено модернизации апелляционного органа — важнейшей инстанции механизма по разрешению споров ВТО. В своих предложениях по реформированию деятельности апелляционного органа ЕС во многом поддерживает претензии Вашингтона к его нынешнему функционированию. В частности, предложено строго ограничить апелляцию сроком на 90 дней.
— ЕС фактически разделяет обозначенную позицию и претензии Вашингтона в отношении группы развивающихся стран, достигших достаточно высокого уровня развития экономики, но не желающих расставаться с обретенными ранее привилегиями. Соответствующие предложения Брюсселя вполне корректно прописаны в профессиональных терминах, как, например, «улучшение транспарентности», «своевременность подачи нотификаций о применяемых субсидиях». Остроту последней проблемы иллюстрирует соответствующий показатель: в 2018 г. 90 стран-членов не направили в ВТО ни одной нотификации .
— Выражая поддержку реформированию ВТО, китайская сторона пока ограничивается достаточно общими заявлениями, подчеркивая важность незыблемости базовых принципов и правил ВТО. Придерживаясь при этом трех базовых принципов:
во-первых, реформы ВТО должны отстаивать две основополагающие ценности системы многосторонней торговли в виде исключения дискриминации и обеспечения открытости;
во-вторых, необходимо защищать интересы членов развивающих стран и отдельных регионов, разрешать их проблемы в процессе их включении в процесс экономической глобализации;
в-третьих, важно выполнять решения директивных органов, по которым был достигнут консенсус, правила должны определяться совместно международным сообществом, а не меньшинством членов или мелкими фракциями.
Составлено и сгруппировано авторами по опубликованным фактам в СМИ, на материалах http://russiancouncil.ru и «Синьхуа».

Несмотря на то, что мировые лидеры начали обсуждение по реформированию ВТО, полного единодушия пока не наблюдается. И пока неясно, даже по данным ВТО, к чему приведут эти обсуждения, каким сферам торговли сулят в будущем наибольшие перспективы, а к каким предъявят требования по их реорганизации. Накопленный опыт функционирования механизма мирохозяйственных связей в условиях либерализации однозначно поможет усвоить два важных урока. Первый, взаимовыгодные экономические отношения в мире должны стоять на первом месте, а строго регламентированная международная торговля является ее важнейшим элементом. Второй, любой разрыв (кризис) торговой цепочки ведет к непредсказуемым последствиям.
Как представляется, США крайне субъективно формулируют «соображения национальной безопасности» в очевидном отрыве от существующих международных правил. Введенные ими 25-процентные ввозные пошлины на ряд китайских товаров пошатнули правила Всемирной торговой организации. Исходя из сложившихся напряжений в торговой сфере, ряд ведущих международных экономических экспертов уверены, что администрация США периодически выводит из равновесия мировую торговую систему установлением разного рода пошлин, направленных против ряда стран (в основном экономик Китая, России, Турции, Мексики и, в частности, стран Евросоюза).
В отличие от США, Китай в развитии международной торговли занимает твердую позицию, придерживаясь основных принципов ВТО. Согласно информации «Синьхуа» [10], реформирование ВТО предполагает отстаивание статуса системы многосторонней торговли как основного столпа порядка, следует в приоритетном порядке разрешать ключевые вопросы, которые ставят под угрозу существование ВТО. Важно обеспечивать специальные и дифференцированные возможности членов из развивающихся стран и регионов. Необходимо уважать различные модели экономического развития, которые реализуют члены ВТО.
КНР выступает против того, чтобы отдельные члены за счет выдвижения новых категорий и формулировок предпринимали попытки произвести «подмену понятий» и инициировали «начало с чистого листа», внося путаницу и отрицая авторитетность системы многосторонней торговли. В настоящее время отдельные члены-страны ВТО препятствуют процедуре отбора членов апелляционных структур, злоупотребляют оговорками о национальной безопасности в правилах ВТО для взимания пошлин и оправдывают унилатералистские меры с позиций своего внутреннего права. Это подрывает нормативные основы системы многосторонней торговли, поэтому в рамках реформирования необходимо как можно скорее разрешить указанные проблемы и обеспечить нормальное исполнение функций ВТО.
Однако, сегодня различия между развитыми и многими развивающимися странами, в т.ч. азиатского региона, уже не выглядят так явно, как это было четверть века назад при создании ВТО, и потому упомянутая точка зрения, на наш взгляд, является некорректной. В целом Восток и Запад как бы поменялись местами: «Еще десять лет назад основными пропагандистами свободной торговли выступали Европа и США, а теперь либерализация торговли выгодна в первую очередь развивающимся странам Азии. Это связано и с заметным укреплением экономической мощи стран региона, и с тем, что за все последние годы развивающиеся страны снижали тарифные барьеры и во многих случаях уже вышли на уровень развитых стран» [3]. В настоящее время страны Азии, которые использовали площадку ВТО для либерализации торговых режимов активно прибегают к механизму интеграционных соглашений для улучшения условий своего экспорта.
Понятно, что определенная гибкость в выполнении развивающимися странами правил ВТО должна быть сохранена, но необходимы и конкретные механизмы для их выполнения. Особенно сложным, видимо, станет на определенном этапе вопрос преобразования системы принятия решений. Действовавший в ГАТТ/ВТО более 70 лет механизм консенсуса, сегодня в условиях 164 стран-членов стал явным тормозом при выработке разумных решений. Но и отказаться от него тоже будет непросто и в этом, возможно, кроется один из главных вызовов начинающегося реформирования ВТО.
В 2018 году в Аргентине состоялась встреча министров стран G-20, по итогам которой было принято заявление, в котором призвали все страны к «срочной необходимости обсуждения текущих событий напряженности в международной торговле и путей улучшения ВТО для решения текущих и будущих задач» [11]. Коммюнике встречи считается первым шагам для утверждения консенсуса по торговым вопросам и многосторонней торговой системе на крупных глобальных саммитах.
После завершения саммита G-20, Еврокомиссия опубликовала свой «концептуальный документ», который содержит основные подходы по обновлению ВТО, формулирует проблемы, стоящие перед ВТО, включая увеличение числа протекционистских мер и отсутствие консенсуса по вопросу о выборе членов Апелляционного органа. В настоящее время ВТО фактически не в состоянии принимать решения, во многом из-за позиции США, в частности, блокируется решение, связанное с правильным функционированием апелляционной комиссии, которая состоит из семи членов и рассматривает апелляции стран по торговым спорам. Комитетом по международной торговле Европарламента отмечается, что Всемирная торговая организация находится в кризисе и требует реформирования, «правила и процессы ВТО необходимо срочно пересмотреть, чтобы сохранить ее деятельность актуальной и эффективной». Предусматриваются три направления предлагаемой ее реорганизации: «нормотворчество и развитие» глобального торгового клуба; регулярную работу ВТО и прозрачность; урегулирование споров. В отношении «нормотворчества и развития» ЕС призывает к подготовке дальнейших правил ужесточения правил ВТО в отношении государственных субсидий и установлению новых правил устранения бартеров для услуг и инвестиций, в том числе в области обязательной передачи технологий, а также, к проведению подробного анализа целевых показателей, изложенных в рамках целей устойчивого развития ООН для определения роли торговой политики в их реализации. [12]
Для повышения эффективности мировой торговли в последние годы ВТО приняла такие важные документы, как «Соглашение об упрощении процедур торговли, отмене экспортных субсидий на сельхозпродукцию» и дополнение в « Соглашение об информационных технологиях».
Формирование новой архитектуры мировой экономики, вызванное процессами глобализации и сопровождающими их кризисными потрясениями последнего десятилетия, требует поиска новых подходов в развитии модели многостороннего регулирования торговли и интеграционных отношений.
Потенциалы экономического пространства ЕАЭС и СНГ: системные проблемы в условиях испытаний неопределенностью.
Глобализация и регионализация мировой экономики в настоящее время являются важнейшими тенденциями, дополняющими друг друга, но при этом характеризующимися и определенными противоречиями. До начала глобального финансово-экономического кризиса в работах российских специалистов преобладала точка зрения, что развитие постсоветской интеграции должно происходить на основе повторения опыта стран ЕС с преимущественным упором на глобальную интеграцию, а не на развитие связей на постсоветском пространстве [13].
Эскалация торговой войны между США и Китаем чревата серьезными рисками для инвестирования и экономического роста и при этом встает вопрос, в какой степени евразийские рынки им подвержены? Обобщенно ответить на этот вопрос невозможно, но, разумеется, это повлияет на развитие всех регионов и стран в мире. Следует отметить, что Всемирная торговая организация уже несколько раз пересмотрела свои прогнозы по росту мировой экономики, оценивала несколько сценариев, «включая сценарий глобальной торговой войны, если все страны будут устанавливать тарифы в манере отсутствия сотрудничества», что станет причиной снижения объемов глобальной торговли и на 7,5% сократит мировой ВВП.
В то же время, существенное замедление экономического роста, связанное с торговыми противостояниями США и Китая, может привести страны ЕС, в частности в Германию, к снижению спроса на энергию и энергоносители, а крупнейшим поставщиком газа, нефти и угля для ФРГ является Россия. Вообще, еврозона и в целом Евросоюз — это важнейший экспортный рынок для российского, казахстанского и азербайджанского топливно-энергетического комплекса. Так что, если слишком резкое торможение экономики вызовет рецессию в ЕС, то это может стать весьма болезненным ударом для всех нефтедобывающих стран Евразии.
Конечно, в начале, с теоретической точки зрения, структуры экономических отношений и масштабы взаимозависимости с США и Китаем, этот раунд тарифов не окажет существенного влияния на экономику России и стран-партнеров по ЕАЭС, а также на региональную торговлю. Хотя Россию уже затронули протекционистские меры со стороны США (ввод пошлин на алюминий и сталь). Сегодня интеграция экономики России и региона ЕАЭС в международные производственные цепочки значительно ограничена. Что касается реакции финансовых рынков России и других нефтедобывающих соседних стран по СНГ (Азербайджан, Казахстан), то они меньше зависят от притока иностранного финансового капитала, так как имеют профицит по счету текущих операций платежного баланса. Конечно, необходимо ускорить процесс взаимодействия по линии ЕАЭС — ЕС, ЕАЭС — Китай, используя, в том числе, и механизмы ВТО. А большинство менее значимых торговых стран будут вынуждены играть роль сторонних наблюдателей в торговых спорах в треугольнике США — Китай — Евросоюз. К этой категории относятся и экспортеры многих развивающих стран.
Однако, есть угроза дальнейшей эскалации торговой войны и она сопряжена со значительными рисками: дестабилизация производственных цепочек, удар по предпринимательской и потребительской уверенности в конечном итоге косвенно может оказать существенный негативный эффект на инвестиции и экономический рост. По информациям Standard & Poor’s, Россию, как и другие развивающиеся рынки, затронула реакция иностранных инвесторов, которые реагируют на возросшую неопределенность оттоком капитала из более рисковых активов.
В глобальной цепи поставок уже произошли некоторые нарушения, в частности, после введения импортных пошлин США на сталь и алюминий. Крупнейшие производители стального проката в России — ММК, НЛМК и «Северсталь» — инициировали расследование Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) для защиты российского рынка металлопроката от роста импорта. Ведущие поставщики металлопроката в страны ЕАЭС — КНР, Республика Корея, Украина также поставляют продукцию на рынки США, Европейского союза и Турции. Российские предприятия, обратившиеся в ЕЭК, опасаются, что из-за ограничительных мер, введенных на этих рынках, китайские, корейские и украинские металлурги могут направить дополнительные объемы на российский рынок. По подсчетам комиссии ЕЭК, потенциальный прирост импорта проката с покрытием может составить 88,2% вследствие переориентации поставок с рынка США, 28,5 % — с рынка ЕС и 33,1% — с рынка Турции [14].
Возросший импорт является результатом непредвиденных обстоятельств, таких как перепроизводство стали в мире и рост применения специальных защитных и антидемпинговых мер в отношении стальной продукции в различных странах в 2015–2017 гг. Такой возросший импорт некоторых видов этой продукции может оказать дальнейшее негативное воздействие на финансово-экономическое состояние предприятий.
Государства-участники ЕАЭС всецело поддерживают новую инициативу ВТО в области содействия привлечению инвестиций и приданию приоритетного значения улучшению инвестиционного климата в странах региона. Следует отметить, что членство в ВТО открыло России доступ к механизму отстаивания торговых интересов, который страна уже смогла использовать в свою пользу.
По оценкам экспертов Центра международной торговли (ЦМТ) и Торгово-промышленной палаты РФ, Россия, вступив в ВТО, не понесла никаких реальных потерь или ущерба, а российские компании, выходя на внешний рынок, стали следовать передовым стандартам торговли при продвижении своей продукции. Она заняла значительные позиции на рынке сельхозпродукции и продовольствия: пшенице, подсолнечного масла, рыбной продукции, кондитерских изделий, мяса, овощей и других. Без ВТО России, как и многим странам, было бы гораздо сложнее участвовать в международной торговле в нынешних условиях. «Это единственный институт без политизации, где можно требовать вернуться к соблюдению буквы и духа соглашения ВТО — другого сегодня нет» [15].
Россия за время членства участвовала как заявитель в семи спорах в рамках ВТО, по восьми спорам являлась ответчиком. В этом году арбитры организации поддержали Россию в трех спорах: с Украиной по железнодорожным вагонам и стрелочным переводам, а также пошлин на нитрат аммония российского производства и в споре с ЕС по третьему энергопакету.
Советник президента Торгово-промышленной палаты РФ Г. Петров особо подчеркивает роль ВТО для перспектив развития экономики РФ. «Один из приоритетных проектов сегодня — это несырьевой экспорт. Как его защищать без ВТО? Сегодня других инструментов пока еще никто не придумал. Если мы хотим, чтобы драйвером нашего экономического роста стал несырьевой экспорт, чтобы мы стали пятой экономикой мира в абсолютных величинах, были конкурентоспособными в высокотехнологичных отраслях, то надо работать в ВТО» [15].
Для рационального использования ресурсов и развития интеграционного потенциала евразийского пространства необходима стратегия в целях минимизации экономического ущерба в случае продолжения нарастания неопределенностей. А наличие преимуществ пространства ЕАЭС и СНГ очевидно: это богатая сырьевая база и энергоресурсы, высококвалифицированная рабочая сила, единый огромный рынок без таможенных границ объемом порядка $4 трлн и ёмкостью населения более 180 млн человек. Введены в действие новые налоговые и таможенные режимы, соответствующие ВТО и передовым международным стандартам. Позиции России и Казахстана особенно активны по отношению к системе ВТО, обе страны готовы внести конструктивный вклад в обсуждение по всем вопросам повестки дня ВТО в целях обеспечения рационального функционирования глобальных многосторонних торговых взаимоотношений.
В рамках интеграции стран ЕАЭС можно особенно отметить экономические достижения Казахстана. За последние 10 лет сюда было привлечено порядка $250 млрд прямых иностранных инвестиций в различные сектора национальной экономики, в том числе в несырьевые сектора направлено порядка 50% их объема. Казахстан занимает первое место по инвестиционному климату в Центральной Азии и на его долю приходится более 70% инвестиций стран Центральной Азии [16]. В настоящее время им достигнуты договоренности по реализации 69 новых проектов с крупными инвесторами, в том числе с десятью ТНК из Китая, Турции, США, Великобритании и стран ЕС.
Благодаря выгодному географическому положению, соседству с такими государствами, как Россия, Китай и странами Центральной Азии, Прикаспийского региона Казахстан является удобной центральной площадкой для выхода на близлежащие растущие азиатские рынки с общим объемом более 1,6 млрд человек. В этой связи для Казахстана членство в Евразийском экономическом союзе является одним из эффективных инструментов интеграции в мировую систему торговых отношений. В частности, Казахстаном и ЕС было подписано соглашение о расширенном партнерстве, которое стало основой для создания благоприятных и недискриминационных условий для инвестиции в производственные сектора экономики.
Рыночные реформы, проведенные Азербайджаном и Узбекистаном и ныне продолжающие переговоры по вступлению в ВТО, также привлекательны для инвесторов из стран ЕС. И как было подчеркнуто на прошедшем в Берлине в январе 2019 года германо-узбекском бизнес-форуме: «На протяжении длительного времени для немецкого бизнеса экономика Узбекистана была своего рода «черным ящиком». В последние же два года произошли решающие изменения, пробудившие большой интерес и любопытство деловых кругов Германии» [17]. Всемирный банк внес Узбекистан в число стран, наиболее активно проводящих реформы и надеется, что в 2019 году Узбекистан станет членом ВТО, что значительно расширит возможности иностранных инвесторов.
Правда, в абсолютных цифрах и в сравнении с другими странами, торговля Германии с Узбекистаном по-прежнему выглядит довольно скромно. Ее объем за 2018 год составил всего 542 миллиона евро, а с Россией, для сравнения, — 52 миллиарда, с Польшей — 99 миллиардов, с Украиной — 6, с Казахстаном — 4,5, с Азербайджаном — полтора миллиарда. Конечно, потенциал Узбекистана считают несравненно большим, тем более по численности населения (33 миллиона человек) страна занимает первое место в Центральной Азии.
Но самым большим преимуществом Узбекистана, с точки зрения инвесторов, Восточный комитет называет перспективы выхода не только на его рынок, но и на другие рынки региона Центральной Азии с 60 миллионами потребителей.
Как представляется, выход с некоторыми основными товарами Узбекистана и Азербайджана, как кандидатов в члены ВТО, на рынки, например, России или Казахстана стал бы проще, если бы они присоединилась к ЕАЭС. Но в Баку и Ташкенте еще не решили, стоит ли предпринимать такой шаг, где еще взвешиваются плюсы и минусы членства в нем. Дальнейшее развитие и рост на региональном экономическом пространстве в полной мере будет, очевидно, определяться несырьевым обеспечением. В этой связи, рациональным видится развитие кооперационной составляющей Азербайджана и Узбекистана в производстве продукции с государствами-членами ЕАЭС и СНГ для налаживания выпуска продукции с высокой добавленной стоимостью.
В настоящее время в странах СНГ практически отсутствуют необходимые мощности и инновации на предприятиях по переработке ресурсов и прослеживается слабая диверсификация в промышленном производстве. Поэтому они экспортируют, по разным данным, более 80 % своей продукции в виде продукции первого и второго переделов, по причине более быстрого возврата инвестиций, меньшего объема капитальных затрат и стабильного спроса. И отсюда существует риск роста экономической зависимости от развитых стран. Данный факт обуславливает необходимость принятия мер не только в части защиты внутреннего рынка, но также в части повышения конкурентоспособности производимой продукции в приоритетных отраслях экономики. Этого можно достичь, совместно используя все преимущества региона с приоритетной ориентацией на оптимальную оправданную кооперацию, преодоление диспропорций в структуре и балансах национальных отраслей.
Выводы и рекомендации. Ежегодный рост мировой торговли в последние годы демонстрирует заметное снижение в сравнении с предыдущими долгосрочными тенденциями. По мнению авторов, замедление темпов роста связано не только с финансовыми кризисами, но также с недостаточной эффективностью деятельности ВТО, наметившейся в связи с этим в последние годы и нарастанием протекционизма и регионализации международной торговли.
Продолжающаяся неопределенность, сложившаяся в международных экономических отношениях, особенно в связи с геополитическими факторами и исходящими от протекционизма угрозами, отрицательно сказывается на мировом экономическом климате. Мировые деловые круги обеспокоены обилием нарастающих на международной арене политико-экономических проблем, которые в той или иной степени могут отрицательно сказаться на развитии национальных экономик, в значительной мере зависящих от экспорта своей продукции. Речь идет, в частности, о реальной угрозе «Брекзита», который означает прекращение режима свободной торговли с таким важным внешнеэкономическим партнером, как Великобритания, о торговой войне между США и Китаем, наносящей ущерб всему мировому сообществу.
Увеличивающееся количество ограничительных мер в сфере международной торговли, к которым в последнее время прибегают развитые страны, может не только негативно отразиться на ее развитии, но и подорвать усилия мирового сообщества, направленные на восстановление мировой экономики в целом.
Торговые инструменты становятся инструментами чистой политики стран Запада и ключевые участники ВТО активно формируют закрытые региональные соглашения, открыто декларируя установление новых правил мировой торговли в рамках этих мегаальянсов. При этом не скрывается и цель сдерживания политических и экономических конкурентов, таких как Россия и Китай. В связи с этим, очевидно, что только соблюдение стандартов ВТО и региональных соглашений является питательной средой для поддержки развития сбалансирования международной торговли. Мировой торговле необходим баланс взаимозависимости и интересов.
Как представляется, ЕАЭС проводит сбалансированную политику, полностью поддерживая режим ВТО, а реализуемая интеграционная повестка, не направлена против других региональных объединений. Будет очень сложно реагировать торговым неопределенностям, без выстраивания баланса на взаимодействия с основными объединениями как, ЕС, NAFTA — USMCA и БРИКС.
В условиях сложившихся обстоятельств национальные интересы стран–участников ВТО все больше требуют удерживания правительств от радикального протекционизма и актуализирует построение эффективных партнерских отношений в рамках этой организации.
В настоящий момент невозможно предсказать, как долго продлится экономический и финансовый кризис и до какой степени ухудшится ситуация в сфере международной торговли, однако в нынешних условиях чрезвычайно важно суметь избежать реформ, которые могут навредить многостороннему системному развитию торговых отношений. Следовательно, необходимо принять активные меры по защите жизненно важной роли ВТО в развитии многосторонней торговой системы.


Литература
1. Цит. Бёрге Бренде — президент Давосского форума Глобализация 4.0, или Проблемы форума в Давосе // https://www.dw.com/ru
2. Торговая неопределенность: чем чреваты торговые войны для мира и России // http://russiancouncil.ru (23/01/2019)
3. Если это не протекционизм // http://expert.ru (25/012019)
4. Китай осуждает протекционизм во внешнеторговой деятельности // https://rg.ru 11.09.2018
5. https://www.oxfordeconomics.com/recent-releases/understanding–the-us-china-trade-relationship (28/01/2019)
6. Reforms in China are necessary to realize potential gains https://www.uschina.org/sites/default/files/Report.pdf (p.18)
7. Trade Threats Cloud Bright World Growth Outlook/https://www.bloomberg.com (21/012019)
8. Bill Gates says trade issues are ‘scary’ and could put a ‘burden’ on global growth and jobs. https://www.cnbc.com/2018/08/08
9. Габриэль Фельбермайр, Что действительно поможет экономике Европы // https://www.deutschland.de (20/01/2019)
10. Китай обозначил подход и позиции по реформированию ВТО// http://russian.news.cn/2018–11/24 (25/012019)
11. DG Azevedo welcomes G20 focus on improving the WTO to meet “current and future challenges”. www.wto.org (21/01/2019)
12. ВТО: Страны «Большой дватцатки» достигли согласования по реформе ВТО//International Centre for Trade and Sustainable Development. www.ictsd.org (21/01/2019)
13. Котляров Н.Н., Левченко Л.В. Глобализация и региональная интеграция стран — членов Таможенного союза // Экономические науки. — 2013. — № 7(104). — С.109.
14. Российские металлурги опасаются роста импорта. 07 августа 2018 // https://www.vedomosti.ru (27/01/2019)
15. Цит. Из интервью советника президента Торгово-промышленной палаты РФ Георгия Петрова //Шесть лет России в ВТО: от равной торговли к защите от протекционизма/ https://1prime.ru
16. Из выступления Премьер-Министра РК Б. Сагинтаева на Форуме ВТО «Содействие торговле и инвестициям: Евразийский взгляд» // https://primeminister.kz (23/01/2019)
17. Немецкий бизнес начинает осваивать Узбекистан // https://www.dw.com (24/01/2019)
18. Китайская экономика притормозила. Это плохие новости для России и всего мира https://www.bbc.com/russian (09/02/2019)
19. Key statistics and Trends in trade policy 2018 / Trade tensions, implications for developing countries https://unctad.org

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия