Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (31), 2009
ВОПРОСЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ. МАКРОЭКОНОМИКА
Сопин В. С.
доцент кафедры экономической теории и социальной политики экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук


Эволюционная теория в экономической науке: проблемы и перспективы
Статья посвящена рассмотрению особенностей относительно молодого направления экономической научной мысли — теории эволюционной экономики. Автором проанализирован процесс становления этой теории, определено содержание ее основных идей, дана характеристика современного состояния теории эволюционной экономики. Анализ проводится в аспекте проблематики смены научных парадигм и поиска модели конструктивного диалога между эволюционной теорией и мейнстримом
Ключевые слова: эволюция, эволюционная экономика, институт, институциональная среда, наследственность, изменчивость, рутина

1. Предпосылки возникновения эволюционной экономической теории и ее ключевые идеи
Известно, что формирование классической школы политической экономии пришлось на эпоху, испытывающую мощное влияние успехов физики и математики. Закономерно, что в основу экономической реальности была положена механическая картина мира, где постановка проблемы природы эволюции экономики выходила за границы предметного поля. В XIX веке сложились новые революционные подходы в науке (в особенности — физике, которая, традиционно задавала направление развития не столько отдельным научным дисциплинам, сколько философии и методологии науки) и, соответственно, определяла новое понимание мира. После того как было сформулировано второе начало термодинамики [*], всеобщее внимание оказалось прикованным к понятию времени и осознанию того, что время обладает направленностью. Формирование новой научной парадигмы необратимых изменений в естественных науках, в свою очередь, открыло новые горизонты исследований в науках общественных. Однако, формировавшийся на рубеже веков, неоклассический подход остановился на постулатах ньютоновской физики, главным образом атомистическом учении и механической метафоре, определив тем самым отставание экономической науки от естественнонаучных исследований в осмыслении базовых механизмов развития.
Для осмысления эволюционных процессов современные экономисты часто обращаются к результатам исследований эволюции вещества и живой материи И. Пригожина, лауреата Нобелевской премии 1977 года за исследования по химической термодинамике, в работах которого содержатся обобщение наблюдений за неравновесными процессами, происходящими в ходе химических реакций. И. Пригожин в явном виде сформулировал особенности новой парадигмы, целостность методологии которой открывает возможность углубленного исследования сил и причин, определяющих развитие любой системы. Классическая физика «описывает мир как обратимый, статичный. В их описании нет места эволюции ни к порядку, ни к хаосу. Информация, извлекаемая из динамики, остается постоянной во времени. Налицо явное противоречие между статической картиной динамики и эволюционной парадигмой термодинамики... Единицы, используемые в статическом описании, которые дает динамика, отличаются от единиц, которые понадобились для создания эволюционной парадигмы, выражаемой ростом энтропии. Переход от одних единиц к другим приводит к новому понятию материи. Материя становится «активной». Она порождает необратимые процессы, а необратимые процессы организуют материю» [11, C.36].
Процессы эволюции существуют во всех науках: физике, химии, и, конечно, биологии. Очевидно, что понятие эволюционных процессов восходит к термодинамике, однако открытие новой эры в истории времени скорее больше подрывало основы экономической ортодоксии, нежели формировало альтернативное экономическое направление. История использования эволюционного подхода в экономике восходит к работам Ч.Дарвина, который определил исходные понятия, ввел в оборот экономической науки собственно эволюционный язык. Именно Ч.Дарвину принадлежит идея распространения эволюционного подхода на небиологические области. Так, в 1859 г. в работе «Происхождение видов путем естественного отбора...» Ч. Дарвин предложил эволюционную теорию, которая в современных терминах может быть представлена как экономическая модель конкуренции за ограниченные ресурсы, в которой отбор осуществляется на индивидуальном уровне. Универсальность дарвиновского подхода определяется тем, что, изначально претендуя на статус теории развития биологических объектов, объясняющей некоторые общие механизмы в области живой природы, он стал системой идей, которая приложима ко всем открытым, сложным и развивающимся системам.
Таким образом, подобно тому, как в естественных науках обозначились два совершенно различных взгляда на физический мир: статический подход классической динамики и эволюционный взгляд, в экономической науке все в большей мере стало проявляться противостояние теории общего равновесия, коренившеейся в предшествующем представлении о мире — и эволюционного подхода, основанного на его новом образе, который сложился к концу XIX века.
Эволюционный подход в экономике возник из критики неоклассического направления. Эта критика состояла, прежде всего, в том, что под вопрос были поставлены основные элементы неоклассики: акцент на сравнительной статике, отсутствие исторической перспективы и динамического моделирования, вера в равновесный характер экономических процессов. Эволюционисты подчеркивают, что равновесие есть отсутствие развития системы, что социальная реальность находится в постоянном изменении, кумулятивно развивается через взаимодействие индивидов и групп в рамках определенных институциональных структур. Эволюционная теория акцентирует свое внимание на механизмах изменения, а не на свойствах стационарных состояний экономики. Главное, что объединяет теоретиков, работающих в русле этого подхода, заключается в распространении на сферу социально-экономического развития достижений современного эволюционизма как общенаучной и философско-методологической базы исследования.
Интуитивное понимание экономистами важности рассмотрения эволюционных изменений привело в последнее время к формированию сразу нескольких подходов в рамках общего научного направления, для которого характерен перенос эволюционных представлений из естественных наук на сферу экономических явлений — так появились «синергетическая экономика», «экоматермика», «эконофизика», «биономика». В основе этих подходов лежит попытка привести экономическую науку в соответствие современному уровню развития физики, биофизики, биологии, экологии, термодинамики, синергетики и других наук. Поскольку в настоящее время есть все основания для сближения всех перечисленных подходов, то современные экономисты все чаще используют терминологию эволюционной экономики.
Вслед за лидером данного направления в России В.И. Маевским, к эволюционной экономике мы «будем относить такие экономические исследования, где существенную роль играют общесистемные принципы, т.е. те принципы, которые применимы не только в экономической науке, но и в биологии, философии, социологии, политологии и т.д., и, строго говоря, требуют конкретизации на языке соответствующей науки» [9, C. 91].
В связи с использованием представителями данного направления математического инструментария, характерно следующее выражение физика Д. С. Чернавского: «...в эволюционной экономике (и ее модификациях) используется тот же математический аппарат, что и во всех развивающихся системах (физических, химических, биологических и т.п.). Своего, особого, аппарата эволюционная экономика не имеет и это не недостаток, а, скорее, достоинство, поскольку именно оно позволяет эволюционной экономике оставаться в русле естественных наук и не обособляться от них» [14, С. 103].
Большинство ученых не сомневаются в принадлежности теории эволюционной экономики социально-институциональному направлению экономической мысли. Эволюционная теория тесно связана с институционализмом, существует даже такое понятие, как эволюционный институционализм или институционально-эволюционная теория. Однако, не всегда проводится четкое разграничение между такими внешне схожими, но по существу глубоко различными направлениями, как традиционный институционализм, неоинституционализм и эволюционная экономическая теория. Между тем, далеко не все положения, формулируемые в рамках одной из названных теорий, считаются справедливыми и принимаются в рамках других. Прежде всего, это относится к базовому понятию института, неодинаково трактуемого упомянутыми направлениями. Таким образом, эволюционная теория существует скорее отдельно и лишь использует достижения институционализма. Хотя, учитывая содержание концепций, было бы более правильно, наоборот, развивать институциональную теорию, используя аппарат эволюционной.
Нет единого мнения о том, когда именно организационно оформилось направление экономической науки, получившее название эволюционной экономической теории как особого взгляда на экономический мир. Три монографии составляют фундамент эволюционной экономики — «Теория праздного класса» Т. Веблена (1899 г.), «Теория экономического развития» Й. Шумпетера (1912 г.) и «Эволюционная теория экономических изменений» Р. Нельсона и С. Уинтера (1982 г.). Однако история взаимоотношений экономической науки и экономистов с эволюционным подходом значительно более длительна и многопланова. Известно, что разделение экономической науки по школам и направлениям не является и не может быть строгим. Элементы эволюционно-экономического подхода содержатся в работах многих экономистов, пытавшихся построить картину экономической реальности на базе естественнонаучных аналогий.
Родоначальником подхода для политической экономии по праву может считаться Ф. Кенэ, представивший в работе «Экономическая таблица» (1759 г.) одну из первых биологических схем, где объектам экономической системы с однородными условиями жизни найдены аналоги в социальной организации государства. Аналогии между хозяйственной сферой и живой природой в XVIII веке проводили Д. Юм и Т. Мальтус. Эволюционному методу исследования придавали решающее значение критики классической политической экономии в лице «старой» и «молодой» исторической школы Германии. К. Маркс, основываясь на принципе эволюции, пытался соединить теорию и историю и предложить универсальную схему социального развития (теория общественно-экономических формаций, каждая из которых проходит свой жизненный цикл). Не случайно Й. Шумпетер отмечал, что «К. Маркса от современных ему экономистов и его предшественников отличало именно понимание экономической эволюции как особого, обусловленного самой экономической системой процесса» [15, C.53], в том числе, и в историческом аспекте, понятием денег. Он рассматривал деньги как некоторый эволюционный институт, который появился и видоизменялся именно в процессе эволюционного развития. Даже А. Маршалл, один из признанных основоположников современной экономической ортодоксии, стараясь расширить традиционный экономический подход до уровня естественнонаучного, писал: «Меккой экономиста является скорее экономическая биология, нежели экономическая динамика. Те явления природы, которые происходят чаще всего и столь регулярно, что их возможно непосредственно наблюдать и тщательно изучать, служат основным материалом для экономических...научных исследований...» [6, С. 53].
И все же эволюционная экономика вряд ли возникла бы без трудов Т. Веблена, который одним из первых в явном виде употребил слова «социально-экономическая эволюция». И хотя он не оставил цельного научного учения, аналогичного по размаху и структурированности доктринам К.Маркса, А. Маршалла или Л. Вальраса, он является автором основополагающих идей и концепций, образующих как собственно институционализм, так и эволюционную экономическую теорию. Центральная идея Т. Веблена состояла в том, чтобы соединить эволюционную методологию с институциональным анализом экономического развития. В этом, по его мнению, должен заключаться основополагающий принцип экономической теории. Согласно Т. Веблену, институт по своей природе обладает свойствами «непрерывности» (наследственности), поскольку представляет собой самоподдерживающийся, самовоспроизводящийся социальный феномен. Говоря об изменении экономических институтов, он объяснял их разнообразие естественным отбором. Он первым на методологическом уровне поставил вопрос о роли эволюционной программы в экономической науке и одновременно указал область, где эта программа может быть применена. Одной из первых попыток использовать теорию Т. Веблена, для изучения экономического прогресса была книга К.А. Айреса «Теория экономического прогресса» (1944 г.).
Нет сомнения в том, что важнейший шаг в направлении привлечения эволюционных идей в экономическую науку сделал австрийский экономист и историк экономического анализа Й. Шумпетер. Несмотря на то, что проблематика развития — начиная от развития технологии и кончая развитием экономического анализа и экономических систем, была для него центральной, «Теорию экономического развития» Й. Шумпетера нельзя безоговорочно отнести ни к одному из направлений экономической мысли, поскольку его теория сочетает как элементы эволюционизма, так и посылки неоклассического направления. Й. Шумпетер сделал особый акцент на динамических аспектах, отличающих его теорию от системы общего равновесия Л.Вальраса, оставлявшую в стороне процесс эндогенных изменений, а именно здесь Й. Шумпетер искал свой собственный путь. Осторожность Й. Шумпетера была связана с опасениями, связанными с тем, что некритическое заимствование понятий может привести к проникновению в науку мистики, дополненной «флюидами дилетантизма» [16, C.148–149]. Поэтому он достаточно определенно очертил области, где эволюционный подход мог быть плодотворным. Во-первых, методологические преимущества эволюционного подхода оказываются значимыми при противопоставлении капиталистической системы и системы жесткого планирования при социализме. Во-вторых, его потенциал очевиден при описании определенных аспектов системы частного предпринимательства как борьбы за существование. При этом сам Й. Шумпетер не руководствовался никакими биологическими теориями для построения своего анализа экономических изменений и прогресса.
Методологическая важность подхода Й. Шумпетера связана, во-первых, с тем, что в качестве центрального момента развития постулировалось выявление нового, а во-вторых, это новое и деятельность, связанная с его разработкой, была представлена как отклонение (сознательное или нет) от существующего стандарта, сопряженное с риском. Й. Шумпетер — автор всегда «плывший против течения» и бросавший вызов признанным авторитетам, оказался чуть ли не самым публикуемым в нашей стране классиком экономической теории за исключением К. Марк­са. Экономисты эволюционного направления в своем анализе во многом следуют исходным установкам Й. Шумпетера, в максимальной степени пытаясь развить его идейное наследие.
Другим предтечей эволюционного направления в экономике является американец А. Алчиян. В 50-х годах прошлого века он изложил эволюционную теорию как особый взгляд на экономический мир. В работах А. Алчияна внешняя среда представляет собой не инертное окружение, а активную действующую силу, которая отбирает фирмы, принявшие лучшие решения независимо от способа, каким эти решения были сделаны. Начиная главным образом с А. Алчияна, экономисты ввели в арсенал экономических понятий терминологию, заимствованную из биологии, до такой степени, что впору стало говорить о становлении «экономической биологии».
В последующий период наибольший вклад в эволюционную экономику внесли Р. Нельсон и С. Уинтер, выпустившие в 1982 г. книгу «Эволюционная теория экономических изменений», ставшую на современном этапе развития эволюционной теории заметным явлением. Она как бы ставит на формальную основу некоторые понятия и идеи, которые были сформулированы ранее, но не так четко. Подход Р. Нельсона и С. Уинтера отличает микроэкономическая направленность. Они фактически принимают в качестве сферы генетического анализа поведение хозяйствующих субъектов (фирм). Это означает в данном случае, что процесс технических инноваций зарождается на уровне отдельных фирм и распространяется на отрасль в ходе рыночного взаимодействия между фирмами, создавая тем самым новые условия для фирм и меняя характер отрасли в целом, создавая стимулы для дальнейшего изменения поведения фирм. При этом правила поведения фирм трактуются ими как аналоги генов. Таким образом, развивая эволюционный подход в экономической теории, они предполагают, что во взаимодействии со средой фирмы могут отбирать определенные «подходящие» стратегии поведения. Фирмы реагируют на изменения внешних условий изменением сложившихся принципов своего поведения — так называемых рутин.
Это понятие, которое ввели Р. Нельсон и С. Уинтер, является базисным для эволюционной теории. По мнению эволюционистов, рутины представляют собой нечто вроде устойчивых стереотипов поведения. В эволюционной теории этот термин «... может относиться к постоянно повторяющемуся шаблону деятельности всей организации, к индивидуальному умению или (прилагательное «рутинный») к гладкому бессобытийному эффективному функционированию такого рода на уровне индивидуума или организации» [10, С. 120]. Иными словами, рутины в значительной мере являются аналогом привычек, с той разницей, что первые во многом носят бессознательный характер. Согласно данной теории, поведение фирм управляется не оптимизационными расчетами, а рутинами. Это означает, что в случае изменений окружающей фирмы среды последние далеко не всегда будут менять свое поведение, что противоречит неоклассической теории. Фирмы соглашаются на замену старых рутин новыми лишь при чрезвычайных обстоятельствах. При этом сам процесс изменения рутин, называемый поиском, в экономической эволюционной теории аналогичен мутации в биологической эволюционной теории. Таким образом, важным является исследование рутин, которыми руководствуются экономические институты и которые являются результатом конкурентного взаимодействия «игроков» (субъектов). Именно здесь прослеживается аналогия с появлением нового признака, распространение которого через наследование и отбор определяет преимущественное развитие данной популяции.
На эволюционную модель фирмы, разработанную Р. Нельсоном и С. Уинтером, в большей мере опираются последующие модели (Дж. Меткалф, К. Иваи, Г. Хенкин, В. Полтерович, Дж. Сильверберг, Дж. Дози и др.).
Заметное влияние на эволюционных экономистов оказали труды Д. Норта и других представителей «подхода Вашингтонского университета». Из многочисленных работ самого Д. Норта и его последователей вырисовывается широкая концепция институтов и институциональной динамики, опирающейся на понятия прав собственности, трансакционных издержек, контрактных отношений и групповых интересов и претендующая на объяснение самых общих закономерностей развития человеческого общества. По мнению Д. Норта, «...институциональные изменения — это главные детерминанты социального и экономического развития...» [11, C. 133]. Теория Д. Норта — пример плодотворного соединения неоклассического и эволюционного инструментария о долгосрочных социально-экономических изменениях, опирающихся как на неоинституциональное понимание экономической деятельности индивидов — максимизирующих субъектов, так и на эволюционные эффекты.
Согласно взглядам англичанина Дж. Ходжсона, крупнейшего современного представителя эволюционного подхода, одной из центральных проблем развития эволюционной теории применительно к социальной науке является использование биологических аналогий в экономическом анализе и, в частности, идей дарвинизма в объяснении социально-экономической эволюции. По его мнению, дарвинизм позволяет анализировать эволюцию сложных открытых систем и в рамках этой доктрины отсутствует какой-либо запрет на освещение проблем социальной эволюции. Кроме того, дарвинизм занимается поиском причинно-следственных объяснений эволюции, что очень важно для формирования адекватной эволюционной экономической теории. При этом значение «частных» теорий, объясняющих лишь фрагменты социальной эволюции, признается довольно высоким, не противоречащим положениям дарвиновской концепции, — «...дарвинизм дает привлекательную онтологию, это универсальная метатеория, в которой частные теории должны найти свое место, и это богатый, но избирательный источник аналогий»[13, C. 34]. Итальянец Дж. Дози обозначает несколько иной круг фундаментальных проблем развития эволюционной экономической теории. На его взгляд, базисная парадигма, в сравнении с биологическим дарвинизмом, должна быть более мягкой.
Среди российских экономистов ближе всех к данному направлению подходили М.И. Туган-Барановский, Н.С. Булгаков, И.И. Янжул и другие. Н.Д.Кондратьев в ходе исследования проблем экономической динамики и длинноволновых колебаний высказал ряд принципиальных соображений по поводу сущности эволюционных процессов в экономике. Он первым в мировой экономической науке поставил вопрос о целесообразности разработки теории экономической генетики: «Основными разделами номографической экономической теории служат статика, динамика и генетика... Современная методология экономической науки выделяет и стремится констатировать лишь понятие экономической статики и динамики, не зная экономической генетики. Ввиду этого мы сосредоточим внимание, прежде всего, на понятиях экономической статики и динамики. Лишь затем мы выдвинем понятие экономической генетики и установим основания необходимости трехчленного деления номографической теории» [5, С. 275]. Однако этому научному проекту не суждено было реализоваться.
В ряду эволюционных концепций выделяется оригинальная наука тектология, разработанная в трудах А.А. Богданова, которая не ограничивается экономикой, а предлагает универсальный организационный подход к исследованию любых сложных систем и процессов. Общефилософский подход к исследованию общества как природной совокупности, части биосферы заложен в трудах Н. А. Бердяева, В. И. Вернадского и др. Работы этих ученых дают представление о способности к саморазвитию социума, его качественному перерождению в результате эволюции человеческой мысли.

2. Особенности современного этапа развития эволюционной экономической теории и ее основное содержание
В последнее десятилетие в отечественном научном сообществе начал складываться устойчивый круг авторов, регулярно работающих в рамках методологии эволюционной экономики, идентифицирующих себя с этим направлением. Определились центры исследований в нашей стране, где устойчиво развиваются идеи эволюционной экономики. В 1995 г. в г. Москве по инициативе ученых Института экономики РАН создан Центр эволюционной экономики, привлекающий к своей деятельности биологов, физиков, математиков, социологов. «Центр» активно работает в настоящее время, проводит международные симпозиумы по эволюционной экономике [*], переводит на русский язык основные работы по институциональной и эволюционной теории [*]. Значительный вклад в эволюционную теорию внесли: Л.И.Абалкин (возможности эволюционной экономики для переосмысления базисных принципов методологии реформирования переходной экономики), В.И. Макаров (методологические проблемы эволюционного подхода, эволюционные модели фирм), В.М. Полтерович (институциональная теория реформ, концепция «институциональных ловушек»), С. Г. Кирдина (матричный принцип развития) [*]. В ряде работ В.И. Маевского обосновывается концепция макрогенераций (своего рода экономических «популяций»), которые, по его определению, представляют собой «макроэкономические подсистемы, обладающие свойством рождаться, жить и умирать» [7, С. 76].
Повальное увлечение институциональными и эволюционными идеями в России вполне объяснимо. Смена парадигм происходит значительно быстрее под прямым воздействием политических обстоятельств. Так, в России и в 1920-е годы и к началу 1990-х отказ от старой парадигмы был обусловлен не столько выбором научного сообщества, сколько политическими обстоятельствами. Это обеспечило быстрый переход к новой парадигме и соответствующую перестройку научного сообщества. Похожая ситуация сложилась и к концу 1990-х. Разочарование в итогах проводимого курса актуализировало поиск новой методологии и новых теоретических оснований экономической политики. Как писал Абалкин, «...сама жизнь диктует поиск новых подходов и нетрадиционных решений» [1, С. 5]. Лозунгом последних лет являются утверждения о том, что институционально-эволюционная теория является теоретической концепцией, которая соответствует практическим условиям реформ в переходных экономиках, в том числе и в России.
Современная эволюционная экономика — направление экономической науки, в рамках которого экономические процессы рассматриваются как открытые и необратимые, испытывающие постоянные воздействия внешней среды и реагирующие на них. Основной провозглашаемый методологический принцип выражается в стремлении понять, как происходит процесс изменений, выявить движущие силы и факторы развития, основные тенденции эволюции для более эффективного управления экономикой и более точного предсказания результатов изменений. То есть, смысл эволюционной теории заключается том, что экономика изменяется, а сам процесс изменений и его законы являются объектом изучения. Как отмечают Р.Нельсон и С. Уинтер, «эволюционная теория экономических изменений — не интерпретация экономической действительности в виде отражения гипотетических постоянных «имеющихся данных», а схема, которая может помочь наблюдателю, достаточно осведомленному о фактах настоящего, посмотреть чуть дальше сквозь дымку, застилающую будущее» [10, C.16]. Самым важным достижением методологии можно считать то, что эволюционная теория рассматривает экономическую систему в динамике, в развитии, в процессе изменений, т.е. такой, какая она реально существует, без значительного количества упрощений и допущений.
Экономическая эволюция — процесс системного порядка, который охватывает все уровни проявлений изменчивости, наследственности и необратимости. Особое внимание в рамках данного подхода уделяется процессу инноваций — то есть, появлению, закреплению и распространению нового. По мнению Маевского, «Экономическая эволюция есть процесс роста многообразия, сложности и продуктивности экономики за счет периодически происходящей смены технологий, продуктов, организаций и институтов» [8, С. 74]. Отличительная особенность эволюционного подхода к исследованию социально-экономических систем заключается в том, что он позволяет рассматривать изучаемые системы не как механизмы, а как организмы, последовательно проходящие в своем жизненном цикле сменяющие друг друга этапы становления, развития, упадка и гибели и развивающиеся по законам эволюции, по законам самоорганизации сложных систем.
Экономическая эволюция понимается, прежде всего, как процесс формирования и изменения экономических институтов. Выделение экономического института как структурообразующей единицы при анализе хозяйственной системы позволяет перейти к рассмотрению механизма экономической динамики и поставить вопрос о самоорганизации экономики как сложной социальной системы.
Многообразие экономических институтов в рамках развивающейся системы порождает вопрос о том, как происходит смена старых экономических институтов новыми. В исследованиях обычно выделяют два типа институциональных изменений: эволюционные и революционные. Эволюционные изменения представляют собой такие изменения институтов, которые происходят постепенно под влиянием как внутренних, так и внешних причин. Траектория «зависимости от прошлого» специфическим образом задает некий коридор возможных изменений в будущем. В этом случае общество и экономика воспроизводят экономические институты прошлого, постепенно внося в них изменения. По мнению Д. Норта, «Эволюционная теория обосновывает вывод о том, что с течением времени неэффективные институты отмирают, а эффективные — выживают, и поэтому происходит постепенное развитие более эффективных форм экономической, политической и социальной организации» [11, С. 119]. При этом из всего комплекса экономических институтов, образующих социально-экономическую систему, изменениям поддаются быстрее всего те, которые относятся к внешнему, поверхностному слою, тогда как глубинные, сущностные институты проявляют наибольшую живучесть и устойчивость.
Отметим, что введенное в Й. Шумпетером понятие «конструктивного разрушения» позже оказалось весьма плодотворным для развития эволюционной теории в экономической науке. Речь идет о механизмах разрушения старого в процессе эволюции и освобождении места для создания и развития нового. По существу, Й. Шумпетер утверждал, что процесс эволюции порождает механизмы, являющиеся в каком-то смысле оптимальными. Слишком быстрое, обвальное разрушение негативно влияет на экономику, так как в этом случае процесс разрушения доминирует и препятствует созданию нового. Отсутствие разрушающего механизма также не способствует экономическому прогрессу, так как препятствует смене старых форм новыми. В результате эволюции вырабатывается средний сбалансированный путь.
Революционные изменения — это резкие смены одного института другим, обычно производимые извне. Наиболее ярким примером таких изменений является импорт институтов, т.е. введение нового формального института, который мог быть или не быть опробован на практике в других странах. Оценка роли революционных изменений в экономической эволюции неоднозначна, последствия их влияния на экономику проблематичны. Основная проблема состоит в том, что формирование (или упразднение) экономических институтов путем государственных реформаторских усилий может наталкиваться на отсутствие в обществе реальных институциональных механизмов и предпосылок для эффективного функционирования этих институтов на основе их естественной эволюции. В этой связи современной представляется мысль Т. Веблена о том, что «если предпринимаемое преобразование требует упразднения или изменения в целом существующего института, имеющего в традиционной системе первостепенное значение, то в результате этого преобразования произойдет серьезное расстройство всей системы; становится ясным, что переустройство общества по новому образцу, принятому на вооружение в одном из главных элементов системы, было бы если и возможным, то, во всяком случае, трудным и мучительным процессом» [3, C.210]. Даже такие социальные потрясения, как революции и военные агрессии, не могут моментально изменить сразу все экономические институты, ибо, как показывает практика, изменить привычный образ мышления людей возможно только за достаточно продолжительный период времени.

3. Эволюционная теория и проблема обоснования механизма экономического развития: методологические и идеологические аспекты
Вопрос о характере и факторах эволюции национальных экономик вообще, и экономических институтов в частности, относится к числу наиболее важных вопросов экономической науки. Эволюция означает, что исторические траектории закономерны, «вписаны» во внутренние механизмы развития системы наподобие того, как программа биологического развития организма вписана в его генетический код. Таким образом, эволюционный подход есть подход исторический, согласно которому история предшествующего развития социально-экономических систем позволяет обнаружить тенденции и логику последующих состояний тех же самых систем. Как писал Й. Шумпетер, «...каждое последующее историческое состояние может быть адекватно понято из предыдущего» [15, C. 149]. Исторический подход связан с осознанием необратимости и обусловленности развития, хотя эволюционисты всегда отвергали идею детерминированности исторического развития по направлению к определенному состоянию. Согласно Д. Норту, институты выступают движущими силами исторического процесса, осуществляя уменьшения «неопределенности путем установления устойчивой (хотя не обязательно эффективной) структуры взаимодействий между людьми» [11, C. 21].
В современной эволюционной экономике активно применяется концепция биологической эволюции и биологического инструментария (ген, мутация, популяция), основанная на предположении о сходстве (хотя и не тождественности) законов эволюции в живой природе и в хозяйственной системе. Механизм самоорганизации экономической системы основывается на дарвиновской триаде: наследственности (существует корреляция между родителями и детьми), изменчивости (в популяции возникают индивидуальные различия), отборе (некоторые индивидуальные формы оказываются успешнее других в борьбе за ограниченные ресурсы и потому лучше выживают и оставляют больше потомства). Любая наука, воспринимающая эти принципы, должна ответить на вопросы: каковы механизмы наследственности и изменчивости, механизмы, которые, образно говоря, составляют генетический уровень эволюции. Под наследственностью понимается, прежде всего, непрерывность развития экономического института. Именно наследственность как признак экономического института способствует обеспечению стабильности социально-экономической системы. Под изменчивостью понимается способность экономических институтов реагировать на изменения в социальной, культурной, политической, природной среде, а также на сознательные действия человека. И, наконец, эволюционный подход основывается на предположении, что состав действующих лиц в экономике меняется по законам естественного отбора.
Разрабатываемая теория экономической эволюции включает в себя экономическую генетику, позволяющую понять внутренние механизмы динамики, соотношение и взаимодействие наследственности и изменчивости. По аналогии с эволюционной биологией Д. Дози и Р. Нельсон выделяют четыре основных структурных блока эволюционной экономической теории: а) фундаментальная единица отбора (ген); б) механизм, связывающий генотипический уровень с организмами (фенотипами), которые в действительности подвергаются отбору под воздействием экзогенных факторов; в) определенные процессы взаимодействия, придающие отбору динамику; и наконец, г) механизмы, порождающие отклонения в совокупности генотипов и, через это, среди фенотипов [4, С. 87].
Наиболее обсуждаемой остается проблема совместимости эволюционной экономики с «мэйнстримом». Эволюционисты обвиняют традиционную политэкономию в том, что она чрезмерно абстрактна и игнорирует социальные проблемы и противоречия, постоянно подчеркивают неадекватность неоклассической теории задачам познания действительности и противопоставляют узкому анализу рынка свой анализ организации и институтов. Это не должно означать, что между «мэйнстримом» и эволюционной теорией вообще нет точек соприкосновения. В современной рыночной экономике действуют, попеременно доминируя на разных этапах развития, и кейнсианские, и монетарные, и институциональные эволюционные механизмы. Как отмечает В.И.Маевский: «Одна из особенностей современного этапа развития эволюционной экономической теории, на наш взгляд, состоит в том, что она, противопоставляя свои общесистемные принципы принципам ортодоксии, стремится найти такие ниши в пространстве экономических исследований, где ее принципы проявляют себя наиболее отчетливо, а принципы ортодоксии или несущественны, или вообще неуместны» [9, C.91].
Попытки каким-то образом соединить эволюционную теорию с «мэйнстримом» зачастую обусловлены горячим стремлением эволюционистов ввести свою теорию в число академически респектабельных наук и тем самым расширить степень ее влияния на научное сообщество, масштабы исследований и масштабы преподавания, лишив «мэйнстрим» монополии на фундаментальные, прикладные исследования и на формирование идейно-теоретических установок научной смены. Хотя очевидно, что для того чтобы войти в «мэйнстрим», эволюционная теория должна не только уметь адекватно описывать сущность экономической эволюции (это блестяще сделал в свое время Й. Шумпетер) и не только критиковать «мейнстрим» за его очевидные слабости, которые не отрицают его сторонники. Необходимо конструктивное взаимодействие с «мейнстримом», поиск общего языка, соучастие в решении его проблем. Одним из примеров такого взаимодействия может служить структура эволюционно-экономического направления, предложенная А. И. Амосовым: «Первый блок: теория эволюции экономических институтов и социально-экономических систем. По аналогии с биологической наукой в этот блок входит, с одной стороны, описание жизненных циклов социально-экономических систем и институтов, а с другой — экономических механизмов, выполняющих генетические функции, т.е. содержащих материальный и информационный субстрат наследственности. Второй блок: теории эволюции и функционирования систем ценообразования, кредитования, денежного обращения, воспроизводства и других аспектов, традиционно рассматриваемых экономической наукой. Третий блок: макро- и микроэкономические теории» [2, С.82].
Стоит особо отметить, что важной чертой современной экономической науки становится готовность воспринимать идеи других наук. Если несколько прошедших десятилетий были отмечены стремлением неоклассической парадигмы к экспансии, т.е. проникновению методов экономического анализа, и прежде всего, принципа оптимального распределения ресурсов, в другие области знания — явление, получившее название экономического империализма, то сегодня экономическая наука демонстрирует готовность к восприятию идей и методов и общественных, и естественных наук. В этом отношении пример эволюционной экономики весьма показателен. Идеи экономического эволюционизма постепенно проникают в хозяйственную практику, определяя состав, специфику и динамику отдельных блоков трансформационного хозяйственного механизма. Были предприняты попытки использовать идеи эволюционного подхода для моделирования и объяснения причин возникновения реальных экономических процессов, таких как структурный кризис, эволюция банковской системы, инновационная деятельность и технологический прогресс и др.
Вместе с тем, эволюционная теория, как всякая молодая наука, стоит перед проблемой самоидентификации и поиска своего места в экономической теории. Понятийный аппарат эволюционной теории требует своего развития в связи с отсутствием среди эволюционистов единой позиции по поводу ряда ключевых понятий. Достаточно очевидно, что невозможно создать адекватную теорию экономической эволюции путем простой аналогии с биологической моделью, не всегда правомерны попытки ограничить содержание некоторых понятий естественнонаучными методологическими рамками. Эволюционная экономика нередко рассматривается как некая скоропреходящая научная мода, ей подчас отказывают в экономическом содержании. К тому же экономическая наука, в отличие от естественных наук, выполняет функции идеологической основы проводимой политики. Наличие идеологической составляющей неизбежно приводит к снижению научной строгости экономических теорий. Это происходит независимо от воли экономистов, в силу того, что идеология не только допускает, но и требует расплывчатых формулировок, за которыми скрывается истинное соотношение интересов. Эволюционно-экономическое направление науки также не избежало недостатков, связанных с ее низкой методологической культурой.
Таким образом, если неоклассическая парадигма и теряет свои позиции, то при этом нет ощущения, что формируется нечто, претендующее на роль безусловного лидера. Появление и утверждение новых школ и направлений пока не привели к радикальному изменению ситуации в профессиональном сообществе, хотя и обусловили существенные подвижки в осознании проблем концептуализации процессов экономической динамики. Несмотря на весомость позиций, которые отстаивают экономисты эволюционного направления, не следует принижать значение для науки и практики, ортодоксального течения экономической мысли, особенно в части разработки мероприятий экономической политики. Трудно отказаться от идеала, который успешно работал три столетия. Недостатки кажутся не столь существенными, чтобы рухнула главная идея. Сама же эволюционная экономика, бесспорно, представляет большой научный интерес, и окончательный вердикт о плодотворности ее методологии может вынести только время.


Литература
1. Абалкин Л.И. Новые подходы — нетрадиционные решения // Эволюционная экономика на пороге XXI века (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М. 1997.
2. Амосов А.И. О формировании теории эволюционной экономики // Эволюционная экономика и «мэйнстрим» (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2000.
3. Веблен Т. Теория праздного класса. — М., 1982.
4. Дози Д., Нельсон Р. Введение в эволюционную экономическую теорию // Вестн. молодых ученых. Сер. Экономические науки. — 1999. — № 1. — С. 87.
5. Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. Предварительный эскиз. М.: Наука, 1991.
6. Маршалл А. Принципы экономической науки. — М., 1993.
7. Маевский В.И. Эволюция макрогенераций и современные макроэкономические теории // Эволюционная экономика на пороге XXI века (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 1997.
8. Маевский В.И. Эволюционная экономическая теория и некоторые проблемы современной российской экономики // Эволюционная экономика: проблемы и противоречия теории и практики (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2000.
9. Маевский В.И. О взаимоотношении эволюционной теории и ортодоксии // Экономическая трансформация и эволюционная теория Й. Шумпетера (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2004.
10. Нельсон Р., Уинтер С. Эволюционная теория экономических изменений. — М., 2000.
11. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. — М, 1997.
12. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. — М.: Прогресс, 1986.
13. Ходжсон Дж. Дарвинизм в экономике: от аналогии к онтологии // Экономическая трансформация и эволюционная теория Й. Шумпетера (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2004.
14. Чернавский Д.С. Сопоставление математических основ классической и эволюционной экономики // Эволюционна теория, инновации и экономические изменения (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М. 2005.
15. Шумпетер Й. Теория экономического развития. — М., 1982.
16. Шумпетер Й. История экономического анализа. — СПб., 2001.
17. Эволюционна теория, инновации и экономические изменения (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2005.
18. Эволюционная экономика на пороге XXI века (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 1997.
19. Эволюционная экономика: проблемы и противоречия теории и практики (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2000.
20. Экономическая трансформация и эволюционная теория Й. Шумпетера (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2004.
21. Эволюционная экономика и «мэйнстрим» (доклады и выступления участников международного симпозиума). — М., 2000.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2018
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия