Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
Проблемы современной экономики, N 1 (53), 2015
ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИИ И ПЕРЕХОДА К ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ
Бляхман Л. С.
главный научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного университета.
доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ


Реструктуризация фирм как ключевое звено перехода к социальной инновационной экономике
Переход от рентно-долговой к социально-инновационной экономике изменил внешнюю среду деятельности фирм и саму их природу. Из автономных отраслевых структур они превращаются в звено глобальных цепей поставок и создания стоимости, региональных кластеров и стратегических альянсов. Это коренным образом изменяет специализацию и структуру фирм, систему корпоративного управления и рыночных контрактов. В статье рассматриваются новые концепции теории фирм, вводится понятие их системной реструктуризации, обобщается мировой опыт, выявляются проблемы и пути эффективной реструктуризации российских фирм, включая промышленные компании и банки
Ключевые слова: рентно-долговая и социально-инновационная экономика, теория и новая модель фирмы, системная реструктуризация предприятий и банков, корпоративное управление
УДК 330.34; ББК 65.01   Стр: 13 - 24

Введение. Переход к социально-инновационной экономике требует коренного изменения специализации, структуры фирм, корпоративного управления и всей системы хозяйственных взаимосвязей. В зарубежных странах активно развивается, а в России – только начинается системная реструктуризация предприятий и банков, а также их взаимоотношений. В статье рассматриваются четыре вопроса: 1) переход от рентно-долговой к социально-инновационной экономике как внешняя среда реструктуризации фирм; 2) развитие теории фирмы и сущность их системной реструктуризации; 3) опыт реструктуризации фирм и банков в развитых зарубежных странах и Китае; 4) основные направления реструктуризации российских предприятий в условиях жёстких бюджетных ограничений.
Переход к социально-инновационной экономике как внешняя среда реструктуризации фирм. Реструктуризация фирм – преобразование рыночной, производственной, технологической, организационной, кадровой и финансовой структуры в целях обеспечения устойчивого развития и конкурентоспособности, соответствующее изменившимся условиям хозяйствования. Изменение внешней среды реструктуризации вызвано глобализацией, формированием нового технологического уклада, посткризисными рисками и неопределённостью внешней среды реструктуризации, переходом к новой системе глобального финансово-налогового регулирования и социально-инновационной экономике.
Глобализация создаёт разветвлённую сеть фирм, находящихся в разных странах, но конкурирующих за те же ресурсы и рынки сбыта. Сокращается жизненный цикл и сроки обновления продукции, число соперничающих на одном рынке ТНК. В борьбе за устойчивое инновационное лидерство побеждают фирмы, эффективно участвующие в создании, передаче и использовании информации, воплощённой в новых знаниях [1]. Рост объёма информации, сопровождающей межфирменные трансакции, требует новых средств её передачи и обработки.
Эффект глобализации на уровне фирмы достигается только при развитии региональных кластеров и международных интеграционных группировок [2]. При этом глобализация изменяет облик городов, в которых создаётся уникальный и важный для конкурентоспособности фирм деловой, инвестиционный и инновационный климат [3]. Создаются международные нормы социальной ответственности корпораций за устойчивое развитие региона, где они работают [4]. В глобальной экономике создаётся новая система социальных инноваций, отношений государства и бизнеса [5]. Более 38% хеджфондов в 2013 г. располагалось на Каймановых островах (население – 56 тыс. чел.), 35% – в американском штате Делавер. В этом штате в расчёте на 100 жителей было зарегистрировано 104 корпорации, на Британских Виргинских островах – 1,995, на Каймановых островах – 161 (население – 57 тыс. чел.). По оценке McKinsey, в офшорах хранится $21 трлн – 30% глобальных инвестиций.
Формирование нового технологического уклада, предполагающего новую индустриализацию – переход от машинного к комплексно автоматизированному и компьютеризированному производству создаёт новые возможности, риски и угрозы [6]. Преодолеваются традиционные межотраслевые и другие различия в экономике, возникают новые межсекторные связи – рычаг успехов в экономике [7]. Человеческий и социальный капитал, как показало сравнение производительности и занятости в Восточной и Западной Европе [8], становится, наряду со структурными изменениями в производстве и на рынке труда, главным фактором развития экономики.
Для посткризисной экономики характерно снижение темпов экономического роста, рост задолженности, долгосрочный дефицит сбережений, изменение структуры мирового рынка в пользу Китая, а в последнее время и других динамичных стран [9]. Стохастическое моделирование подтверждает, что системные противоречия, вызвавшие финансовый кризис 2007–2009 гг., не преодолены [10]. Банки эмитируют под виртуальные активы квазиденьги, а под их залог выдают реальные кредиты по формуле «деньги-деньги». По оценке американских экономистов, корпоратократия – союз правительств, банков и корпораций приводит к всё большему несоответствию между системой управления и фундаментальными целями общества, к обогащению немногих ТНК, контролируемых финансовыми группами, и снижению доходов большинства. Усиление мощи ТНК подорвало роль свободного рынка, обострило его провалы в сфере экологии, развития АПК и многих отраслей индустрии. По мнению П. Кругмана и Р. Лайярда (FT, 21.06.2012), главная причина экономического кризиса – не дефицит бюджета и госдолг, а снижение спроса частного сектора и рост безработицы. Сокращение госрасходов, как показало исследование МВФ, лишь усугубляет спад в экономике, особенно в промышленности, сокращая инвестиции и платёжеспособный спрос частного сектора.
Рыночный фундаментализм в экономической политике привёл ряд развитых стран и Россию к деиндустриализации. Вместо сетевой модели, которая даёт реальную экономию на транзакционных издержках (incremental innovation), был избран более прибыльный путь – перевод рабочих мест в страны с низкой оплатой труда или переход на импорт. В гораздо лучшем положении находятся Германия, Австрия, страны Северной Европы, которые в процессе аутсорсинга сохранили у себя инжиниринг и другие ведущие звенья цепи поставок. В России в результате форсированной приватизации и отсутствия промышленной политики наиболее рентабельными оказались продажа материальных запасов и оборудования, организация на заводских площадях торгово-развлекательных и офисных центров.
По прогнозу Wolff Olin’s (FT, 20.07.2013, p.13), в 2006–2050 гг. доля 7 индустриальных стран (Канада, Италия, Франция, Англия, Германия, Япония, США) в мировом ВВП сократится с 78 до 25%, а Индии, Китая, Индонезии, Турции, России, Мексики, Бразилии станет доминирующей. Доля 500 крупнейших интегрированных компаний, расположенных в США и Канаде, уже к 2025 г. сократится с 50 до 35%, в ЕС останется на уровне 30–35%, в Японии и Австралии – уменьшится с 15 до 8%, а в странах с развивающейся и переходной экономикой – вырастет с 5 до 25%.
По прогнозу М. Кастельса [11], воспринятому многими экономистами, постиндустриальная экономика станет информационной и инновационной. Однако на деле неуправляемая глобализация и радикально-либеральная политика превратили индустриальную экономику (ИЭ) не в социально-инновационную (СИЭ), а в рентно-долговую (РДЭ)[12]. Выделим существенные особенности этих трёх способов производства с позиций новой индустриализации.
1. Характер производительных сил и факторы роста экономики. В ИЭ машинное производство растёт за счёт увеличения промышленного капитала, численности рабочей силы, в т. ч. за счёт мигрантов, и вовлечения в оборот новых природных ресурсов, в основном из развивающихся стран. Для РДЭ характерна деиндустриализация многих развитых стран, их ВВП уже не отражает реальный рост общественного богатства, т.к. на 80% формируется в виртуальной «экономике впечатлений». В СИЭ экономика развивается за счёт инноваций, использования общественных производительных сил – науки, образования, здравоохранения, культуры, глобальной инфраструктуры, которые не могут находиться в частной собственности. Основными видами средств производства становятся робототехнические комплексы и 3D-принтеры.
2. Преимущественная форма капитала. В ИЭ это частные средства и предметы труда, в РДЭ – нерегулируемый финансовый капитал в виде ценных бумаг (их мировой оборот, по оценке Всемирного банка, достиг $8 квадриллионов, из них 2/3 обращается вне бирж, по договорам хеджевых и инвестиционных фондов, которые не лицензируются, не регулируются и не подлежат надзору) и валюты. В СИЭ реальную роль играет нематериальный инновационный, социально-организационный, человеческий, репутационный (гудвилл измеряется как разность рыночной капитализации фирмы и цены её материального капитала).
Социальный капитал может сберегаться и расходоваться, как и другие формы капитала. Его виды многообразны, а развитие зависит от доли молодёжи в населении данной страны, масштабов бедности, коррупции, социальной дифференциации, развития социальных сетей, распределения власти в стране, её участия в глобализации, состояния национальной культуры [13]. Возрастание роли социального капитала американские экономисты считают революцией, способной принести свободу и благополучие всем [14].
3. Структура мировой экономики. В ИЭ преобладал рынок производителей, на котором доминировали развитые страны, наладившие массовое производство продукции. В РДЭ в результате деиндустриализации ряда стран это производство переместилось в развивающиеся страны. Финансовые олигархи, имеющие развитую систему взаимных коммуникаций, пытались с помощью глобальных сетей поставок, не связанных с тем или иным государством, создать аналог мирового правительства, служащего глобальному финансовому бизнесу. Однако они встретили противодействие трёх других групп мировой элиты – руководства промышленных корпораций (1100 из них, по оценке швейцарских исследователей, образуют ядро мировой экономики), национальных государств и интеллектуального класса, владеющего современными знаниями.
В СИЭ на потребительском рынке робототехнические системы будут производить не менее дешёвую, но высококачественную продукцию, чем в развивающихся странах. Россия теряет конкурентные преимущества, связанные с низкой оплатой труда (в ряде добывающих отраслей она не ниже, чем во многих странах ЕС), дешевизной энергоресурсов и сырья. Развитые страны, особенно сохранившие ключевые позиции в сетях поставок (Германия, Австрия, Дания, Швеция, Норвегия, Финляндия и др.), смогут повысить свою роль в мировой экономике.
4. Главный тип фирмы. В ИЭ преобладали автономные микроэкономические корпоративные, семейные, государственные структуры с иерархическим управлением и вертикальной интеграцией. Их взаимодействие на основе разовых контрактов создавало рыночный хаос. В РДЭ эти фирмы оказались под контролем глобальных финансовых групп. При формировании СИЭ фирмы превращаются в звено информационной системы, действующей в условиях быстрых изменений окружающей среды, качественно изменяется система кооперирования и коммуникаций на базе гибких контрактов, определяющих на основе консенсуса условия ценообразования и распределения прибыли с имущественно независимыми участниками цепи.
Переход от кибернетической к синергетической концепции менеджмента, от сбытового к социально-потребительскому маркетингу на основе стратегического рыночного планирования, от функциональной логистики к информационному управлению интегрированными товаро-материальными и финансовыми потоками означает революцию в бизнесе [15].
Участники цепей поставок и создания стоимости (по данным ЮНКТАД, на них приходится 88% мировой торговли), кластеров, выполняющих мезоэкономические функции среднего звена управления, они планируют и организуют научно-производственный цикл, включая послепродажное обслуживание на определённом сегменте потребительского рынка. Горизонтальное и иерархическое управление основано на развитии межфирменных связей, электронных площадок, выбирающих по конкурсу поставщиков и покупателей по всему миру, глобальных баз данных и т.д. Так, 486 из 500 крупнейших компаний США резко сократили число иерархических структурных единиц, продали непрофильные активы и организовали цепи поставок с малыми и средними фирмами (WSJ 10.04.2012).
По оценке Технологического института в Цюрихе (Швейцария) 147 финансовых групп контролируют 43 тыс. ТНК, которые производят 60% мирового ВВП. В России доминируют инвестиционные конгломераты, принадлежащие узкому кругу лиц, и ориентированные на скупку и перепродажу активов, а не на инновации. Однако при отсутствии глобального, в первую очередь финансово-налогового, регулирования это создаёт «новый хаос», макроэкономическую нестабильность. Необходимо ограничить безумие фондового рынка, изменить саму модель социально-экономического развития.
5. Тип конкуренции. Для ИЭ характерно всеобщее (все против всех) состязание за снижение издержек и расширение масштабов производства. В РДЭ финансовые группы и местные кланы ограничивают справедливую конкуренцию. В процессе формирования СИЭ развивается кооперация – сотрудничество конкурентов на базе совместных инновационно-инвестиционных проектов, стратегических альянсов и т. д. Ортодоксальная теория конкуренции не соответствует условиям СИЭ [16, 17].
6. Роль сферы услуг. В ИЭ это вспомогательный, низко- и среднетехнологичный сектор (бытовые услуги, транспорт и т.д.). В РДЭ он превращается в ведущий по занятости, доходам и вкладу в ВВП сектор экономики. Это привело экономистов-либералов к выводу о превращении хозяйства в экономику услуг, в основном виртуальных. Для этого нет никаких оснований, тем более, что большая часть финансовых, рекламных, развлекательных услуг не содействует росту общественного богатства и развитию личности, а навязывает покупателям избыточное престижное потребление. В СИЭ интегрируется производство материальных товаров и услуг, особенно системно-интеграционных, инжиниринговых, монтажно-наладочных, информационных, ремонтно-модернизационных, утилизационных, образовательно-консультационных, которые играют всё более важную роль в доходах предприятий.
7. Роль инфраструктуры. В ИЭ она обслуживает основное производство и в значительной степени принадлежит государству (почта, железные дороги, энергетика, связь). В РДЭ ведущую роль играет нерегулируемая финансовая инфраструктура. Из-за высоких рисков и значительных сроков окупаемости снижаются частные, а из-за дефицита бюджетов – государственные инвестиции в инфраструктуру. В СИЭ она превращается в ключевой и ограниченно рыночный сектор экономики, базу обобществления производства и развивается на основе общественно-государственно-частного партнёрства – системы равноправных гражданско-правовых отношений государства, местного самоуправления (они выступают в качестве заказчиков, гарантирующих окупаемость вложений и сохранность собственности на стратегические объекты), частного капитала (проектирует, строит и эксплуатирует объекты) и общественных организаций (потребителей, экологов и т.д.), контролирующих затраты и использование объекта [18].
8. Формы собственности. В ИЭ преобладает негосударственная (частная и корпоративная) собственность, а также государственная (в мобилизационной экономике и стратегических отраслях). В РДЭ усиливается роль инвестиционных фондов в противовес частным лицам, и отрыв реального управления от прав собственности.
В СИЭ пучок прав частной собственности, использующей общественные производительные силы, обременяется обязательствами по соблюдению социальных и эколого-технологических стандартов и нормативов. Собственность владельцев 3D-принтеров и компьютеров уже нельзя считать частной, т.к. они продают не свою рабочую силу, а информационные и наукоёмкие материальные результаты труда. То же относится к третьему, наряду с частным и государственным, публичному сектору экономики, представленному некоммерческими общественными (НКО), потребительскими и публичными правовыми организациями.
Развитие теории фирм и их новая роль в экономике. В индустриальную эпоху господствовали три основные концепции фирмы – трансакционная (фирма как способ сокращения издержек по передаче активов, которые быстро росли по мере усложнения экономики), ресурсная (объединение снабжения, производства, сбыта и финансов в рамках фирмы повышает эффективность использования ресурсов) и организационная (фирмы углубляют общественное разделение труда [19]. В последние годы число монографий и статей по теории фирм резко выросло. Выделяются следующие новые концепции, отражающие принципиальные изменения модели фирм, революцию в организации бизнеса [20] и механизме создания добавленной стоимости (high-adding-value revolution). Экономическая координация и кооперирование фирм стали альтернативой механическому увеличению их масштабов и новой парадигмой политической экономии.
1. Превращение фирмы из относительно независимого острова в рыночном море, имеющего весь комплекс заготовительных и вспомогательных цехов, служб снабжения и сбыта, во взаимозависимое звено цепи поставок и создания стоимости, предпринимательской сети кластера [21, 22]. Многие публикации посвящены сетевой организации бизнеса.
Бизнес-сети трансформируют межфирменные связи, повышают их конкурентоспособность. Цифровые цепи поставок создают новые возможности и вызовы для разработки перспективных стратегий, образуется новый динамический цикл создания стоимости и система контроля за этой динамикой, расширяются технологические и организационные перспективы для фирм, связанных через Интернет.
Бизнес-сети определяют стратегию реструктуризации фирм, создают для них новые конкурентные преимущества [23]. На базе аутсорсинга фирмы освобождаются от обслуживающих цехов, передают снабжение, сбыт, логистику, учёт, многие функции управления в сетевую инфраструктуру, сосредотачиваясь на ключевой компетенции – сборке конечного продукта (она переносится ближе к рынкам сбыта или в регионы с недорогой и трудоспособной рабочей силой) или изготовлении комплектующих и оказании услуг. Это позволяет развивать цифровую стратегию бизнеса, что создаёт для него совершенно новые возможности [24, 25], но требует создания нового динамического цикла контрольных точек [26].
Всё это приводит к сокращению среднего размера фирм. Данные FT-500 включают только компании, имеющие в свободном обращении более 15% акций, и не учитывает фирмы, если контрольный пакет акций принадлежит государству или семейным владельцам.
Крупный интегрированный бизнес в России сформировался во многих отраслях, в т.ч. в информатике, розничной торговле, АПК, на фондовом рынке, в девелоперском, строительном и риэлтерском бизнесе, но не доминирует в машино- и приборостроении, а также лёгкой промышленности, которую разрушила массовая контрабанда из стран Азии.
Крупные компании переходят от вертикальной к горизонтальной интеграции, оставляя за собой лишь стратегическое планирование, инжиниринг, логистику, сборку конечной продукции, послепродажное обслуживание, выбор на конкурсной основе поставщиков из различных стран. Всемирный банк в 2012 г. впервые провёл анализ неакционерного сектора мировой экономики, представленного цепями поставок, альянсами фирм, управляющими компаниями и другими сетевыми структурами, объединёнными общностью не имущества, а логистики и нематериальных активов.
2. Интегрированная компания становится субъектом не только микроэкономики (организация связей с другими фирмами по производству и реализации продукции), мини- (взаимоотношения структурных единиц) и наноэкономики (отношения между агентами компании и социальными группами коллектива), но и мезоэкономики (межсекторальные, межотраслевые, межрегиональные отношения), макро- (отношения с государством, общественностью, местным самоуправлением) и мегаэкономики (взаимодействие национальных экономик и с глобальной финансовой системой). В результате наряду с рыночным и государственным механизмами согласования индивидуальных, групповых и общественных интересов развивается третий – корпоративный. Он позволяет сгладить пороки неолиберальной политико-экономической модели, построенной на приватизации, маркетизации и укреплении могущества банков и ТНК [27]. Эти проблемы рассмотрены в ряде публикаций [28, 29].
3. Превращение ТНК в основное звено глобальной экономики [30, 31], при отсутствии глобального регулирования оказывает противоречивое воздействие на национальную экономику. С одной стороны СП с ТНК, как показало исследование Пенсильванского университета [32], передают в другие страны новые технологии и эффективную организацию производства (time-space compression), с другой – монополизируют экономику, ограничивают свободную конкуренцию, подавляют местный аграрный и научно-технический комплекс (при «отвёрточной» сборке). Это необходимо учитывать при реструктуризации фирм.
4. В ряде публикаций Кембриджского университета показано, что переход от трансакционной и ресурсной к новой концепции (value-based theory) означает создание стоимости для потребителя, а не только для собственников компании. Новый предпринимательский рынок требует изменения самой структуры организации. Всё более важную роль играют знания, а не масштаб производства.
Изменяются взаимосвязи фирмы и рынка [33]. Сетевая модель устойчивости фирм (superior sustainable model) позволяет избавиться от пороков действующей в США корпоративной системы и стихии фондового рынка, обеспечить подлинную, а не мифическую демократизацию управления [34].
5. Особое внимание обращается на изменения в экономическом поведении фирм, соотношении монополии и конкуренции, снижение барьеров для входа на рынок, эффективность мер против картелей и олигополии, корпоративную ответственность при несовершенной конкуренции (imperfect competition) [35]. Наилучшим местом для ведения бизнеса, по оценке Bloomberg, по 6 критериям (затраты на создание бизнеса, продвижение товара, степень экономической интеграции, уровень инфляции и коррупции, потребительская активность) признаны Гонконг, Нидерланды, Сингапур, США, Австралия, где наиболее развита конкуренция в её современных формах. Индия заняла 44 место, Россия – 48, Бразилия – 50.
В отличие от ортодоксальной современная теория конкуренции рассматривает её как преимущественно неценовую, определяемую репутационным капиталом, гудвиллом и другими нематериальными активами и включающую осуществление совместных с конкурентами инновационных проектов [36].
6. Корпоративная социальная стратегия, как показало исследование Кембриджского университета [37], изменяет отношения между агентами компании, становится главным её конкурентным преимуществом, залогом перспективной устойчивости и создаёт надёжно измеряемую добавочную стоимость. Фирма превращается в самообучающуюся инновационную организацию, которая ведёт поиск, систематизацию и эффективное использование новых знаний в своём и смежных секторах экономики. Социальный и человеческий капитал фирмы определяет её инновационный потенциал и его реализацию, создание креативного менеджмента знаний (Knowledge management), новой системы подбора кадров, гибкой организации коллективного труда (team-based work organization) [38].
Новая система трудовых отношений позволяет привлечь большинство работников к управлению корпорацией, преобразовав всю корпоративную экономику (stake holder economics). Этого требует, как показало сравнительное исследование менеджмента в разных странах [39], новый этап глобализации, в частности, резкое увеличение молодёжной безработицы, которая превысила, по данным ОЭСР (The Economist, 27.04.2013, p. 58–59), в Южной Азии 31% общей численности молодёжи 15–24 лет, на Среднем Востоке и Северной Африке 40%, в Европе, Латинской Америке и Центральной Азии – 23–24%, в Германии эта доля составила лишь 5%. Выросла доля молодёжи, не занятой работой или учёбой, она существенно увеличилась в Греции, Италии, Испании, Ирландии, Англии, Франции, США. Из желающих стать предпринимателями реально ими стали в Италии, Франции, Германии – лишь 3–10%, в США и Австралии – 20%. Новая природа автономии фирм позволяет решить эту проблему, создать новую теорию рынка труда, обеспечивающего свободу для всех [40].
Системная реструктуризация фирм: зарубежный и отечественный опыт. Типология направлений реструктуризации фирм базируется на классификации инноваций, поскольку она направлена на новую индустриализацию, формирование рынка труда, сочетающего комплексное автоматизированное и компьютеризированное производство с рациональной занятостью. Й. Шумпетер выделил 5 видов инноваций: новые продукты, технологии, сырьё, методы организации производства, труда и управления (ввиду особой значимости этих нововведений их следует выделить в особые виды), новые рынки. В современной экономике эту классификацию следует дополнить освоением синтетических материалов с заранее заданными свойствами, новых форм межфирменной интеграции и кооперации, новых финансовых инструментов, информационных технологий и развития нематериальных активов. Системная реструктуризация требует взаимосвязанного развития всех этих направлений.
Корпорация «Норникель» (более 30% акций принадлежит «Интеррос», около 28% – «Русал», около 6% – Milhouse, 4% s– «Металлоинвест», капитализация 2013 г. $22,5 млрд) – один из крупнейших в мире производителей никеля, палладия, платины. Ей принадлежит горнодобывающий и металлургический комплекс на Таймыре, Кольская ГМК, активы в Европе, Африке, Австралии (Ведомости, 16.09.2013).
Падение цен на никель потребовало системной реструктуризации компании в соответствии с мировым опытом. Во-первых, «Норникель» отказался от экстенсивного увеличения объёмных показателей за счёт покупки железорудных и угольных компаний, сосредоточившись на развитии Норильского комплекса. Закрывается старый никелевый завод с вредными условиями труда, плохой экологией, высокой энергоёмкостью, высвобожденные средства вкладываются в новый Надеждинский завод. Во-вторых, компания отказывается от избыточной вертикальной интеграции, выводит из своего состава авиакомпанию, передаёт на аутсорсинг энергетику и т.д. В-третьих, развиваются горизонтальные связи, в т.ч. с зарубежными (Rio Tinto, BHP Billiton) и российскими конкурентами («Русская платина», УГМК и т.д.). В-четвёртых, многие полномочия делегируются на места, сокращаются оперативные функции центрального офиса (heads-quitters light). В-пятых, инвестиционный процесс разделён на фазы – концепция, проектирование, строительство, ввод в эксплуатацию, эффективность которых оценивается по добавленной стоимости и фондоотдаче по каждому продукту.
В развитых и динамичных зарубежных странах реструктуризацию ведут более 70% фирм, в России, по данным НИЦ ВШЭ, не более 15%. Выделяются основные направления реструктуризации фирм.
1. Продуктовая реструктуризация определяет конкурентоспособность фирмы. В развитых и динамичных экономиках она получает значительную государственную поддержку, включая кредиты на создание новых рабочих мест (их ввело более половины штатов США, в Джорджии они составляют $3000 на каждое рабочее место в промышленности в течение 5 лет), оплату обучения персонала из специальных фондов, бесплатное предоставление муниципальных земельных участков и освобождение от налогов на недвижимость, новое оборудование, расходы на НИОКР, субсидии на новые проекты в депрессивных регионах (The Economist, 27.04.2013, p.69).
Переход фирм от отраслевой к секторальной специализации, расширение номенклатуры товаров и услуг, насыщение рынков и дифференциация запросов потребителей ведут к расширению ассортимента продуктов, его быстрому обновлению (multiproduct production) [41] и замене массового выпуска стандартных изделий серийным и мелкосерийным по заказам конкретных потребителей [42].
Автозаводы и их мировые лидеры (Тойота, Дж.Моторс, Фольксваген) отказались от выпуска старых моделей (Oldsmobile, Pontiac, Saturn, Hummer, Maybach, McRover, Mercury, Tatra и др.) и выпустили новые экономичные и экологичные машины. Дж.Моторс – старейшая и крупнейшая в мире корпорация обанкротилась в 2008 г., но получила $14 млрд от государства и не продала активы на аукционе. Она оставила только 4 модели из 8 (Шевроле, Кадиллак, Бьюик, GMC), преобразовалась в новую корпорацию, закрыв 13 из 47 заводов в Северной Америке, 40% дилерских фирм и сократив 27 из 91 тыс. сотрудников. Освоение выпуска новых, более дешёвых и экономичных моделей позволило занять второе место в мире по выпуску машин, правда, при минимальной рентабельности (отношение чистой прибыли к объёму продаж – 3%). Компания сократила свои пенсионные обязательства со $109 до $83 млрд, передав обслуживание 118 тыс. пенсионеров, которые не пожелали получить единовременную выплату, независимой финансовой фирме.
«Крайслер», который также обанкротился, вступил в партнёрство с «Фиат» и освоил выпуск компактных моделей на его платформах. Блокирующие пакеты акций принадлежат «Фиат» и правительству США (его доля в Дж.Моторс в 2008–2013 гг. сократилась с 60 до 30%), а 55% – профсоюзам (в обмен на отказ от бонусов и повышения зарплаты).
«Форд» избежал банкротства без госсубсидий, продав бренды Астон Мартин, Ланд Ровер, Ягуар, Вольво (китайской компании). Немецкий «Мерседес» сочетает массовое производство на модульной основе с унификацией конструктивных блоков и разнообразием моделей (к 2020 г. 30 из них будут абсолютно новыми, с уникальной аэродинамикой, авангардным дизайном и т.д.) в люксовом и относительно недорогом сегменте с индивидуальным набором опций, цветов и т.д.
Реструктуризация фирм проводится на инновационной основе. Так, Пежо-Ситроен, действовавшая в основном на автомобильном рынке Франции, Италии и Испании, получила годовой убыток 5 млрд евро (Ведомости, 2013, № 70). Реструктуризация включает увеличение доли рынка в России и вне Европы, обновление модельного ряда (средний возраст моделей – 3,5 года, доля премиум-сегмента выросла с 9 до 18%), продажу непрофильных активов (логистическая компания, акции банка и т.д.), сокращение персонала (закрытие двух заводов во Франции с обязательством трудоустройства уволенных) и премий топ-менеджеров. Государство выдало гарантии по облигациям (на 1 млрд евро) корпоративного банка фирмы (более 38% акций у семьи Пежо). Интеграция с Дж.Моторс (совместные платформы, модели и закупочная организация) и сокращение общего числа платформ (с 3 до 2 при увеличении числа моделей для разных категорий покупателей) позволило разработать новую гибридную технологию на основе гидромотора и гидропневматического, а не тяжёлого электрического аккумулятора.
«АвтоВАЗ» сумел выйти на рентабельность (в 2009 г. убыток превысил 20 млрд руб.) за счёт обновления производства (новый комплекс окраски и др.) и смены модельного ряда (совместные разработки с французским и корейским владельцами блокирующего, а с 2014 г. – контрольного пакета акций), вывода машиностроения, металлургии и т.д. в дочерние фирмы, расширения мощностей в Ижевске, жёсткого контроля качества комплектующих и работы дилеров. В ближайшие 5 лет ВАЗ освоит 30 новых моделей собственной разработки с использованием платформ и технологий новых собственников (Лада Приора, Гранта, Калина в бюджетном исполнении, новый внедорожник) и под брендами Рено, Ниссан и Дайсун. Реструктуризация долгов с помощью государства (беспроцентный кредит до 2032 г.) сопровождалась сокращением персонала (со 102 до 60 тыс. чел.), передачей социальных объектов (больницы, детские учреждения и т. д.) на баланс г. Тольятти, продажей непрофильного имущества и акций в технологически не связанных фирмах.
При этом реструктуризация имеет не только финансовые, но и социально-организационные приоритеты. Закрытие «АвтоВАЗа», которое рекомендовали радикально-либеральные экономисты, оставило бы без работы в автомобильной и смежных отраслях 2 млн чел. В новой структуре собственности треть акций СП, зарегистрированного в Нидерландах, останется у государственного «Ростеха». Льготы, предоставляемые компаниям со 100% иностранной собственностью по сборке автомашин, производству рам, шасси, деталей корпуса и других комплектующих изделий (доля этих фирм на российском авторынке выросла в 2005–2013 гг. с 5 до 55%) локализуют материальное производство, но, к сожалению, не предоставляют России интеллектуальную собственность.
Корпорация «Сименс», работающая в России 160 лет (членам семьи Сименс принадлежит 6% акций, 90% – в свободном обращении, капитализация – 73,5 млрд евро, отношение чистой прибыли к объёму продаж – 6% – Ведомости, 23.07.2013) развивает в России производство газовых турбин (СП с «Силовыми машинами»), железнодорожной техники (СП с объединением «Синара»), скоростных поездов, тяговых компонентов, в перспективе – локомотивов, трансформаторов, другой высоковольтной продукции (кластер в Воронеже), компрессоров, систем автоматизации и наблюдения за трубопроводами, оборудования для насосных станций (СП с «Рустурбомаш»).
Совместно с Новосибирским институтом им. Г.И. Будкера (из 2900 сотрудников его КБ 1300 заняты производством оборудования) и другими НИИ ведётся разработка техники для коллайдеров, позитроно-эмиссионных томографов, добычи углеводородов и технологии массообмена, неэнергетического применения ядерных технологий, мониторинга технических систем и т.д. Сеть по разработке новой продукции отслеживает появление оригинальных научно-технических идей в контакте с ведущими университетами, научными и опытно-экспериментальными центрами.
Обновляет свой модельный ряд «Камаз» (49,9% акций у «Ростеха», 27% – у «Daimler», 4% – у ЕБРР). Тяжёлые грузовики намечено выпускать в СП с «Мерседес», в сотрудничестве с «Daimler» и другими ТНК, а также по собственным разработкам выпускаются кабины, двигатели, мосты и т.д. Выбор и своевременное обновление номенклатуры продуктов определяет конкурентоспособность фирмы.
Японская корпорация «Panasonic», более 15 лет выпускавшая плазменные панели и телевизоры, проиграла конкуренцию южнокорейским производителям жидкокристаллических экранов, которые дешевле, легче, потребляют меньше энергии и не создают высоковольтный статический заряд. «Panasonic» оказалась убыточной, вынуждена была продать свою штаб-квартиру в Нью-Йорке и два офиса в Токио, а с 2014 г. прекращает выпуск панелей, телевизоров, как это уже сделали Pioneer и Hitachi. В 2013 г. при годовом убытке около $8 млрд оплата высших менеджеров была сокращена вдвое, на аутсорсинг выводится производство смартфонов. «Роснано» списало около 3 млрд руб., потраченных на освоение производства гибких пластиковых компьютеров, не выдержавших конкуренции с ведущими ТНК. Сокращаются продажи персональных компьютеров с ОС Windows, растёт сбыт смартфонов и планшетов, где доля этой ОС составляет лишь 4–4,5%.
Ассоциация «Электрокабель» увеличила в 2007–2013 гг. число своих заводов с 42 до 70 (в ЕС действует 325 кабельных заводов). «Кабельный альянс» освоил 40 видов продукции для нефтегазовой, атомной отраслей, энергетики, металлургии, машиностроения, РЖД, включая кабели с полиэтиленовой и эмалевой изоляцией, специальные провода для ЛЭП, стремится заместить импорт высоковольтных и сверхпроводящих кабелей. Созданы логистические цепи и центры сбыта в его основных зонах, что позволит оказывать услуги по проектированию линий, подбору материалов, оснастки и другим видам услуг. Альянс, включающий Севкабель, Уралкабель, Камкабель и НИИ в Томске, занимает 70% российского рынка.
«Петрозаводскмаш» после вхождения в состав «Росатома» освоил производство оборудования для атомных установок, контейнеров для ядерного топлива, арматуры, техники для бумагоделательной и нефтехимической промышленности, метро и т.д. Из предбанкротного завод превратился в ключевую фирму Карелии. В 2011–2013 гг. объём продаж вырос втрое, а средняя зарплата – в 2,5 раза. Введена новая система управления подрядами.
Освоение новой продукции – ключевая проблема реструктуризации. ВВП растёт за счёт торговли (по её доле в ВВП Россия – мировой лидер), связи, финансовых и риэлтерских услуг, строительства, а по добавочной стоимости в обрабатывающей промышленности Россия вдвое отстаёт от Тайваня, втрое – от Ю.Кореи, в 24 раза – от США. Производство электромоторов, трансформаторов, генераторов на душу населения в России в 5,2 раза меньше, чем в ФРГ и в 14,6 раз – чем в Финляндии. Отставание от Германии по производству медицинской техники составляет 17 раз (от США 29 раз), лекарств – 66 раз, одежды – 4,4 раза (от Ю.Кореи – в 16,4, Бразилии – в 2 раза). По выпуску мебели Россия отстаёт от Японии и Ю.Кореи в 8–10, а от Финляндии – в 16 раз [43].
Россия импортирует 80% горно-шахтного оборудования. Импортные экскаваторы ёмкостью ковша 5–12,5 куб. м по производительности в 1,5–1,8 раза превосходят российские и за цикл до капитального ремонта (он обходится в 30% от цены новой машины) выдают до 10 (российские – только 3–5) млн т угля.
Интеграция производства товаров и услуг позволяет фирмам получать всё большую часть выручки за счёт монтажа и наладки техники, её модернизации, утилизации, поставки запчастей, обучения кадров, авторского надзора и т.д.
2. Технологическая реструктуризация заключается в разработке, приобретении и патентно-правовой защите уникальных технологий и ноу-хау, обеспечивающих конкурентоспособность на мировом рынке. Так, «Уралкалий» – мировой лидер (20% рынка) производства калийных удобрений по низкой стоимости. Цена этих удобрений гораздо выше, чем азотных и фосфорных, что ограничивает закупки основных потребителей (Китай и Индия). Компания организовала сбыт через собственного трейдера, согласившись на снижение цен (с $400 до 300 за тонну) и рентабельности (она достигала 40–50%) ради увеличения объёма поставок на 30–40% (до 14 млн т) за счёт Верхнекамского месторождения (балансовые запасы – 1,3 млрд т). По расчётам компании на мировом рынке, который в 2014 г. вырастет до 60 млн т (Ведомости, 05.08.2013) останутся только крупные производители – Беларуськалий (20% рынка) и канадская Potash Corp., а компании с высокой себестоимостью ($250 за тонну) вынуждены будут отказаться от новых проектов. Такое радикальное изменение стратегии доступно только мировым лидерам.
По проекту минерально-сырьевого университета «Горный» «Фосагро» совместно с японской корпорацией «Мицубиси» в Вологодской обл. сооружает цех по производству аммиака, соответствующий лучшим мировым образцам по расходу сырья (удельный расход природного газа сокращается на 20%), энергии, межремонтному пробегу, воздействию на окружающую среду. Магнитогорский металлургический комбинат построил цех по производству высококачественной холоднокатаной и оцинкованной стали для автозаводов, которая ранее импортировалась. «Мечел» ввёл новый рельсобалочный стан и намерен к 2015 г. заместить импорт (он составляет 30%) длинномерных (100 м вместо 12,5–25 м) рельсов, необходимых для скоростных дорог, а также строительных балок для мостов и других сооружений. Добавленная стоимость этих продуктов ($500–1000 за тонну) намного выше, чем обычных заготовок.
Уникальные энергосберегающие технологии ввела семейная группа компаний «Knauf», вложившая более 1 млрд евро в 11 цементных заводов в России. Новые технологии освоил Сенгилеевский завод в Ульяновской обл.
3. Обновление оборудования занимает первое место в инновациях в российской экономике. Однако из-за разрушения в 90-х гг. отечественного станкостроения и технологического машиностроения основная часть техники импортируется. При этом новейшую технику, особенно двойного назначения, России не продают, а покупка уже выведенного из эксплуатации оборудования, как показал опыт полупроводниковой отрасли, не позволяет выпускать конкурентоспособную продукцию.
Интересен опыт китайских фирм Foxcom и Lenovo, которые начинали со сборки зарубежных моделей на импортном оборудовании, а затем наладили собственное производство мобильных телефонов, телевизоров, компьютеров. По их выпуску Lenovo к 2014 г. заняла первое место – 16,7% мирового рынка, обогнав Hewlett-Packard (16,3%), Dell, Acer и Asus, освоила выпуск планшетов с сенсорным экраном. Для российских заводов важна организация конкурсных тендеров с ведущими производителями оборудования без посредников. Так, телекоммуникационное оборудование поставляют всего 5–6 ТНК (Alcatel, Ericsson, Nokia, Siemens, Huawei, ZiE).
Возрождение российского машиностроения (в 1990–2012 гг. выпуск станков уменьшился в 20 раз – с 70 до 3 тыс., обанкротились крупнейшие станкозаводы «Красный пролетарий» в Москве и им. Свердлова в Петербурге, а в последнее время – Савеловский и Стерлитамакский) возможно только на новой базе, с помощью системных интеграторов – инжиниринговых компаний, проектирующих и заказывающих весь комплекс оборудования и программного обеспечения, проводящих монтаж, наладку и обслуживание. Сами заводы делятся на модульные сборочные и специализированных поставщиков комплектующих. В Свердловской обл., где действует 3,5 тыс. машиностроительных заводов со 160 тыс. работников, совместно с японской ТНК создаётся станкостроительный кластер по производству горизонтальных расточных станков и портальных обрабатывающих центров с ЧПУ. Новым сектором экономики станет производство оборудования для утилизации мусора (из 2,4 тыс. таких заводов 1,8 тыс. работают в Японии).
До сих пор более половины инвестиций в новую технику финансировалось за счёт крайне ограниченных средств самих фирм и только 8% – за счёт кредитов и 1% – эмиссии ценных бумаг. В Японии инвестиции в реструктуризацию кредитуются на 10 лет по ставке 0,1%, в Канаде и США – 1–2% годовых при нулевом налоге на недвижимость и новые активы. По российской программе развития станкостроения льготная налоговая ставка намного выше – 10%.
4. Новые направления использования сырья наиболее актуальны для химических заводов и ТЭК (использование попутного нефтяного газа, сжигавшегося в факелах), ЖКХ (в странах Скандинавии всё большую часть топливного баланса составляют лесные, сельскохозяйственные и бытовые отходы, биомасса). Перспективно выращивание специальных видов растений на неплодородных землях для получения биотоплива, а также производство кормов из крахмалосодержащих отходов. Отработанные шины дают ценный материал для дорожных покрытий. Газохимия позволяет получать и экспортировать полиэтилен, полипропилен, поливинилхлорид из попутного газа. Запущены самые мощные в России парогазовые установки (800 тыс. мегаватт) на Киришской и других ГРЭС.
5. Использование синтетических материалов с заранее заданными свойствами преображает авиа -, судо- и автостроение, нефтегазовый комплекс, ЖКХ, электронику и машиностроение, медицину. Композиты, наноматериалы, графем, новые сплавы отличаются меньшим весом и соответственно расходом топлива и энергии, высокой прочностью и износостойкостью, повышенной проводимостью, теплозащитой и многими свойствами, недоступными традиционным материалам.
6. Новые формы горизонтальных межфирменных связей означают организационно-управленческую революцию в экономике. Крупные вертикально интегрированные компании выводят из своего состава поставщиков комплектующих, специализируются на ключевой компетенции, новых видах профильной продукции, сокращают персонал, развивая сетевое взаимодействие с малым и средним бизнесом (МСБ) и стратегические альянсы с крупными конкурентами.
По данным Reuters, в 2013 г. объём слияний и поглощений оказался наименьшим с 2007 г., а в Европе – с конца 1990-х гг. Однако горизонтальная интеграция продолжается. В 2014 г. крупнейший мобильный оператор Verizon намерен приобрести Vodafone за $130 млрд В России Global Ports, владеющий 6 терминалами в Петербурге, на Дальнем Востоке, в Финляндии и Эстонии, покупает за $1,6 млрд вторую по грузообороту контейнерную компанию, которой принадлежат терминалы в Петербурге, Усть-Луге, Ильичёвске (Украина) и др. «Уралвагонзавод», купивший в 2011 г. Челябинский тракторный завод, в 2014 г. намерен приобрести угольную компанию «Заречная» (7 шахт, обогатительная фабрика, Юргинский завод горно-шахтного оборудования в Кемеровской обл. и т. д.).
Создание Объединённой ракетно-космической корпорации на базе НИИ космического приборостроения, 8 крупных фирм, превращённых в АО и 15 ФГУП позволит создать в этом секторе единую систему ценообразования и контроля качества.
Реструктуризация Microsoft базируется на переориентации в сотрудничестве с другими фирмами от выпуска компьютеров на разработку электронных устройств и сервисов (планшеты, игровые консоли, приложения для гаджетов и т.д.). Из 8 подразделений оставлено 4 – развитие операционной системы (ОС), компьютерных приложений и сервисов, создание компьютерных устройств, услуги пользователям. Это позволит сократить персонал. Заключено соглашение с главным конкурентом «Oracle» (третий в мире по масштабам производитель компьютерных программ, с которым было много судебных тяжб) о поставке «облачных» решений для анализа баз данных и виртуализации серверов. Альянс заключён также с «Amazon».
Реструктуризация американской ТНК Caterpillaar (почти 100% акций в свободном обращении, чистая рентабельность в 2013 г. – 6% (Ведомости, 24.09.2013) проходит по трём основным направлениям: 1) расширение номенклатуры товаров и услуг, в т. ч. за счёт горизонтальных слияний и поглощений; 2) расширение производства в Китае, России, Индии, Латинской Америке; 3) развитие связей с местными компаниями. Номенклатура ТНК включает более 300 видов оборудования – горнодобывающего (1/3 объёма продаж, ТНК – мировой лидер по выпуску экскаваторов), сельскохозяйственного и строительного (1/3) и силового (дизельные и газовые двигатели, в т.ч. работающие на природном газе, для железнодорожного и морского транспорта, промышленной энергетики, нефтегазового комплекса и т.д.). ТНК приобрела производителей горнодобывающей техники в Китае, поршневых газомоторных двигателей в ФРГ, создала СП по выпуску насосов высокого давления для гидроразрыва пласта в США. В России организуется выпуск газовых турбин мощностью 22 МВт в Петербурге с РЭП-холдингом, локомотивов мирового класса – с «Уралвагонзаводом», оборудования для добычи и использования газомоторного топлива с «Газпромом». Локализация составляет 25–30%, но постепенно растёт. Инвестиции в регион, включая завод в г. Тосно Ленинградской обл., превышают $1,5 млрд.
В горизонтальной интеграции участвуют все виды фирм – государственные и муниципальные, публичные, публично-правовые, непубличные, семейные, некоммерческие, социальные. Опыт Норвегии, Бразилии, Мексики и т.д. доказывает, что при справедливой конкуренции государственные компании не уступают частным. Продажа акций Ростелекома, Роснефти, Сбербанка, ВТБ и т.д. по нынешним заниженным ценам гораздо менее выгодна, чем улучшение собираемости налогов с офшоров и отмена вычетов по НДС «Газпрому» и «Роснефти».
Контрольный пакет акций «Telenor» (около 54%) принадлежит правительству Норвегии, оно не вмешивается в управление, но регулирует розничные цены. Публичная компания ведёт операции в 12 странах, обслуживая более 360 млн клиентов (примерно поровну в Европе и Азии), владеет около 43% акций российской «Вымпелком» (контрольный пакет у Altimo – дочерней компании Альфа-групп). «Telenor» имеет высокую рентабельность (около 10%) и благоприятное соотношение чистой прибыли и рыночной капитализации – 1:22 (Ведомости, 14.05.2013). У государственного «Газпрома», располагающего самыми крупными в мире запасами природного газа, это соотношение составляет 1:4 (капитализация за 10 лет сократилась на 70%), что свидетельствует о низкой оценке мировым рынком качества управления, стратегии и бренда «Газпрома».
В России 25% юридических лиц зарегистрированы как ООО, а 180 тыс. – как АО (в Германии немногим более тысячи АО). Большинство АО не котирует акции на бирже, не платит дивидендов (в странах ОЭСР они составляют до половины чистой прибыли), не раскрывает информацию в соответствии с международными стандартами. По модернизированному Гражданскому кодексу вместо ООО, ОАО, ЗАО и т.д. фирмы делятся на публичные и непубличные. Для первых установлен минимальный размер капитала, обязательство об открытом или по закрытой подписке размещении акций среди определённого круга лиц, раскрытии информации и бенефициаров, защите прав агентов компании от рейдеров, менеджеров, нарушающих корпоративное законодательство. Вводится институт заверений и гарантий (representations and warranties) – возмещения убытков от предоставления неверной информации. Для непубличных компаний предусмотрено менее жёсткое регулирование.
Российские компании в целях защиты от попыток враждебного поглощения изменяют свою структуру. Так, закольцованная структура собственности «Сургутнефтегаза» (акции распределены между НКО, принадлежащими самой компании) позволяет менеджменту, который владеет всего 1% акций, определять и контролировать стратегию фирмы. «Фосагро» для этой же цели консолидировал дочерние фирмы, причём дополнительная эмиссия (около 11%, 60% нового уставного капитала) была в основном приобретена самой компанией.
Семейные фирмы играют важную роль в мировой экономике. Так, датская компания Grundfos, 10% акций которой принадлежит семье её основателя, 2% – сотрудникам, а 87% – специальному фонду (это гарантирует от недружественного поглощения) производит все типы насосов для перекачки жидкостей. 18 тыс. её сотрудников (2,5 тыс. из них заняты НИОКР) работают в 14 странах, в т. ч. в России, но изготовление лопастей и других высокотехнологичных частей насоса, бесшовных патрубков, электронных двигателей, разработка новых технологических регламентов сосредоточены в Дании. Энергоэффективность насосов за 10 лет выросла втрое. В 2013 г. наследники вернули семье контрольный пакет «Фольксвагена» (17% – у фонда из Катара, 10% – у «Порше»).
Социальные и некоммерческие фирмы расходуют прибыль только на уставные и благотворительные цели, но не на дивиденды и прибыль [44]. Публично-правовые организации не могут банкротиться, они контролируются Счётной палатой и другими государственными органами. Этот статус получат фонды развития, в т.ч. ВЭБ, «Ростех», фонд развития ЖКХ и т. д.
Крупные компании развивают сети с МСБ. В США уровень налогов для малого бизнеса, по оценке Московского экономического форума (2013 г.), в 4 раза ниже, чем в России, несопоставим ущерб от коррупции и постоянных проверок. МСБ США занимается в основном поставками деталей и услуг для крупных корпораций и госучреждений, а не только торговлей и общественным питанием. Его доля в ВВП США – более 50% (в России – 20%).
По оценке SAP (Expert online, 09.08.2013), российский МСБ (более 500 тыс. фирм), воспользовавшись снижением таможенных тарифов после вступления в ВТО, активно выходит на внешний рынок, автоматизируя составление отчётности в соответствии с международными стандартами, контролируя себестоимость, обеспечивая прозрачность всех бизнес-процессов в режиме реального времени. В 2013–2016 гг. ожидается сокращение доли фирм МСБ, действующих только на территории России, с 27 до 13%, а не получающих прибыль за рубежом – с 10 до 4%. До 69% руководителей фирм уделяют основное внимание внешним рынкам, 82% – существенно обновляют технологию и организацию бизнеса.
Горизонтальной интеграции бизнеса в России препятствует доминирование конгломератов, зарегистрированных в офшорах и монополизировавших региональные рынки. Так, принадлежащий на 100% О. Дерипаске и зарегистрированный на офшорном британском острове инвестиционный холдинг En+ включает компании, часто технологически не связанные друг с другом: алюминиевый холдинг «Русал» (более 47% акций, 17% – «Онэксим», около 16% – у СУАЛ, около 9% – у Glencore), энергетику (Иркутскэнерго, Красноярская ГЭС и др.), угольную, ферромолибденовую, медную и логистическую компании (пакет акций порта Ванино, Китайской торговой компании и т. д.), холдинг «Русские машины» (производство вагонов, литья, запчастей и т.д. – «Абаканвагонмаш», FKTM-транс, ВКМ-инжиниринг и т. д.).
Конгломератом является «Еврохим», объединивший добычу газа, бурого и каменного угля (СУЭК снабжает ТЭЦ Петербурга, а 30% экспортирует через Мурманск, а в перспективе – Тамань), электроэнергетику и теплоснабжение (Сибирская генерирующая и 1/3 акций Дальневосточной энергетической компании, блокпакет МРСК Сибири), порты (Мурманск), железнодорожные перевозки, промышленное строительство, а главное – добычу удобрений (3 азотных и 3 фосфатных завода, Ковдорский ГОК, строительство комбината в Казахстане, 30% российского производства удобрений, из которых 70% экспортируются в ЕС, Украину, Беларусь). «Еврохим» превратился в ТНК, купив в 2012 г. азотный завод в Бельгии, создав собственную систему сбыта в ЕС.
В развитых зарубежных странах от таких неспециализированных компаний давно отказались. При слияниях и поглощениях они отказываются от непрофильного бизнеса. Так, Goggle приобрёл «Motorola Mobility» (крупнейший производитель техники на платформе «Android»), сократив 20% персонала и объединив треть из 90 исследовательских и производственных центров, в основном за пределами США, но используя весь патентный портфель.
Процесс слияний и поглощений продолжается в основном на горизонтальной основе. Так, в последнее время объединились авиакомпании American Airlines и US Airways, телекоммуникационные Comcast и NBC Universal ($16,7 млрд), рекламно-маркетинговые Publicist и Omnicom (130 тыс. сотрудников, объединённой компании и управляют сетями в 100 странах, в т. ч. в России). Особенно быстро растёт поглощение китайцами зарубежных фирм [45]. Так, государственная CNOOC за $15 млрд купила канадскую Nexen, разрабатывающую нефтяные пески (The Economist, 16.02.2013, p.40).
Холдинг «Русский стандарт» занял второе место в мире по выпуску водки, купив польскую компанию CEDC (её капитализация с 2008 г. упала в 120 раз) и её 10 алкогольных брендов. Однако динамика процессов корпоративной интеграции [46] направлена ныне не на укрупнение фирм, а на создание высокотехнологичных кластеров, к чему российские регионы ещё не готовы [47].
Для интеграции российских хозяйственных образований целесообразно развитие дочерних фирм и СП трёх типов – по освоению передовых технологий (со странами ОЭСР), по поставкам в Россию относительно дешёвого сырья и первичных материалов из стран Африки и Азии и по массовому производству товаров на основе российских технологий, прежде всего в близлежащих странах Азии.
Пример эффективного использования горизонтальной интеграции – Тайваньская фирма, выпустившая на мировой рынок автомобили Luxgen (их выпуск начался в г. Черкесск). Шасси было разработано совместно с австрийской, коробки передач – с японской, система безопасности – с шведской фирмой, доводку ездовых качеств провела Prodgrive. Альянс для совместной разработки автомобиля на водородных топливных элементах создали Дж. Моторс и Honda.
Предлагается продолжить процесс концентрации, объединив авиа- и ракетно-космические заводы, производство судов и вооружений (НГ 08.08.2013) в расчёте на то, что это повысит надёжность кооперированных связей и сроков поставок, предотвратит ценовые картели, улучшит связи разработчиков и производителей. Однако при этом теряются преимущества глобальной конкуренции, т.к. поставщики не избираются по конкурсу, а жёстко фиксируются в составе вертикально интегрированной структуры.
Весьма перспективно СП ОАК и украинского авиаконцерна «Антонов» по развитию проектов самолётов нового поколения Ан-148, Ан-158, Ан-140, транспортного Ан-124-100 «Руслан» и Ан-70. Соглашение предусматривает совместную закупку комплектующих, маркетинг, сбыт и послепродажное обслуживание самолётов, но не передачу активов и интеллектуальной собственности.
«Ростех», включающий 663 организации, идёт по пути децентрализации, формируя 13 холдингов – 8 в оборонных и 5 – в гражданских отраслях. Намечен вывод на фондовый рынок компании «Вертолёты России», успешно выпускающей и экспортирующей военную и гражданскую продукцию. Это позволит удешевить капитал для инвестиций, оплачивать слияния и поглощения акциями, а не деньгами, ввести единые прозрачные стандарты корпоративного управления. В производстве боеприпасов, где фактически работает только 56 заводов из 106, намечено создать 5 холдингов по выпуску бомб, артиллерийских снарядов, танковых, морских боеприпасов, смесей для самолётов (Известия, 08.06.2012). Современным оборудованием их оснастят ФНПЦ «Прибор» и «Сигнал», Саратовский, Нижнеломовский, Кемеровский, Бийский и другие заводы.
Наибольших успехов добились сектора, где конкурирует много фирм. Так, на шинном рынке наряду с российскими заводами наращивают выпуск шин финская Nokia Tyros, французская Michelin, итальянская Pirelli (Кировский и Воронежский заводы), вводят мощности Continental в Калуге, японские Yokohama в Липецке, а Bridgestone – в Ульяновской обл.
7. Рационализация производственной структуры происходит по-разному в различных секторах экономики. В большинстве из них проводится упрощение структуры, продажа непрофильных активов, сокращение персонала. Так, Sony закрывает заводы по выпуску CD, DVD, мобильных телефонов и т. д., увольняет 10 тыс. чел. Корпорация Nokia также сокращает 10 из 50 тыс. сотрудников, закрывая заводы в Германии, Испании и Финляндии.
«Мечел» продал 6 заводов в Румынии и Англии, продаёт турецкой фирме Тихвинский ферросплавный и обогатительный завод в Казахстане (втрое дешевле, чем купил), чтобы уменьшить долги (в 2010–2013 гг. они выросли с 6,5 до $9,6 млрд), найти новые ниши на рынке в условиях падения цен на металл и освоить крупнейшее Эльгинское угольное месторождение.
«Русал» консервирует ряд предприятий, в т.ч. Волгоградский алюминиевый завод. Из 3 тыс. сотрудников 10% будут обеспечивать консервацию, а остальные будут трудоустроены на заводах Сибири, либо пройдут переобучение. Себестоимость алюминия на Богословском (2,3–2,4 тыс. руб.), Надвоицком, Волховском и некоторых других заводах также выше цен 2013 г. (1,9 тыс. руб.). Магнитогорский меткомбинат продал свою транспортную компанию в обмен на соглашение о гарантированной перевозке своих грузов. При этом крупные компании России намного уступают зарубежным по производительности труда. В расчёте на одного работника добыча нефти, по данным ВШЭ, в 3,6 раза ниже, чем в США, угля – в 6,4 раза ниже, чем в Австралии. Выработка на одного занятого в РЖД составляла в 2010 г. $34,4 тыс. (Франция и Германия – более $170 тыс.).
РЖД с численностью персонала около 1 млн чел. продолжает владеть непрофильными активами – линиями связи, туристскими компаниями, заготовкой щебня, сбором металлолома, но частным компаниям продал вагонный парк, а ВТБ – Транскредитбанк. РЖД имеет много дочерних компаний, но дивиденды от них составляют всего 14 млрд руб. Без учёта бюджетных дотаций рентабельность РЖД близка к нулю (Газета.ru, 28.08.2013).
Большинство крупных зарубежных ТНК вынуждено закрывать убыточные производства, прибегать к массовым увольнениям. Так поступает Aicelor Mittal (16% ВВП Люксембурга), трейдер Glencore (29% ВВП Швейцарии) (The Economist, 27.08.2012).
Реструктуризацию проводят крупные банки, получившие субсидии в 2007–2009 гг. Однако в 2007–2013 гг. рентабельность (Price-to-bоok-ratio) Goldman Sachs, J.P.Morgan&Case, Barclays, Deutsche bank сократилась с 2–2,5 до 0,5–1% (The Economist, 16.02.2013, p.73). Крупнейший банк Европы HSBC за два последние годы продал 52 принадлежащих ему компании, сократив 59 тыс. рабочих мест. Национализированный в годы кризиса Royal Bank of Scotland сократил 78 тыс. работников.
Реструктуризация Citigroup, чья капитализация в 2013 г. была в 10 раз ниже докризисного уровня, включает специализацию на ключевых направлениях (инвестиционный, корпоративный и розничный бизнес в 40 странах, включая Россию), продажу непрофильных активов, снижение рисков путём улучшения соотношения суммы собственного капитала и активов (с 1:25 до 1:12), достижения нормативов ликвидности, развития цифровых технологий, не требующих физического присутствия клиента в банке (Ведомости, 26.07.2013).
Введение в России с 2014 г. нормативов достаточности базового (5%) и основного капитала банков (5,5%, а с 2015 г. – 6%) повысит качество управления рисками, но сократит портфель кредитов и чистую прибыль. Крупные банки получают льготную индивидуальную оценку кредитных рисков, а примерно 10% малых банков придётся уйти с рынка, оздоровив его.
Теория и практика реструктуризации производства обобщена в ряде монографий [48, 49, 50]. В них анализируются не только преимущества, но и недостатки вертикальной интеграции, обоснована целесообразность перехода от фиксированных поставщиков к их глобальному выбору на основе тендеров. Интересен опыт Московской обл., где создаётся кластер 20 фирм по производству, переработке и сбыту молока, с контрактным регулированием цен, качества и обязательств по модернизации. Область выделяет земельные участки и субсидии на новые проекты, помогает прокладке коммуникаций. Развитие кластеров сдерживает отсутствие федерального закона.
Комплексная реструктуризация требует строительства новых предприятий, но их число пока невелико. Серпуховский лифтостроительный завод – первый новый в отрасли за 60 лет, оснащённый робототехническим комплексом и самой высокой в Восточной Европе испытательной башней, в 2014–2016 гг. будет выпускать 12 тыс. лифтов (замене подлежат 35 тыс. (КП, 26.08.2013). Российские инженерно-конструкторские решения сочетаются здесь с поставками узлов из стран ЕС.
Преобразование структуры компаний проводится с учётом их перехода в международное экономическое и правовое пространство, позволяющее выбирать поставщика в любой стране, продавать продукцию на мировом рынке, использовать при финансовом и налоговом планировании особенности хозяйственного законодательства разных стран. При этом необходимо соблюдать международные стандарты качества продукции, деловых отношений, корпоративного управления, трансфертного ценообразования и т.д.
Упрощение структуры организации, концентрация однородных функций позволяет ввести эффективную систему учёта и планирования затрат и результатов, финансовых показателей. Особое значение имеют показатели лояльности клиентов (net promoter score) и общей стоимости владения техникой за весь срок её жизни, включая затраты на приобретение, эксплуатацию, ремонт, по отношению к произведённому продукту (total cost for ownership). Информационная система должна обеспечивать чёткость, ясность и удобство использования данных бюджетов, контроллинга, формирование индивидуальных пакетов из унифицированных данных, их доведение до всех заинтересованных лиц и регламентацию перечня принимаемых на этой основе решений.
Российские фирмы накопили здесь определённый опыт. Мясокомбинат «Велком» отказался от буферных складов и ввёл внутреннюю логистику, позволившую сократить запасы и возврат товаров из розницы. Мебельная фабрика «Мария» снизила себестоимость с помощью закупки полуфабрикатов. «Глория Джинс» ввела 4-звенную систему планирования (создание моделей, управление цепочкой поставок, организация торговой сети, планирование финансов как индикатора системы на базе ключевых показателей эффективности на всех уровнях), развивает производство в Украине, Вьетнаме и т. д. «Техноимком» увеличил время эксплуатации оборудования до 7 тыс. час. в год (практически круглосуточно) за счёт быстрой переналадки, постоянной диагностики (вместо постфактного ремонта), высокого качества обслуживания. Это позволило сократить максимальный возраст техники до 10 лет.
В качестве финансовых показателей используется рентабельность (фирма «Пелетрон»), рентабельность и выработка на одного рабочего («Микрон»), EBITDA («Мария»), маржа и скорость оборота средств («Глория Джинс»), динамика продаж основным клиентам («Горные машины»).
Средняя по размерам фирма «Санфрут» (г. Пермь) завоевала в конкуренции с ТНК PepsiCo и Coca Cola (они заняли более 70% российского рынка) свою долю (6%), реализуя в России и странах СНГ соки, нектары и безалкогольные напитки без консервантов и химических добавок, закупая сырьё в России (яблочный концентрат) и у ведущих зарубежных компаний. Число рабочих мест в 2001–2013 гг. выросло с 43 до 950. Стратегия развития персонала включает наставничество и организацию обучения новым специальностям по договору с вузами.
В транспортно-логистическом секторе за последние годы произошли коренные изменения, связанные с интеграцией и усложнением производственной структуры. Так, Global Ports – портовый оператор объединяет портовые активы «Н-транса»: контейнерные терминалы «Петролеспорт» и «Моби Дик» в Большом порту Санкт-Петербурга, Восточную стивидорную компанию в порту Восточный, два контейнерных терминала в Финляндии, сухой контейнерный терминал «Янино» под Петербургом, а также терминал по перевозке мазута в Эстонии. Транспортно-логистический холдинг «Н-транс» организует железнодорожные перевозки, фрахт судов, стивидорские и экспедиционные услуги в Сибири и на Дальнем Востоке. Группа компаний «Евросиб» организует железнодорожные перевозки, логистику, строит и управляет сетью терминально-логистических комплексов в различных регионах. В процессе слияний и поглощений объединяются складские и транспортные операторы, экспедиторы, фирмы экспресс-доставки, страховщики, поставщики программного обеспечения. Транспортные компании арендуют или строят свои распределительные центры, складские операторы создают службы перевозок, таможенные брокеры и экспедиторы оказывают услуги по комплектации, хранению и доставке товаров.
Логистические компании используют Интернет как единую виртуальную электронную платформу. Это позволяет ввести не только оперативное и тактическое, но и стратегическое планирование для оптимизации всей цепи, включая финансирование, перераспределение затрат и доходов между участниками цепи, интеграцию их информационных систем, мониторинг движения грузов и транспортных средств, управление складами, запасами и документооборотом, преимущественно электронным.
Особое развитие в ЕС, США и Канаде такие компании получили в сфере высоких технологий (16%) и других отраслях промышленности (13%), торговле (12%), здравоохранении (11%), автодорожном хозяйстве (9%).
Развитие производственной структуры имеет особое значение для инновационных компаний. Как показало исследование Bloomberg, наибольшего успеха в инновациях добились фирмы с гибридной контрактной системой управления. Наёмные менеджеры больших публичных компаний нередко выступают против радикальных нововведений, т. к. они ухудшают текущие финансовые показатели, которые определяют размер бонусов.
Контрактную систему использует НПО «Сатурн» – ведущая компания по разработке, производству и сервисному обслуживанию газотурбинных двигателей для военной и гражданской авиации, кораблей ВМФ, энергогенерирующих и газоперекачивающих установок. В НПО «Сатурн» и его дочерних компаниях работает 23 тыс. человек, из которых более 4 тыс. заняты НИОКР.
8. Информационная реструктуризация включает компьютеризацию всех рабочих мест, их объединение в стратегическую коммуникационную сеть с выходом в Интернет, глобальные базы данных [51], с переходом на электронный документооборот. Это позволяет создать систему проектирования, анализа и прогнозирования результатов работы фирмы. Большую экономию даёт SIP-телефония – связь через Интернет (к 2013 г. виртуальные АТС заняли по оценке Минсвязи 45% рынка), включая конференц-связь, бесплатный обмен информацией в глобальной сети и т.д. Службы, внешние по отношению к фирме («облачные») включают базы данных, удалённые центры корпоративной защиты, виртуальные серверы (по прогнозу Минсвязи в 2013–2015 гг. их доля в госучреждениях вырастет с 37 до 63%).
Современная система внутрифирменного планирования ERP (enter-price resource planning) прошла длительный путь – от систем бухучёта, прогнозирования, планирования и анализа процессов управления, автоматизации его отдельных функций к комплексным и открытым для контрагентов информационным системам, автоматизирующим управление всем бизнес-процессом, инвентаризацию всех активов, выбор поставщиков, учёт отгрузки и оплаты в режиме реального времени. При этом вход в информационную систему возможен с мобильных телефонов, а доступ к интегрированным базам данных позволяет использовать мощности глобальной сети, не создавая дорогостоящую собственную компьютерную инфраструктуру. В итоге создаётся интегрированный отчёт, включающий все аспекты устойчивого развития фирмы, в т.ч. социальные [52]. В режиме реального времени работают системы анализа баз данных, организации прозрачных отношений с клиентами мобильного банкинга и т.д.
В России, по данным международной статистики, охват населения Интернетом в 2013 г. достиг 50%, что меньше, чем в Норвегии, Нидерландах и Швеции (90%), но выше, чем в Румынии (44%), Беларуси (46%), Украине (34%). «Ростелеком», присоединивший региональные компании и «Связьинвест», располагает крупнейшей магистральной сетью в России (500 тыс. км), строит около 8 тыс. базовых станций в 24 регионах для широкополосного доступа в Интернет для 14 млн мобильных абонентов (Ведомости, 11.07.2013). Вводится единая система автоматизации бухгалтерского, финансового и кадрового учёта, новая программа развития персонала. Децентрализация управления, разделение строительства и эксплуатации сетей, сокращение в 2,5 раза расходов на закупку оборудования на базе новой процедуры тендеров снизит издержки и цены, расширит перспективы информационной реструктуризации фирм, в т.ч. МСБ.
9. Реструктуризация управления начинается с уточнения организационно-правового статуса фирмы и структуры собственности. В 90-х гг., по оценке Счётной палаты более 150 тыс. предприятий были проданы всего за $9,7 млрд (за цену одного Юганскнефтегаза в 2006 г.). Государство потеряло около 1 трлн руб. из-за оценки активов по заниженной балансовой стоимости (нематериальные активы, в т.ч. оплаченные бюджетом научно-технические разработки и геологоразведка вообще не учитывались), неисполнения инвестиционных обязательств, неоплаты активов и т.д. Ни население, ни сам бизнес не признали легитимность приватизации. Компьютеризация позволяет установить прямую связь высшего менеджмента с первичными звеньями производства, резко сократив число администраторов промежуточного среднего звена, рационализировав отношения между ведущими агентами компании, прежде всего между менеджерами, собственниками, работниками и клиентами. По данным Fact set shark repellent, в США 50–60% (в сфере коммуникаций, финансов, торговли, ЖКХ – 65–76%) фирм перешли к ежегодному переизбранию независимых членов совета директоров. В Германии до половины их числа представляет персонал, а половина – акционеров и специалистов, не владеющих акциями.
Исследование Колумбийского и Гарвардского университетов показало, что команды, подчинённые непосредственно генеральному директору, за последние 20 лет удвоились. В крупных компаниях эта команда включает в среднем 8 функциональных блоков, возглавляемых директорами по управлению цепями поставок (логистика), коммерцией (отвечает за объём продаж), производством, финансами, персоналом, стратегией развития, маркетингом и внешнеэкономическими связями, отношениями с общественностью. На этапе создания фирмы особую роль играет операционное руководство, а в последующем – вся команда. Дочерние фирмы, ведущие производство и сбыт, имеют своих руководителей, подчинённых непосредственно генеральному директору, минуя функциональные блоки (Ведомости, 17.04.2012). В целях упрощения и повышения прозрачности корпоративного управления «Газпромнефть», владеющая около 1300 АЗС в России и странах СНГ, разделила оптовый и розничный бизнес, создала региональные кластеры в Петербурге, Елабуге и Новосибирске.
Анализ неудач в управлении Bank of America (сокращение 30 тыс. рабочих мест), Dell (падение спроса на персональные компьютеры), Barnes and Noble (снижение доходов от розничной торговли книгами), Sprint (отставание в конкуренции от At and T и Verizon), Groupon (цена акций в 2011–2013 гг. снизилась на 70%), Advanced Micro Devices (доля рынка в 2008–2013 гг. сократилась с 24 до 19%), S.C.Penney (стоимость акций за 5 лет снизилась на 70%) показал, что эти неудачи вызваны, прежде всего, необоснованным приобретением новых активов, неправильным выбором ниши рынка, конфликтом между менеджерами и акционерами.
«Аэрофлот», по оценке британской Airline Business, за 10 лет сумел увеличить выручку в 6 раз, обновить авиапарк, достичь хорошего качества сервиса и уровня безопасности, что позволило переместиться с 12 на 5 место в Европе (после «Люфтганзы» и объединившихся франко-голландской и англо-испанской компаний) по объёму продаж (23 место в мире) и пассажироперевозкам (№ 19 в мире).
Для России особенно важно улучшение процедуры банкротства фирм (до сих пор 90% из них ликвидируются, а не оздоравливаются или меняют собственников). Саморегулируемые негосударственные организации и страховые общества берут на себя экспертизу строительных проектов, контроль за соблюдением проектной документации и нормативов.
10. Кадровая реструктуризация включает развитие коллективной организации труда (опыт «Тойоты» [53]) при высокой мобильности (японские фирмы отказываются от «пожизненной занятости» [54]), особом внимании к качеству работы [55] и широком привлечении персонала к управлению производством. Главным для фирмы становится репутационный капитал, связанный с выполнением социально-экологических обязательств. В мире действуют более 3 тыс. международных инвестиционных многосторонних соглашений с обязательствами по корпоративной социальной ответственности, экологии и устойчивому развитию региона.
Российская АФК «Система» реализует программу поиска, подбора, обучения перспективной молодёжи. На социальные инвестиции направляется 1,5% выручки. При этом оценивается не только способность к логическому и абстрактному мышлению, но «множественный интеллект» – креативность в реальных жизненных условиях, включая математические, словесные, пространственные, физиологические, социально-эмоциональные и коммуникативные способности. Учитывается различие между коэффициентом интеллектуального развития (IQ), оценивающим способность к абстрактному мышлению и оперативную память (умение находить связь между различными явлениями) и коэффициентом рациональности (rationality quotient – RQ). Коэффициент IQ зависит (по оценке социальных психологов – на 40%) от генов, определяющих способ соединения нейронов и различных областей мозга, и условий семейного воспитания, образования и т.д. (на 1/3). Как отметил Нобелевский лауреат по экономике Д. Канеман, высокий IQ не гарантирует рациональное поведение и отсутствие логических ошибок, люди не обладают врождённой рациональностью. Многое зависит от интуиции, позволяющей справиться с информационной перегрузкой.
Коэффициент RQ в отличие от IQ не связан с генами и условиями воспитания. По оценке психологов он зависит от способности оценивать обоснованность собственных решений и вероятность того или иного события (rick intelligence), обусловленную развитым самосознанием. Корпоративная культура снижает RQ, если работник не видит связи между собственной работой и результатами фирмы, не может противостоять сложившимся стереотипам и оценивать риск в условиях неопределённости. Исследователи называют функциональной глупостью (functional stupidity) обусловленную корпоративной культурой невозможность проявить себя даже высококвалифицированным сотрудникам. Так, специалисты американских банков перед кризисом 2007–2009 гг. отчётливо видели риски структурированного кредитования, скрывавшего на забалансовых счетах опасность обеспечения ценных бумаг ипотечным кредитом, но не оценивали эти риски, т.к. это означало нелояльность к сложившейся практике.
Подготовка квалифицированного персонала остаётся серьёзной проблемой для всех стран. По данным The Manufacturing Institute (США), фирмы испытывают нехватку высококвалифицированных рабочих (45%), технологов (20%), исследователей и разработчиков (17%), но не работников низкой квалификации, продавцов, финансистов, обслуживающего персонала (1–3%). Швеция, Норвегия, Финляндия затрачивают на обучение персонала 2% ВВП, предлагая каждому молодому работнику индивидуальный план. Для России также актуален переход от компенсационной модели (дополнительные отпуска, льготы, доплата за тяжёлые условия труда) к системе управления профессиональными рисками и предупредительным мерам по обеспечению безопасности труда и снижению профзаболеваний.
11. Финансовая реструктуризация начинается с уточнения реального размера уставного капитала с учётом стоимости земельного участка и другой недвижимости, нематериальных активов, валюты, баланса, включая дебиторскую и кредиторскую задолженность, инвентаризации реальной рыночной стоимости активов. На этой базе чётко разграничиваются права и ответственность, во-первых, учредителей, зарегистрировавших фирму и вложивших средства в её уставный капитал, во-вторых, собственников, имеющих исключительное право изменять устав и уставный капитал фирмы, реорганизовать и ликвидировать её, распределять чистую прибыль, покупать и продавать крупные пакеты активов, нанимать управляющих и определять стратегию фирмы (они регистрируются в депозитарии) и, в-третьих, менеджеров, с ними заключается контракт, определяющий какие решения они могут принимать без согласия собственников, отвечая перед ним за доходы, прибыль, обновление производства, число рабочих мест. В последние годы часто разделяется управление и владение активами. Эту реорганизацию намерено провести «Роснано». Управляющая компания создаётся в виде инвестиционного товарищества.
Особенно важен контроль за целевым использованием финансовых ресурсов. В странах ЕС 45% инвестиций покрывается за счёт амортизации, которая хранится на специальном счёте и расходуется только на обновление производства (в России – только 11%). На модернизацию идёт, по оценке А.Дынкина (НГ 06.06.2013), менее 10% прибыли – остальное вкладывается в депозиты, финансовые активы, недвижимость. В США ТНК до сих пор также хранили деньги на счетах (Apple – $140 млрд, Microsoft – 60 млрд, Goggle – более 40 млрд), не инвестируя их (The Economist, 16.02.2013, p.89). Финансы должны ориентироваться в первую очередь на долгосрочные вложения в новую индустриализацию, а не только на таргетирование инфляции.
Наиболее актуальна финансовая реструктуризация в металлургии, которая производит более 5% ВВП и около 18% промышленного выпуска России, около 15% экспорта (Газета.ru, 12.08.2013). Из-за снижения цен на мировом рынке прибыль Новолипецкого комбината в 2013 г. сократилась в 6 раз, а доля экспорта – до 65%. Комбинат сумел сохранить положительный денежный поток, уменьшив вдвое (после запуска нового производства в Калужской обл.) капиталовложения, улучшив контроль оборотного капитала, добившись некритического увеличения чистого долга по отношению EBITDA (с 1,9 до 2,2). Намечено на 20–30% сократить издержки на 6 зарубежных заводах НЛМК.
Важным источником финансовых ресурсов публичной компании служит IPO (initial public offering) – размещение и котировка акций на бирже. По данным Dialogic, к 2014 г. объём IPO достиг докризисного уровня, причём на 60% за счёт развивающихся стран. В США законы Сарбанеса-Окли и Доудда-Франка увеличили затраты фирм на отчётность и внутренний аудит, но молодые фирмы и МСБ освобождены от многих ограничений и затрат на эмиссию акций, могут использовать внебиржевые источники средств (private equity, private placement), венчурный капитал, а также региональные облигации с гарантируемой доходностью. Новые финансовые инструменты расширяют использование новых моделей лизинга для превращения сбережений в инвестиции [56]. В России современные финансовые технологии пока не получили развития, хотя присоединение с 2013 г. к системе FATCA позволяет в режиме online получать информацию о международных финансовых потоках.
Необходимо резкое повышение роли нематериальных активов (HMA) в экономике фирм. НМА (intangibles) – нематериальные объекты, регистрируемые в установленном порядке, используемые в производстве в течение длительного времени, имеющие стоимостную оценку и приносящие экономическую выгоду. К ним относятся три вида объектов – 1) интеллектуальная собственность – патенты и свидетельства на изобретения, селекционные достижения, полезные модели, промышленные образцы, исключительные права на товарные знаки, компьютерные программы и базы данных, ноу-хау и другие авторские права; 2) промышленная собственность – права и привилегии на пользование землёй, водой, полезными ископаемыми и другими природными ресурсами, зданиями, сооружениями, оборудованием, право на осуществление лицензируемых видов деятельности; 3) бренд и гудвилл – рыночная оценка деловой репутации фирм, измеряемая обычно как разность между их рыночной капитализацией и ценой чистых активов или ожидаемыми доходами фирмы по сравнению со средней по отрасли. Гудвилл неотделим от фирмы, его нельзя продать или сдать в аренду.
В развитых зарубежных странах НМА составляют до 40%, а в высокотехнологичных отраслях – до 70% общей стоимости активов. НМА определяют инвестиционную привлекательность и цену фирмы, их амортизация уменьшает налогооблагаемую базу и служит источником финансирования инноваций. За рубежом патентуются технологии, дизайн, формы организации производства, труда и управления. Это приводит к многочисленным судебным спорам, причём судебные издержки нередко превышают расходы на НИОКР. Однако в России НМА (за исключением лицензий на добычу полезных ископаемых) пока практически не учитываются. Автомат Калашникова (АК) – самое распространённое (1/5 общего количества) стрелковое оружие в мире. Им вооружено 50 армий. В мире выпущено более 70 млн АК, но выгоды России минимальны, т.к. АК не был должным образом запатентован.
Экономика нематериальных активов требует нового правового механизма, при котором пучок прав собственности включает социально-экологические обязательства по использованию общественного достояния в интересах общества. Это во многом определяет цену бренда фирмы и её продуктов. По оценке Brand Finance, к 2014 г. стоимость глобальных брендов превысила $3,7 трлн Первые места занимают Apple ($87 млрд), Samsung, Goggle, Microsoft, Wal-Mart, Дж.Электрик. Сбербанк занимает 63 место ($14,2 млрд), «Газпром» – 117-е, далее следуют «Лукойл» ($3,5 млрд), «Билайн», «Магнит», МТС, «Вымпелком» (Газета.Ru, 06.03.2013).
Срочная (при угрозе банкротства) финансовая реструктуризация включает продажу или выделение непрофильных и неперспективных структурных единиц, реализацию или списание ненужных активов, сокращение части персонала и бонусов менеджерам, привлечение стратегических инвесторов и кредиторов, заключение соглашений об отсрочке платежей и их замене передачей активов, широкое использование факторинга, лизинга, в т.ч. возвратного (передача оборудования в собственность лизинговой фирмы с получением части его стоимости наличными).
Стратегическая реструктуризация включает:
– Организацию учёта денежных потоков на основе приведения разных по срокам и риску (дефолта, инфляции, снижения ликвидности и т.д.) потоков к сегодняшней денежной стоимости на основе ставки дисконтирования (обменного курса между будущими и сегодняшними деньгами).
– Введение мультипликатора – агрегированной сводной оценки, учитывающей финансовую устойчивость фирмы, её платёжеспособность, инвестиционную активность и рентабельность. На этой основе устанавливаются критерии оценки работы всех служб и организуется компьютеризированный учёт показателей производства, продаж, закупок, оборачиваемости активов, сроков исполнения контрактов по каждой структурной единице, инвестиционному проекту и сегменту рынка.
– Организацию бюджетирования – планирования и учёта затрат по каждому центру прибыли (структурные единицы, реализующие конечную для фирмы продукцию), затрат (исчисляется не прибыль, а операционный доход) и инвестиций. При этом выделяются бюджеты движения денежных средств по центрам учёта, доходов и расходов, по балансовому листу (соотношение перспективных обязательств и активов), а также частные бюджеты (производства, продаж, инвестиций, поставок и хранения, управленческих, коммерческих и других расходов).
– Контроллинг не только финансовых, но и натуральных показателей поступления и расходования сырья и материалов, оплаты труда, отгрузки продукции и оплаты счетов, а также внутрифирменного аудита. Это позволяет определить наиболее рациональную структуру капитала (соотношение кредитов, внешних инвестиций и собственных средств) и формы финансирования инновационных проектов.
12. Освоение новых рынков происходит на базе системной реструктуризации. Так, корпорация Apple – первая в мире по капитализации ($658 млрд – 4,15% ВВП США) добилась успеха в основном за счёт агрессивного маркетинга и рекламы, размещения производства на заводах в Китае, создания глобальной моды на скачивание музыкального контента, информации, игр, цифровых фото и т.д. со смартфонов и планшетов. Численность персонала компании в 2007–2013 гг. выросла с 22 до 73 тыс. Широко использовалась монополия на высокопроизводительные чипы и другие изделия микроэлектроники, позволяющая запретить их поставку другим странам и компаниям (эта мера коснулась более 100 российских фирм), контролировать с помощью закрытых операционных систем, баз данных и т.д. международные финансовые потоки, контент электронных устройств, движение информации. Вложения в НИОКР выросли на 1/3, до $4 млрд, компания стала искать новые ниши на рынке (iPhone с расширенными функциями, дешёвый iPhone ($200) для Индии, Китая и т.д., интерактивное телевидение, электронные очки и т.д. Ориентация на развитие глобальной сети МСБ (более 500 тыс. рабочих мест) по разработке, производству комплектующих, дизайну, сборке, сбыту, поддержке клиентов на базе широкополосного Интернета и контролируемой Apple платформы Android позволили Apple вернуться на первое место по капитализации.
Корпорация «Сибур» ищет новые рынки на базе реорганизации производства базовых полимеров, поиска источников дешёвого сырья (прежде всего попутного газа) и использования передовых технологий. Россия сохраняет лидирующие позиции в индустрии синтетических каучуков в наиболее выгодных с точки зрения логистики регионах. Все направления реструктуризации фирм образуют единую систему, базирующуюся на инновациях, но в кризисных условиях на первое место выходит реструктуризация финансов, информации и управления.


Литература
1. Growth champions: the battle for sustained innovation leadership: the growth agenda
2. Firm-level internationalization, regionalism and globalization
3. Short J. Globalization, modernity, and the city. N.Y., 2012. – 301 p.
4. Huhle O. The politics of corporate social responsibility: the rise of a global business norm. Frankfurt am Main, 2010. – 368 p.
5. Schwartz H. States versus markets: the emergence of a global economy. – N.Y., 2010. – 347 p.
6. Иванов В. Перспективный технологический уклад: возможности, риски, угрозы // Экон. стратегии. – 2013. – № 4.
7. Davidson M. The end of diversity as we Know it: why diversity efforts fail and new leveraging difference can Succeed. – San-Francisco, 2011. – 228 p.
8. Economic growth and structural feature of transition. E.Pyrelli, N.Signoretti (eds.). Basingstone, GB. 2010 – 314 p.
9. Апокин А. Мировая экономика в долгосрочной перспективе: цели и задачи субъектов // Вопр. экономики. – 2012. – № 6.
10. Stein J. Stochastic optimal control and the US financial debt crisis. N.Y., Springer, 2012. – 157 p.
11. Кастельс М. Информационная эпоха / Пер. с англ. – М.: НИУ ВШЭ, 2000. – С.80–82.
12. Бляхман Л.С. Глобальный кризис: новая экономическая парадигма // Вестник СПбГУ. Сер. экономика. – 2013. – № 2.
13. Robinson L., Ritchie B. Relationship economics: the social capital paradigm and it’s application to business, politics and other transitions. Farnham, UK, 2010. – 272 p.
14. Chow the work revolution: excellence for all. – Hoboken: NS, 2012. – 264 p.
15. Leawitt C. A comparative analysis of three unique theories of organizational learning. – Wash.: ERIC Clearinghouse, 2011.
16. Coopetition strategy: theory, experiments and cases. G.Dagnino, E.Rocco (eds.). – L., 2009. – 309 p.
17. Alternative theories of competition: challenges to the orthodoxy. J.Mondud, C.Bina, P.Mason (eds.). – N.Y., 2013. – 334 p.
18. Бляхман Л.С. Инфраструктура как ключевой и ограниченно рыночный сектор инновационной экономики // Проблемы современной экономики. – 2013. – № 2.
19. Leawitt C. A comparative analysis of three unique theories of organizational learning. – Wash.: ERIC Clearinghouse, 2011.
20. Бляхман Л.С. Новый этап обобществления производства и революции в организации бизнеса // Проблемы современной экономики. – 2013. – № 3.
21. Метьюз Р. Взаимозависимость: невозможность быть островом // Экономические стратегии. – 2012. – № 8.
22. Understanding organizations in complex, emergent and uncertain environment. K.Davila et all (eds.). – N.Y., 2012.
23. Business network transformation: Strategies to reconfigure your bus ness relationships for competitive advantage. S.Word (eds). – San Francisco, 2009. – 279 p.
24. Markus M / Commoditized digital processes and business community platforms: mew opportunities and challengers for digital business strategies // Candia MIS Quarterly, Jun 01, 2013, vol. 37, № 2, p.649–653.
25. Evolving towards the internetworked enterprise: technological and organizational perspectives. G.Passiante (ed.), – N.Y., 2010. – 213 p.
26. Digital business strategy and value creation: framing the dynamic cycle of control points // Margerita MIS Quarterly, Jun 01, 2013, vol. 37, № 2, p.617–632.
27. Ореховский П. Третий механизм (о книге П.Крауза «Странная не смерть неолиберализма) // Вопр. экономики. – 2013. – № 4.
28. Spulber S. The theory of the firm: microeconomics with endogenous entrepreneurs, firms, markets, and organizations. – Cambridge, 2009. – 529 p.
29. Ratchford M. Resource – based coalitions in marketing channels: a cooperative game theoretic analysis. – Boulder, 2010. – 216 p.
30. Internationalization, technological change, and the theory of the firm. N.de Lico, R.Leoncin (eds.), – L., 2011. – 263 p.
31. Politics and power in the multinational corporation: the role of institutions interests and identities. C. Dorrenbacher, M.Geppert (eds.). – Cambridge, 2011. – 444 p.
32. Bonanno A., Coustance D. Stories of globalization: transnational corporations, resistance, and the state. Pennsylvania State University Press, 2008. – 321 p.
33. Entrepreneurial theory of the firm. – N.Y., 2002.
34. DeLange D. Cliques and capitalism: a modern networked theory of the firm. – N.Y., 2011. – 256 p.
35. Tremblay V., Tremblay C. New perspectives on industrial organization. – N.Y., 2012.
36. Alternative theories of competition: challenges to the orthodoxy. S.Mondud, C.Bina, D.Mason (eds). – N.Y., 2013. – 330 p.
37. Husted B., Allen B. Corporate social strategy: stakeholder engagement and competitive advantage. – Cambridge, UK, 2011. – 248 p.
38. Smith A., Courvisanos J., Tuck S. Building the capacity to innovate: the role of human capital. ERIC Clearinghouse, 2012. – 43 p.
39. Labour productivity, investment in human capital and self employment: comparative development and global responses. R.Olanpain et al (eds). Austin, 2010. – 252 p.
40. Bavetta S., Navarra P. The economics of freedom: theory, measurement and policy implications. – N.Y., 2012. – 205 p.
41. Tremblay V., Tremblay C. New perspectives on industrial organization. – N.Y., 2012.
42. Marsh P. The new industrial revolution: consumers, globalization and the end of mass production. – L., 2012. – 311 p.
43. Гурова Т., Ивантер А. Мы ничего не производим // Эксперт. – 2013. – № 30–31.
44. Якобсон Л. Экономический образ мысли и законодательство о некоммерческих организациях // Вопр. экономики. – 2012. – № 8.
45. Charles W. et al. China’s expanding role in global mergers and acquisitions market. – Santa Monica, CA, Rand corporation, 2011. – 46 p.
46. Голикова Ю.А. Динамика процессов корпоративной интеграции в России // Проблемы современной экономики. – 2011. – №  3.
47. Жулего В. Модернизация России и высокотехнологические кластеры в сфере нанотехнологий // Вопр. экономики. – 2012. – № 7.
48. Van Oss L., Hex S. Any organizational change fails: robustness, tenacity and change in organizations. – N.Y., 2011. – 184 p.
49. Tremblay V., Tremblay C. New perspectives on industrial organization. – N.Y., Springer, 2012.
50. Politics in organizations: theory and research considerations. Ferris G., Treadway D. (eds). – N.Y., 2012. – 621 p.
51. Lewis L. Organizational change: creating change through strategic communication. – Chickester, UK, 2011. – 299 p.
52. Ксендренска Т. Отчёт – платформа для управления компанией // Экономические стратегии. – 2012. – № 5.
53. Turner T. Team no all levels: stories from Toyota team members Boca Raton, 2012.
54. Sakinawa T. Transforming Japanese workplaces. Basingstone, 2012. – 223 p.
55. Жданкин Н. Система менеджмента качества – 100-процентная основа промышленной политики // Экономические стратегии. – 2013. – № 4.
56. Газман В. Воздействие альтернативных моделей лизинга на финансирование инвестиций // Вопр. Экономики. – 2013. – №  7.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2017
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия