Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
Проблемы современной экономики, N 1 (53), 2015
ФИЛОСОФИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙ. ПРОБЛЕМЫ САМООПРЕДЕЛЕНИЯ ЕВРАЗИЙСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ
Благих И. А.
профессор кафедры истории экономики и экономической мысли экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук, профессор

Малюшин И. И.
аспирант кафедры истории экономики и экономической мысли экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета


Евразийские идеи П.Н. Савицкого и современность:
континентальное и океаническое разделение труда
С 1 января 2015 года вступил в силу Договор о создании Евразийского экономического союза (ЕАЭС), в который входят Россия, Белоруссия, Казахстан и Армения. Вскоре к нему присоединится Киргизия. Таким образом, единое экономическое пространство стран Европы и Азии, состоящее из части территории бывшего СССР, стало реальностью. Вместе с тем, ЕАЭС — это союз суверенных государств, который не ставит целью «реанимацию» Советского Союза.
В идейно-политическом плане новый союз опирается на мировоззренческие концепции русских ученых-евразийцев. В чем же суть идеи евразийства? Рассмотрим ее на примере положений сформулированных в 1920-1930-е годы одним из основоположников евразийства ХХ столетия П.Н. Савицкого. И хотя нельзя проводить жесткую параллель между взглядами Савицкого и процессом формирования современного Евразийского экономического союза, знать выделенные П.Н. Савицким и «заложенные в самой природе» отличия союзов континентальных стран от атлантических будет полезным
УДК 330.83; ББК 85.60.3   Стр: 46 - 50


23.9.1955 Пётр Николаевич Савицкий.
Оп.: «Молитва нас всех спасёт», 2000.

П.Н. Савицкий (1895–1968 гг.) считал, что существует океаническое и континентальное разделение труда. Океанические страны, имеющие порты в незамерзающих морях, имеют значительные преимущества в транспортных издержках. Континентальные страны: Россия, государства Средней Азии, Индия, Китай и т.д. обладают огромной территорией, которая не может обслуживаться дешевым транспортом. (В 1911–1916 гг., по подсчетам Савицкого, железнодорожные тарифы континентальных государств, в пересчете на тонно-километры, были в 50 раз выше морских).
России было бы выгоднее сотрудничать с континентальным странами Евразии. При этом торговый обмен должен был осуществляться преимущественно в виде бартера, в натурально-вещественной форме. Но она обращается на рынок океанических держав за «мировой валютой», где исторически терпит поражения из-за объективно высоких стоимостных издержек на свою продукцию. Однако, сравнительно с издержками евразийских стран — Китая, Индии и сопредельных государств, они не столь соразмерны, но и могут быть относительно ниже, если торговый обмен не будет осуществляться в «мировой валюте».
Проблемы континентальных стран заключаются в технологической отсталости от океанических держав, которые установили в ХIХ в. колониальный режим на Евразийском континенте, а затем приложили и прилагают в XX–XXI вв. немалые усилия к разжиганию в них сепаратизма, религиозной и национальной вражды. Но технологические проблемы исторически преодолимы, если континентальные державы устоят перед либеральными «революциями».
Савицкий считал, что нормальное функционирование и развитие континентальной экономики невозможно без участия государства как хозяйствующего субъекта. В противном случае она будет находиться в состоянии постоянного хаоса и не сможет эффективно выполнять иных функций, кроме личного обогащения отдельных индивидов и накопления капитала в экономиках океанических держав. Вместе с тем, образование в СССР обособившейся от народа партийной элиты, Савицкий считал другой крайностью, «правым уклоном» либерализма. Государство подавляет народную инициативу не лишением возможности трудиться (как в либеральных экономиках), а лишением средств труда. Либерализм, коммунизм и национал-социализм Савицкий считал ветвям одного и того же «древа». Вражда идей происходит между ними в рамках единого политико-экономического лексикона, который был навязан миру и как наука, и как оценочные суждения о хозяйственной практике.
В подлинно национальной России, по Савицкому, сущест­вовала гармония соединения частного и государственного хозяйства. Собственность имела не только частный и не только государственный, а государственно-частный характер, варьирующийся от ее функционального назначения. Землей и орудиями производства владел тот, кто добивался реальных производственных результатов. В качестве доказательства «родства» капитализма и социализма в России Савицкий приводил цикличность в российской эконо­мике, которая установилась после капиталистических реформ 1861 г. и продолжалась в советское время. Эта цикличность им определялась в восемь лет: от состояния экономического подъема до начала периода депрессии.
Иное определение по отношению к либеральным теориям давал Савицкий автаркии (от греч. autarkeia — самоудовлетворение), как экономической политике, направленной на достижение незави­симости национального хозяйства, обеспечение населения, про­мышленности и обороны всем необходимым. После образования единой Европы, единого хозяйства, считал Савицкий, европейские экономисты пересмотрят взгляды на автаркию как препятствие экономического развития. У единого «евразийского» объединения государств (т.е. союза государств Европы и Азии) не будет иного выбора, как занять автаркиче­скую позицию по отношению к Аме­рике и Африке. К Америке — потому что это государство, «поглотив» Латинскую Америку, будет стремиться «поглотить» Евразию; к Африке — потому что неизбежно встанет проблема неконтролируемой миграции, в то время как сам экономический обмен будет невыгоден и связан с большими издержками во взаимной торговле[1].
* * *
Петр Николаевич Савицкий родился в 1895 году в Чернигове. Несмотря на наличие родового имения и земские связи (отец Савицкого, Николай Петрович, был председателем Черниговской земской управы), семья П.Н. Савицкого, по образу жизни и пристрастиям была скорее фермерской, нежели дворянской, причем веру в спасительный труд на земле ее члены сохранили даже в эмиграции. Будучи еще совсем молодым человеком, Савицкий активно занимался краеведением, публиковал статьи по истории архитектуры и народного искусства. Среди оказавших влияние на молодого Савицкого — целая плеяда историков-краеведов: Ю.С. Виноградский, А.М. Лазаревский (автор известных работ о крепостном праве в Малороссии), В.Л. Модзалевский (составитель генеалогического списка малороссийских родов, с которым Савицкий издал книгу о Чернигове), писатель, статистик и народник М.М. Коцюбинский.
В 1916 году Савицкий закончил Петроградский политехнический институт, где изучал политическую экономию под руководством П. Б.Струве и публиковался в редактировавшейся им «Русской мысли». По окончании института Савицкий получил назначение коммерческим секретарем посланника в русскую миссию в норвежской Христиании (ныне г. Осло). Там он работал под началом известного дипломата Константина Николаевича Гулькевича. После революции Савицкий был вынужден вернуться на родину. Вот как он описывал свои скитания по России во время Гражданской войны в письме к К.Н. Гулькевичу: «Я видел режим украинской Центральной Рады, три месяца — силою слова и оружия, со своими друзьями офицерами, отстаивал черниговский хутор от различных банд, был освобожден немцами от осады, семь месяцев видел немецкий режим, сражался в рядах Русского корпуса (как нижний чин), отстаивавшего Киев от Петлюры, пережил падение Киева и вместе с отцом не то уехал, не то бежал из него, видел и касался французов в Одессе и дождался «славного» конца occupation française. С марта по август 1919 г. был в Екатеринодаре и с августа по ноябрь барахтался в омутах российской «белой Совдепии», российского Юга, который был в то время освобожден от большевиков в эти месяцы. Несколько недель провел на фронте, жил в деревнях Полтавских и Харьковских, жил в Полтаве и Харькове, потом в Ростове...».
Скорее всего, именно в указанное время Савицкий стал использовать термин «Евразия» и «евразийство» для обозначения «российского мира». Во всяком случае, в 1930 году в письме к Якобсону Савицкий пишет, что придумал «Евразию» в 1918 году. Мир Евразии, по Савицкому, обнаруживается, в том числе, в многочисленных совпадениях разнообразных характеристик: культурных, климатических, почвенных, географических [2].
Некоторое время, вплоть до эвакуации врангелевских войск из Крыма, Савицкий был приват-доцентом Таврического университета в Симферополе. Одновременно зимой и весной 1920 года он выполнял обязанности помощника представителя Всероссийского земского союза в Константинополе, занимаясь обустройством беженцев из России. Затем П. Б. Струве привлек его к работе возглавлявшегося им Департамента внешних сношений Крымского правительства. Савицкий готовил статистические заметки по состоянию экономики занятых врангелевскими войсками областей, участвовал в попытке Струве обеспечить международную поддержку Врангелю летом 1920 года. Любопытно, что уже в июле 1920 года, задолго до знаменательной софийской встречи евразийцев, находясь в Париже в составе делегации представителей П.Н. Врангеля, Савицкий писал своим родным: «... Несмотря на очарование климата и элегантески парижан — начинаю снова стремиться на Восток. Хочу видеть вас, мои дорогие, и чувствую также, что сердце мое знает родину только в пределах Евразии, среди лугов и полей Черниговщины, степей Кубани, под пальмами Батума и в сутолоке Константинополя!...Усердно проповедую «евразийство». Но в Париже не найдешь Ливена... И добродетельные европейцы с ужасом внимают еретическим предвещаниям» [3].
Савицкий не верил в «независимость» врангелевского Крыма от России. С началом наступления в 1920 г. польских войск многие врангелевские политики и офицеры отказались воевать против «Советов», понимая, что поддержка иностранной военной интервенции есть не что иное, как предательство родины. За три месяца до окончательной эвакуации белой гвардии из Крыма Савицкий обеспечил для своей семьи (родителей и брата Георгия) аренду имения Нарли близ Константинополя (как любил подчеркивать Савицкий, «на Азиатском берегу Босфора»), где после эвакуации в ноябре сам Савицкий, его отец, мать и брат организовали своего рода эмигрантское сельскохозяйственное товарищество.
В начале 1921 года Савицкий уезжает в Софию, где становится представителем П.Б. Струве при Русско-Болгарском книгоиздательстве, которому было поручено издавать журнал «Русская мысль». В это время в болгарской столице оказалось несколько недавно эмигрировавших из России молодых людей, которые обнаружили между собой много общего на почве евразийства. В эту группу, кроме Савицкого, вошли Сергей Николаевич Трубецкой, Андрей Александрович Ливен, Петр Петрович Сувчинский и Георгий Васильевич Флоровский. Именно Сувчинский совместно с Н.С. Жекулиным и Р.Г. Молловым основали в Софии вышеназванное Русско-Болгарское книгоиздательство. Одной из первых его публикаций стала книга Н.С. Трубецкого «Европа и человечество» — манифест евразийства, обосновавший отличия евразийской цивилизации от западноевропейской. Савицкий прочитал книгу Трубецкого «Европа и человечество» еще в Константинополе и откликнулся на нее большой рецензией в «Русской мысли». Постоянно находясь в разъездах, Струве поручил Савицкому представлять его в Софии, и именно поэтому право издания «Русской мысли» было передано Русско-Болгарскому книгоиздательству под «надзором» Савицкого. Летом 1921 года Трубецкой, Ливен, Савицкий и Флоровский выпустили первый сборник статей — «Исход к Востоку»...» [4].
Большинство эмигрантов — евразийцев едва успело получить до войны законченное высшее образование и начать академическую научную жизнь. У многих из них начало самостоятельной жизни было многообещающим и они имели основания рассчитывать на успешную карьеру в избранной сфере деятельности. Сувчинский, Трубецкой и Савицкий могли бы похвалиться участием в культурной, научной и политической жизни страны: Трубецкой — своим успешным вступлением в университетский мир Москвы и блестящей академической карьерой, Сувчинский — контактами в богемных кругах, статусом признанного патрона и знатока музыки. Савицкий через П.Б. Струве был частью научно-политического мира, где господствовали либералы и политэкономы.
Не вызывает сомнения, что революция, Гражданская война и эмиграция разрушили все их надежды и поместили будущих евразийцев в чужой и ограниченный мир беженства. Это обстоятельство послужило важным эмоциональным фактором, под воздействием которого основатели евразийства несколько идеалистично воспринимали политическую и экономическую элиту докапиталистической России. Едва успев войти в активную жизнь, будущие евразийцы вынуждены были оставить родной им мир. Все они испытали потрясения революционных лет, в той или иной мере участвовали в Гражданской войне, а затем последовало ощущение своей неприкаянности на чужбине и горечи эмигрантского хлеба. Разумеется, их симпатии не были на стороне большевиков. Но они не были и на стороне капитализма, ввергшего Россию в империалистическую войну на стороне западноевропейских колониальных держав, вступивших в кровавую схватку за новый передел мира.
Россия представлялась П.Н. Савицкому самодостаточным континентом, где хозяйственно-политическая жизнь развивается по своим законам. Она подвергалась влиянию европейских колонизаторов, но сумела сохранить самостоятельную веру и способность к обновлению и избавлению от всего наносного, что могло привести ее к духовному порабощению.
Особый интерес вызывало у Савицкого взаимодействие русского этноса с «народами степей», от которых русские, по мнению Савицкого, унаследовали «чувство континента». Ордынское иго считал Савицкий, несмотря на всю его тяжесть, было наилучшим исходом для древней Руси, которая, по его мнению, была нестабильна и для консолидации нации должна была пройти через сопротивление подчинению (и организующего воздействия) какой-либо внешней силы. Савицкий считал, что утвердившееся в исторической науке мнение, согласно которому русская государственность основана только на наследии Киевской Руси, не совсем верно. По Савицкому, Киевская Русь, расположенная в меридиональном направлении, по рекам, не отвечала требованиям общеевразийской государственности, которая предполагала объединение всего евразийского пространства в направлении с запада на восток. В Киевской Руси господствовал принцип «государственного минимализма», что и привело к феодальной раздробленности и краху государ­ства при нашествии монголов. Они же, напротив, господствуя в «великом прямоугольнике степей», протяженном в направлении восток — запад обеспечивали себе подчинение оседлых народов. Впоследствии, после освобождения от ордынского ига, русские князья переняли эту черту построения государственности, и после распада Орды вновь объединили Евразию, но уже под главенством православной Московской Руси.
Петровские реформы оценивались Савицким и другими евразийцами отрицательно, т.к. они оторвали правящий слой (термин евразийского государствоведения) от народной основы и тем самым стали отдаленной причиной революции и крушения Империи. Обоснованию данных идей посвящены такие работы Савицкого как: «Евразийская концепция русской истории» (неопубликованная рукопись), монографии «Подъем» и «Депрессия» в русской истории» (все изданы в Праге, в 1924–1925 гг.) и других работах.
По мнению евразийцев, Россия не сможет сотрудничать на равных с Западом, но и устоять от его экспансии она сможет лишь на пути евразийского развития. Как утверждал Савицкий, российская экономика должна быть самостоятельна, ориентирована, прежде всего, на свои собственные возможности и потребности. Это не значит, что она должна пойти по пути полной изоляции. Но если Россия будет идти на поводу у международных олигархических кругов, то она, как писал Савицкий, будет обречена прозябать на «задворках мирового хозяйства». Россия в силу своего географического положения не может быть равноправной участницей так называемого «мирового хозяйства». Это ни в коем случае не может свидетельствовать о какой-либо «отсталости» России. Нет, это объясняется вполне объективными географо-экономическими причинами: Россия — континентальное государство и его возможности участия в «мировом хозяйстве», основой которого до сих пор остаются низкие издержки морского транспорта, ограничены. И если Россия хочет быть по-настоящему независимой державой, то она должна обращать приоритетное внимание на налаживание экономической связи со своими ближайшими соседями и на развитие собственных экономических сил (таковы, например, основные идеи статьи П.Н. Савицкого «Континент — океан», опубликованной в 1921 г. в Праге). Таков же был в общих чертах лейтмотив работ русских эмигрантов-евразийцев в период между двумя мировыми войнами.
Именно в эмиграции Савицкий окончательно отошел от концепции европоцентризма, которой придерживались и придерживаются большинство российских экономистов, что привело к идейному конфликту со Струве и разрыву с либеральной частью политэкономов русского зарубежья. Развив идеи Н.С. Трубецкого пониманием России как «срединного материка» между Европой и Азией — Евразии, которые вызрели у него в годы Гражданской войны, он стал одним из главных идеологов евразийства. В 1920 году Савицкий переезжает в Болгарию, где участвует в работе постоянного евразийского семинария (г. София) и в выпуске первого евразийского сборника «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждение евразийцев. Книга 1» (София, 1921). В конце 1921 года он переезжает в Чехословакию, где благодаря «русской акции» президента Т. Масарика становится приват-доцентом русского юридического факультета в Пражском университете. В Праге Савицкий также преподавал географию и экономику в Русском народном университете, Русском институте сельскохозяйственной кооперации, Русском свободном университете. С 1930-го года он стал преподавать также в Пражском немецком университете русский и украинский языки и россиеведение (где в числе его учеников оказался в том числе будущий гауляйтер Праги, который в годы оккупации спасет Савицкого от нацистского концлагеря). В 1940-х гг. П.Н. Савицкий был директором русской гимназии в Праге.
В этот период Савицкий создал базовые для евразийства теории месторазвития, хозяйстводержавия, циклов экономической истории, циклов евразийской истории. Он развил основы новой для того времени науки — кочевниковедения, создал евразийскую версию русской геополитики, внес заметный научный вклад в экономику, географию, политологию, литературоведение, искусствоведение, историю и т.д. Евразийство, как идеология и как видное течение русской эмиграции, стало во многом широко известно на Западе благодаря организаторской и подвижнической работе Савицкого. Аскет в личной жизни, человек невероятной работоспособности, Савицкий на протяжении почти 15 лет жил исключительно евразийством, публикуя статьи и книги, организуя сборники, пропагандируя свою доктрину и вербуя сторонников.
Савицкий был участником практически всех евразийских изданий, состоял непременным членом руководящих органов евразийского движения («Совет трех», «Совет пяти», «Совет семи»), был активным пропагандистом идей евразийства в русской эмигрантской и зарубежной печати, деятельным борцом с левым уклоном в евразийстве (так называемый «Кламарский уклон»). Философия Евразийства и мировоззрение евразийцев в целом носили жизнеутверждающий, оптимистический характер. Это даже дало повод Н.А. Бердяеву, маститому противнику евразийских идей, упрекать евразийцев в том, что они «не вполне осознают глубоко трагический характер переживаемой эпохи, которая грозит апокалипсическими катастрофами». В этом утверждении есть некоторая доля истины: действительно, евразийцы, и, в частности П.Н. Савицкий, были слишком уверены в том, что в жизни России, в конце концов, возобладают разумные начала, что сам ход истории приведет к воссозданию былой мощи страны, но уже под знаком национального возрождения.
Вплоть до конца 1920-х годов Савицкий, как и большинство деятелей русской эмиграции, надеялся на скорое падение большевиков, вместе с другими евразийцами готовился к возвращению в Россию и к политической борьбе с «советскими западниками», пытался вести пропаганду евразийских идей в СССР. Как и остальные лидеры евразийства, Савицкий стал жертвой мистификации ОГПУ под названием «операция «Трест», поверив в существование в СССР законспирированного антибольшевистского подполья с евразийским отделением в нём. В 1927 году он, по линии «Треста», тайно посещал СССР, не сумев распознать под личиной «советских евразийцев» работников ОГПУ.
Будучи нелегально в СССР, Савицкий встречался с местоблюстителем Патриаршего престола митрополитом Петром (будущим священномучеником), который благословил его и в его лице православных евразийцев на борьбу за воссоздание национальной России. Разоблачение «Треста» нанесло непоправимый удар по евразийству, которое с этого времени, как политическое движение, пошло на спад. В 1930-е годы Савицкий работал над созданием структуральной географии, применяя к евразийству структуральный метод, созданный Н.С. Трубецким и Р.О. Якобсоном.
Савицкий был одним из создателей Евразийской партии в эмиграции (1932), активным деятелем эмигрантского оборонческого движения, которое много сделало для борьбы с нацизмом в оккупированных гитлеровцами странах Европы. Сам он в годы Второй мировой войны бесстрашно занимался антинацистской пропагандой, выступал против набора русской эмигрантской молодежи в ряды добровольцев СС и во власовскую армию, за что подвергался преследованиям со стороны гестапо.
В годы второй мировой войны Савицкий, не имея иных средств к существованию, зарабатывал на жизнь преподавательской деятельностью, что впоследствии послужило причиной его обвинения в «сотрудничестве с нацистами». По окончании войны он некоторое время работал директором русской пражской гимназии, затем скрывался в Археологическом институте Кондакова, о чем пишет в своих воспоминаниях Н.Е. Андреев. Вместе с Андреевым Савицкий в 1945 г. был арестован Смершем: Андрееву все же удалось чудом выбраться из Праги, тогда как Савицкий был осужден и провел десять лет в мордовских лагерях. Впоследствии Н.Е. Андреев вспоминал, что майор Смерша, допрашивавший Савицкого, не поверил в то, что изъятые при обыске патриотические стихи принадлежат его перу, посчитав это «маскировкой классового врага». Для проверки майор велел Савицкому тут же написать стихотворение в честь Кубанской конной дивизии. Савицкий немедленно написал требуемое, а первая строка в стихотворении звучала так: «Нет имени почетнее, чем конник, ведь конник создал Русь и защитил ее...» [5].
Отбывал наказание П.Н. Савицкий в Дубровлаге (Мордовия). В 1954 году был переведен в Подмосковье, а в 1956 — освобожден и реабилитирован. От предложения остаться в Москве отказался и вернулся в Чехословакию. В социалистической Чехословакии он зарабатывал на жизнь переводами. До конца жизни остался верен идеям евразийства, продолжал разрабатывать научные концепции евразийства. Будучи в заключении, Савицкий узнал о работах Льва Hиколаевича Гумилева, с которым вступил в переписку (вдохновив его, по мнению ленинградских историков, на теорию пассионарности). Савицкий всячески рекомендовал Гумилева известному русскому историку и деятелю евразийства, проживающему в США — Георгию Владимировичу Вернадскому. Когда Савицкий был освобожден из заключения, Н.Е. Андреев писал Г.В. Вернадскому: «...Забыл написать, что Петр Николаевич Савицкий вернулся в Прагу и, кажется, восторженно оценивает современную Евразию [т.е. СССР]...» [6]. Сам Савицкий в своих письмах друзьям и знакомым не уставал подчеркивать, что за время ссылки в мордовские лагеря его «евразийские» убеждения не только не изменились, но и окрепли.
В 1960 году Савицкий выпустил в западном издательстве под псевдонимом П. Востоков сборник стихов, описывающий его пребывание в советских лагерях, за что в 1961 году был арестован органами госбезопасности Чехословакии. Вмешательство ученых с мировыми именами, организованное Н.Е. Андреевым, совпало с партийной «чисткой» в чешском правительстве, и Савицкого выпустили. Однако зарабатывавший на жизнь переводами и случайными публикациями, Савицкий уже не вернулся к активной научной деятельности. Его письма к знакомым и друзьям, датированные концом 1950-х — началом 1960-х годов свидетельствуют о том, что его здоровье и психика были глубоко подорваны годами заключения. В 1968 году Савицкий умер, не дожив одного месяца до «Пражской весны» и похоронен на русском кладбище в Праге. Его сын — Иван Петрович Савицкий является известным пражским историком.
* * *
До 1940-го года П.Н. Савицкий опубликовал 178 статей и книг. После 1940-го года еще 17. Основными его работами являются: «Географические особенности России» (1927); «Россия — особый географический мир» (1927); «Евразийство» (1925); «Хозяин и хозяйство» (1925); «В борьбе за евразийство» (1930). Среди трудов Савицкого есть работы о старинной архитектуре Украины, развитии сельского хозяйства в России и по многим другим вопросам. Однако центральное место в его творческом наследии занимает изучение экономической, культурной и геополитической специфики России в её прошлом и настоящем.
Своим научным творчеством П.Н. Савицкий заложил основания следующих теоретико-методологических подходов:
— цивилизационной концепции исторического процесса применительно к России и сопредельным евразийским странам;
— эволюционного (естественного) развития экономики и международного сотрудничества России в пределах евразийского пространства;
— естественно-научного подхода к пространственной ориентации народного хозяйства в соответствии с теорией географического детерминизма;
— концепцию политических, экономических и военно-стратегических исследований, опирающихся на непримиримые противоречия атлантических и континентальных государств.
Эти подходы и теории были тщательно проработаны Савицким на основе позитивно-научного анализа. На это, в частности, указывает системный характер мировоззрения ученого, обращение его к разным наукам за доказательствами в пользу своей теории евразийства. Целостность научной теоретической картины, представленной Савицким как добросовестным исследователем, обеспечивается обоснованием культурных и географических особенностей России, определением значения христианства, ислама и других институциональных факторов в процессе формирования русской цивилизации, геополитической трактовкой русской истории и доказательствами из других смежных научных областей.
Как уже было сказано, основным творческим вкладом П.Н. Савицкого в теорию евразийского вектора развития России является разработка такой идеи континентальной школы геополитики, как идея Больших пространств и обоснование особости русской православной цивилизации. Большой заслугой можно считать разработку теории месторазвития и введение новой научной терминологии. Масштаб вклада П.Н. Савицкого в русскую геополитику еще не оценен по достоинству. В процессе разработки своей геополитической теории, П.Н. Савицкий, принимая закон противостояния между морскими (атлантическими) и сухопутными (континентальными) цивилизациями, исходил из интересов самого большого континентального государства. Аналогично, представители атлантических школ геополитики и пространственной экономики исходили из интересов океанических держав. По масштабу и глубине сделанного П.Н. Савицкий не уступает теоретикам классической геополитики, а его идеи, сохраняющие свою актуальность, говорят о том, что им были затронуты действительно важнейшие проблемы. Подтверждением этому служит и современное евразийское направление российской экономической и геополитической мысли.
Сравнивая теорию евразийства П.Н. Савицкого с другими геополитическими теориями, можно отметить, что если Савицким, в основном, рассматривались геополитические отношения внутри континента Евразии, то для представителей атлантических школ весь земной шар являлся полем изучения. В трудах Савицкого показан «органицизм» евразийской экономической мысли и евразийского пространства на примере понятия «месторазвитие». Одновременно он подверг критике агрессивный прагматизм англосаксонской школы с её стремлением контролировать не только торговые пути, но и ситуацию во всем мире. Для достижения этой цели, как известно, английские и американские экономисты и геополитики, в основном, предлагали методы, подавляющие своих геополитических соперников. П.Н. Савицкий никогда не ставил задачу достижения Россией мирового господства. Любая идея, связанная с подавлением, силовым воздействием и окрашенная в агрессивные, завоевательные тона была чужда Савицкому как ученому и патриоту. В этом смысле геополитическая теория евразийства носит созидательный, конструктивный характер. В отличие от известных немецких геополитиков, которые преувеличивали роль географических факторов в общественном развитии и сводили к минимуму роль духовных, П.Н. Савицкий рассматривал нравственные, религиозные и другие институциональные факторы как важнейшие условия для надежного контроля над собственным пространством.
В условиях новых глобальных вызовов мирового развития, научное творчество П.Н. Савицкого и его концепция евразийства вызывает интерес не только как теоретико-историческое наследие русской научной школы, но и представляется актуальной в плане моделирования геополитического будущего России. Необходимые России экономические связи, на которые указал ученый, помогут решить вопрос мирного и эффективного сожительства разных государств и народов в рамках континента, что прямым образом влияет на снижение конфликтогенности, особенно на стыках разных цивилизаций. Большой потенциал несут разработки, направленные на определение цивилизационной идентичности России и поиска эффективного механизма взаимоотношений между народами и этносами в рамках многонационального состава России. Новые геополитические вызовы эпохи вестернизации и глобализации востребуют обращение к евразийской теории и всему творчеству ученого.
Таким образом, евразийская теория П.Н. Савицкого является целостной системой, основанной на методологических принципах цивилизационного подхода и имеющей собственные философские основания. Её главные положения подтверждаются глубоким всесторонним анализом ученым истории, культурологии, географии, экономики, теории международных отношении и других наук. Геополитическая теория П.Н. Савицкого обладает собственной оригинальностью и является органичным развитием русской геополитической мысли, не входя при этом в противоречие с основными постулатами классической геополитики, будучи доказательной и научно обоснованной. Вкладом П.Н. Савицкого в континентальную школу геополитики можно считать разработку геополитической идеи Больших пространств и введение новой научной терминологии. Геополитическая теория Савицкого имеет большой научный потенциал, а идеи ученого могут быть использованы при разработке экономической и геополитической стратегии современной России.


Литература
1. Благих И.А., Дубянский А.Н. История экономических учений /Под ред. А.Н. Дубянского. — М.: Изд-во Юрайт, 2014. — 611 с.
2. Савицкий П.Н. Континент Евразия. — М.: Аграф, 1997. — 464 с.
3. Савицкий П.Н. Россия — особый географический мир. — Прага: Русская традиция, 2005. — 187 с.
4. Евразийство: философия, история, политика /Редкол.: О.Т. Кирсанова — ред. и др. — Ростов-на-Дону: РИНХ, 2006. — 86 с.
5. Евразия: Ист. взгляды рус. эмигрантов : Сб. ст. / Рос. акад. наук. Ин-т всеобщ. истории; Отв. ред. Л.В. Пономарева. — М. : Ин-т всеобщ. истории, 1992. — 180 с.
6. Пишун В.К. Политическая философия евразийства: Учеб. пособие. — М.: Владос, 2003. — 131 с.
7. Пути Евразии: Русская интеллигенция и судьбы России. — М.: Русская книга, 1992. — 432 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2017
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия